Выбери меня! (СИ)
— Но я ещё не рассмотрел твои ушки, — продолжал шептать обладатель экзотической внешности и ласкать ладонями мою грудь.
Притянул к себе поближе, усадил на колени, и я прочувствовала телом, что у мужчины сердце не единственный орган, которому не прикажешь!
Какие же сладкие у него губы! Словно горячий шоколад пьёшь — сытно, тягуче, завораживающе и волшебно! Аромат пряностей туманит разум не хуже наркотика.
И это меня он Сладенькой называет? Да, он сам как самое изысканное и желанное лакомство, которое хочется облизывать!
Со стоном зарылась пальцами в длинные волосы, и он сделал это — позволил мне почувствовать власть над ним. Я направляла его губы то на свою шею, то на грудь с чувствительными вершинками, то в не менее чувствительную ложбинку. И в итоге — перекинула ногу и уселась на Тиме поудобнее, прижимаясь как можно ближе к его телу.
Простыни на мне уже давно не было, а мужчина (или всё же надо говорить эльф?) вообще с одеждой не заморачивался с самого начала нашего внезапного знакомства.
Потерлась лобком о его твердый член, добавляя смазку со своих набухших складочек и плавно начала двигаться, прижимаясь как можно ближе и с каждым движением чувствуя, как блондин заводится всё сильнее. Его движения становятся всё порывистее и резче, хотя я особых усилий для этого и не прилагала. Как же хорошо!
Я нимфоманка!
Но у него такое совершенное тело! Хочется ласкать его пальчиками, проводя по каждой мышце, оглаживая её изгибы, вдыхать этот возбуждающий запах тела и ощущать вкус на языке.
О-у! Добавим эротических воспоминаний в мою копилочку!
Слегка отстранилась всем телом, только сосками царапнув его грудь, и он не выдержал — подхватил на руки под попку и встал, нет — вскочил со стула, уронив тот. Но тихий стук я уже не слышала, потому как его затмил звон разбитой посуды, хрусталя и металлических приборов, скинутых со стола.
Это Тим ненавязчиво одним движением, освободил пространство на нём, куда усадил меня, придерживая одной рукой. Вот это сила! Она достойна восхищения и одобрения, зажигая в моих глазах страсть и одержимость этим телом.
Прочувствовала ягодицами гладкую лакированную поверхность стола — изящные кружевные салфетки тоже улетели в сторону. Я же отстранилась, уперевшись локтями в столешницу, и пятками прижала к себе ближе крепкие эльфийские ягодицы. М-м-м! Какие твёрдые!
Ладони Тима развели мои ноги в стороны, заставив раскрыться и выпустить из объятий. Большие пальцы скользнули по набухшим до предела и мокрым складочкам, проникая внутрь одновременно.
— О-о-х! — только и смогла вымолвить, предвкушая удовольствие.
Член вошёл в меня легко с громким чавкающим звуком — хентай отдыхает!
— М-м-м! — не удержала чувственного стона, вырвавшегося от ощущения наполненности.
А дальше он начал двигаться, наращивая темп, входя до упора с рывком и почти выходя, оставляя внутри только головку. От этого хотелось хныкать, чтобы вернулся туда, куда хочу и не покидал никогда, даря ощущение моей желанности и дрожь по телу.
Не выдержав, наподдала пятками по голому заду эльфа и тот, перестав меня и себя мучить, ускорился, двигаясь неумолимо, словно поршень двигателя внутреннего сгорания.
Ах, как я горела!
Пошло!
И сладко!
Его руки крепко сжимали меня в стальных объятиях — одна вцепилась намертво в волосы, направляя мой рот туда, куда нужно ему. А я, то покусывала его губы в жестком поцелуе, то припадала зубками цепляя кожу на его шее, то проводила языком по его груди. Его вторая рука прижимала ближе к себе мою поясницу, чтобы не уезжала по скользкому столу от его напора.
Пошлые чавкающие звуки нашего соития, натягивающий меня на свой член статный накаченный красавчик — что может быть ещё сексуальнее и более возбуждающе?
Блондин, словно почувствовав моё молчаливое одобрение, рванулся в безудержный темп, подходя к краю своего удовольствия и резко отстраняясь кончил мне на живот с громким протяжным стоном и прикрывая от удовольствия глаза.
Настроение резко испортилось, потому как терпеть этого не могла!
Нет, не того, что эльф кончил мне на живот (звучит фантастически!), а того, что он покинул лоно и лишил и себя, и меня максимального удовольствия. Тем более, что я, вообще-то, и не получила долгожданной разрядки!
Блондин потянулся за многострадальной простынёй и мягко вытер разгорячённое тело. В это время я думала — стоит ли мне говорить, что разочаровалась в нём? Что не получила разрядки и удовольствия? Или пожалеть мужское самолюбие, оставив горькое послевкусие после нашей страсти?
— Не переживай, Сладенькая! Я чувствую, что ты не получила разрядки, да и мне одного раза будет мало.
Легко приподнял меня и перевернув, положил животом на тёплую поверхность стола, нагретую моим же телом. По моим ягодицам прошлись обе его ладони, сжимая крепко и разводя в стороны. По складочкам лёгкими прикосновениями пробежал ласковый и скользкий язык, доставляя удовольствие и возвращая возбуждение и жар остывшим и расслабленным мышцам.
Но не прошло и минуты этих чувственных прикосновений, когда в меня начал входить уже снова сильно возбужденный член, медленно и неумолимо. Одна рука мужчины прижимала меня к столу между лопаток, а другая удерживала за бедро, толкая навстречу. А дальше началось какое-то сумасшествие — резкий толчок внутрь, медленное скольжение назад, снова толчок, но теперь ещё более жесткий и резкий, выбивающий воздух из лёгких. И медленный выход из лона.
Я трепыхалась как нашпиленная на кол бабочка, особенно ярко, когда накрыл оргазм, да такой бурный, словно по венам прошёл огонь и растворился в пространстве вокруг нас.
Тим застонал, оставаясь во мне и не двигаясь, пока не излился до последней капли, пульсируя и сокращаясь. Как сладко! Я расслабила мышцы и замерла, ловя отголоски удовольствия, прокатившегося от места нашего единения до кончиков пальцев на руках и ногах.
Подхватив обмякшее тело на руки, эльф перенёс обессиленную меня после секса в постель, прикрыв откуда-то взявшейся свеженькой простынёй всё того же карамельного цвета.
Устроившись на подушках, гипер-сексуальный блондин приобнял меня, подвинув ближе к своему соблазнительному телу и пальцами водя по раскрытой ладони — такая ненавязчивая ласка, словно утешение после длительного сексуального марафона.
— Тебе хорошо? — не выдержал моего молчания Тим.
— Да, — коротко ответила, погружаясь в самоедство, ибо мысли, покинувшие голову во время гормонального взрыва, начали туда возвращаться.
— Почему тогда грустишь?
— Чувствую себя виноватой и изменницей, — решила не скрывать свои эмоции перед случайным любовником, тем более, что скоро мы расстанемся. Ведь у таких отношений нет будущего.
— Перед кем?
— Перед мужем, — вот я это и сказала. Сейчас ушастый красавчик рассердится, что вспоминаю в постели другого мужчину и мы расстанемся.
— Ты давала ему клятву верности?
Я честно попыталась вспомнить брачную церемонию в ЗАГСе и что мы друг другу говорили, кроме заветного «да». Сами то мы клятв никаких не давали и за нас говорила женщина регистратор, а вот там слов о верности не звучало. Только что-то про богатство и бедность, болезнь и здравие, любить и лелеять до конца жизни…
— Таких слов не было, но это подразумевалось…
— А с его стороны звучали слова про верность?
— Нет, мы не говорили никогда об этом… Ведь любить, значит быть верным!
— А ты любишь его?
— Я… не знаю, — и помолчав добавила, — Наши отношения сейчас… никакие. Если смотреть со стороны, то их просто нет.
— Тогда о какой измене ты говоришь, если нет любви?
— Ну, зачем ты бередишь мне рану и больно бьёшь словами! — попыталась выпутаться из его объятий.
— Ты себе выдумала отношения, которых нет и теперь жалеешь, что ничего не вышло, жалеешь о не сбывшихся мечтах и порушенных надеждах, — не унимался мужчина, а я начинала сердиться.
— Не лезь мне в душу, — уже почти зашипела, пытаясь отстраниться, — Я ведь не лезу в твои личные отношения с женой или любовницами.