Кремлевский кукловод «Непотопляемый» Сурков — его боятся больше, чем Президента

Да и стоит ли нам с вами быть ханжами, господа? В конце концов, многие (и ваш покорный слуга тоже), конечно, помнят, как народный любимец и народный артист СССР Вячеслав Тихонов читал по телевизору «Малую землю» генсека Брежнева. Помнят, естественно, заливающихся соловьями на правительственных концертах народных кумиров Лещенко, Магомаева, Зыкину…
Очень хочется не быть ханжой и размышляя о «Полуостровах»…
Да вот у меня лично не получается. Ибо если раньше время было запредельное — тотальная несвобода и разгул коммунистической тирании. Поди — откажись! То теперь-то — демократия, хоть и суверенная, теперь-то можно и отказаться. А то получается — за что боролись?! За что свергали проклятую большевистскую власть с ее средневековыми нравами, которые народных артистов ставили в один ряд с пляшущими дрессированными медведями?
Хотя вру… Были и в прошлом люди, обладающие инстинктом творческого самосохранения.
Иосиф Кобзон тоже как-то попал в ситуацию, весьма схожую с той, в которой оказался Вадим Самойлов, но сумел из нее выбраться… с помощью КГБ. Вот как он сам мне об этом рассказывал, когда я спросил Иосифа Давыдовича, бывал ли он в гостях у Брежнева:
— Да, я был в гостях у него. Меня Галина Леонидовна (дочь Брежнева. — Примеч. авт.) пригласила к ним на дачу. И я там единожды был. Больше я просто побоялся продолжать это общение. (Смеется.) А выступал на правительственных концертах…
— Почему побоялись? — удивился я.
— Ну, водитель, который отвозил меня домой — я жил на проспекте Мира, — видимо, полковник, наверное, КГБ… он сказал: «Вы такой хороший певец, не надо больше приезжать на дачу». Я сказал: «Я понял».
В общем, Кобзону повезло, а Самойлову — меньше. Тем более, как мы помним, Владислав Сурков в наше время вобрал в себя и функции генерала КГБ Филиппа Бобкова, чьи подчиненные и уберегли Иосифа Кобзона от ненужной близости к трону. Некому отныне стало напоминать артистам золотые строки: «Минуй нас пуще всех печалей / И барский гнев, и барская любовь».
Короче говоря, Вадиму Рудольфовичу Самойлову, на мой взгляд, просто некуда было деваться от барской любви Владислава Юрьевича Суркова:
— Ведь Владислав Юрьевич занимает пост, — так к сказал он мне [7]. Но тут же, конечно, оговорился: — Это была в некотором роде история творческого контакта и реализации творческих идей. Об успехе мы не думали и его не планировали. Не планировали создавать группу, которая выступала бы с этими песнями. Это был междусобойчик. Можно сказать, «пение на кухне».
Хотел бы я посмотреть, господа, с кем из нас господин Сурков сел бы не то что на кухне, а на более широких пространствах. Меня, впрочем, больше занимали мотивы солиста «Агаты Кристи»:
— Если бы Сурков не «занимал пост», кстати, благодаря которому он, как пишут, курирует Общественную палату, вы бы занимались этим «пением на кухне»? — не удержался я и задал сакральный вопрос Вадиму Рудольфовичу.
— Все равно было бы интересно, — тихо ответил Самойлов. — Я считаю, что Владислав Юрьевич очень глубокий человек, у него замечательные стихи  [8] и очень неплохие мелодии. Но в «Полуострова» ведь вошла еще и часть моих песен. Это совместная работа, результат нашего совместного творческого бытия.
Ну что тут скажешь?
Разве что добавить, что в 2006 году воспоследовал альбом «Полуострова-2», который, согласно Википедии, «по стилю похож на предыдущий, но музыка наполнена философией, а тексты — призывают задуматься о смысле жизни». Читатель, заглянув в приложения книги, имеет возможность самостоятельно задуматься о смысле жизни под воздействием литературного творчества господина действительного советника, не стану ему в этом мешать. Замечу разве, что и на этот раз названия песен Владислава Юрьевича не изобилуют оригинальностью: «Это я», «Ты бы видел» и тому подобное.
Если кто-то думает, что на этом дружба Суркова с Самойловым завершилась, он глубоко заблуждается. Владислав Юрьевич — человек, как мы помним, благодарный (Лужков тоже был щедр за счет столичного бюджета), и поскольку получил от рок-певца музыкальное крещение такого уровня, в долгу у него оставаться не хотел.
 
Теперь для Владислава Юрьевича пришло время руководствоваться словами названия одной из его песен из «Полуостровов-2»: «Не мне, но тебе». И это было более чем символично: себе-то он от Самойлова уже получил сполна.
…Кстати, я вовсе не пошутил, сказав, что Сурков назвал одну из своих песен — «Не мне, но тебе». Это святая правда! Очевидно, время от времени Владислава Юрьевича гложет совесть за поставленную на поток свою политико-коммерческую деятельность, и в результате такого катарсиса и происходит альтруистический выплеск эмоций.
И вскоре — хотите верьте, хотите нет — Вадим Рудольфович был избран членом Общественной палаты России!
Что такое детище Владислава Юрьевича Суркова — Общественная палата?
Согласно закону, «Общественная палата проводит общественную экспертизу социально значимых проектов федеральных законов, проектов законов субъектов РФ, проектов нормативных правовых актов органов исполнительной власти РФ и проектов правовых актов органов местного самоуправления».
Согласно инициатору ее создания и куратору Владиславу Суркову, одной из важнейших функций Общественной палаты является использование ее в качестве «механизма для выпускания пара». Цинично, но честно. Раз нельзя в Госдуме, то где-то ведь нужно.
Впрочем, как бы там ни было, состоять в Общественной палате действительно престижно. Мне довелось не только бывать в особняке на Миусской, где располагается Общественная палата, но и побеседовать с полудюжиной ее знаковых членов: Кучереной, Рошалем, Астаховым, Церетели, Канделаки…
Согласитесь, эти уважаемые и достойные во всех смыслах люди абы где засвечивать свое имя не станут. И то, что рок-музыкант Самойлов попал в эту компанию, было воистину царским подарком Суркова.
Мало того, Вадим Рудольфович оказался в этой компании не на последних ролях. На официальном сайте ОП я насчитал у него ни много ни мало аж 6 должностей! Больше, чем у кого бы то ни было в этом солидном «паровом» заведении. (Даже секретарь ОП — академик Велихов имеет всего четыре.)
Разумеется, большая часть должностей господина Самойлова связана с культурой, информациями, молодежью. (Ну а куда же еще в самом деле приткнуть певца?) Но состоит он, например, и в Комиссии по науке и инновациям, столь далекой от творческих людей. (Суркову, очевидно, видней.)
Я спросил самого Вадима Рудольфовича, как он попал в Палату и зачем она ему? Ответ, что называется, убил своей простотой:
— До тех пор, пока люди будут перекладывать вину за свою плохую жизнь на кого-то другого — начиная с Бога и заканчивая чиновником, — они и будут проживать дерьмовую жизнь. Взять ответственность за свою жизнь на себя — значит понять, что ты можешь изменить свою жизнь. Если тебе, к примеру, не нравится что-то в Госдуме — иди в депутаты и поменяй там хоть что-нибудь! Ради этого я и пошел в Общественную палату. Мне не нравится расклад: есть мы и есть они. Госдума — отображение общества, улица — отображение общества. И Общественная палата — отображение общества. Она структурирована точно так же, в ней столько же плохих и хороших людей, как и в жизни. Там тоже есть те, кто ведет себя цинично, но есть и те, кто ведет себя порядочно. Мы все должны быть последовательны. А то получается: человек попадает на большие должности, начинает обрастать льготами, правами и полностью забывает, что он отвечает за судьбы других людей.
Каково? Просто блеск! Не нравится Дума — иди в депутаты! «Ради этого я и пошел в Общественную палату»! Что ни фраза, то перл. Почитаешь такое, глядишь, и в самом деле захочешь пойти в депутаты? Или на худой конец в паровых дел мастера на Миусскую. Проще ведь не бывает.
Монолог Вадима Самойлова был бы просто комичен в своей самооправдательной глупости, если бы одновременно не навевал грусть. Потому что это ведь что получается? Попал Сурков на большую должность, обзавелся правами и возможностями и, позабыв о народе, пристраивает в обмен на личные услуги своих любимчиков в государственные структуры.