Наследница (СИ)
Через час поисков аналогичных предложений, я на несколько сайтов загрузила объявление, почистила историю браузера и захлопнула ноутбук. Надо убрать его подальше, пока не передумала и пока хозяин не вернулся. В кабинете Давида оставила компьютер на старом месте, надеясь, что он не озвереет, если поймёт, что я без спроса пользовалась его гаджетом.
Но судьба ко мне не милостива. На выходе из логова ледяного дракона, я врезалась в мощную грудь и, обождав пару секунд, опасливо подняла взгляд.
Черт, опять без настроения. Какого лешего он так рано домой притащился?
- Что ты тут делала?
- Искала что почитать, - промямлила и откашлялась. Так, Аня, не пасуй.
- В купальнике? - смоляная бровь выразительно приподнялась.
- Эм... ну да.
- Не нашла ничего подходящего для чтения?
- Неа.
- А «Джейн Эйр»? Я не стал убирать ее далеко, думал ты дочитаешь.
- Точно. Ее я и искала. Где ты, говоришь, ее положил?
- Да вон там на столе и лежит, - он бросил взгляд мне за спину. Хорошо хоть в своей излюбленной манере не начал рассматривать, а то бы я тут со стыда сгорела. И так стою перед ним по стойке смирно и кулаки сжимаю-разжимаю.
- Ну и, возьмёшь? - подталкивал он меня, а в глазах слабо-слабо так переливалось ехидное злорадство. Конечно, вот сейчас развернусь к нему спиной, а он тыл-то мой и облюбует. Ну и ладно. Мне за что должно быть стыдно? Там все красиво.
Вздохнула, про себя отсчитала до трёх и пошла. Быстро, стараясь не вилять бёдрами. Но как тут не вильнёшь, если у женщин строение таза такое? Иначе мы ходить не умеем. Стащила со стола книгу и резко развернулась, прикрывая ей низ купальника. А Давид даже голову на бок склонил, так усиленно разглядывал. И когда оказался пойманным за этим делом, не смутился, зато улыбнулся. Первый раз за десять дней.
- Пойдёшь к бассейну?
- Угу.
Чуть остыну, оденусь и снова приду, чтобы поговорить.
- Не замочи книгу, пожалуйста. Это все, что осталось от матери, - предостерёг он ровным тоном и отступил в сторону, освобождая проход.
Уже по пути к бассейну я вдруг решила изменить маршрут. Плавать после внезапного возвращения хозяина расхотелось. Лучше подняться к себе и надеть что-то более приемлемое и закрытое. Да и книгу так не хочется случайно намочить...
Пока сменяла купальник на платье-рубашку безостановочно продумывала линию разговора. Прорабатывала до мелочей предстоящий диалог, подбирая кучу аргументов в подкрепление своих подозрений. Чтобы у Давида даже мизерного шанса не осталось отмахнуться от меня. Но отчего-то все заготовки терялись и перемешивались друг с другом, стоило мне только покинуть пределы комнаты. Я ступала на порог, а мысли тут же разбегались в разные стороны визжа, как леди, увидевшие мышь. Приходилось возвращаться и обдумывать все сначала. И так несколько раз.
После длительной борьбы со своей трусостью, я плюнула на все приготовления и сбежала по лестнице, перепрыгивая через одну ступеньку. Быстрее начнём, быстрее закончим. Давида нашла в кабинете. Он любознательно ковырялся в ноутбуке. На какую-то долю секунды мое сердце замерло от испуга: вдруг не всю историю подчистила? Да нет, не может быть. Все точно удалено. Мужчина был так увеличен содержимым экрана, что не заметил как я появилась в дверях.
Пришлось привлекать его внимание стуком.
Он встрепенулся, оторвал взгляд от ноутбука и устремил ко мне. Вопросительно приподнял бровь, точно не ожидая моего добровольного появления.
- Нам надо поговорить, - тихо пояснила, сцепив перед собой пальцы. Он по-деловому так указал ладонью на диван, приглашая присесть, и закрыл компьютер.
Немного помявшись у входа, я прошла к кожаному честеру и устроилась на самом краешке.
- Я не могу назвать своё прибывание в этом доме заточением, поскольку ты разрешил мне работать. При домашнем аресте виновного никуда не выпускают и мучают одиночеством, а не кормят ужинами и водят на танцы.
Я ненадолго замолчала и подняла на него взгляд:
- Ты ведь запер меня здесь не из-за вредности?
Давид напряжённо молчал, выжигая во мне дыру. Диалога, похоже, не планируется. Что ж, хотя бы в монологе все мысли изложу.
- Сначала ты строишь из себя тирана и деспота, выгоняешь из города, говоришь гадости, отбираешь все имущество. И этот шаг со взятиям меня в заложницы очень коррелирует с тем образом. А потом - оплачиваешь сумасшедшие долги отца, выкупаешь мои драгоценности, помогаешь оставить и развить бизнес, даёшь мне работу, не препятствуешь суду, кормишь, поишь, развлекаешь. Можно подумать, что я просто приглянулась тебе. Поэтому ты держишь меня в этом доме... Но мы выяснили, что между нами нет никаких чувств. Если дело не в наказании и не в любви, тогда почему я до сих пор здесь?
Теперь он хмурился. По лицу эмоций не прочитать. Стена железобетонная, армированная.
- Ты приставил ко мне трёх амбалов, Давид. Зачем? Какая опасность угрожает мне и моей семье? - четко проговаривала каждое слово, губкой впитывая все эмоции на мужском лице.
В моих мыслях он должен был встать и начать что-то доказывать. Что я глупая и наивная фантазёрка. Посмеяться с этого и пойти дальше. Но Давид натужно молчал, играя желваками. А потом превзошёл все мои ожидания и ровным тоном выдал:
- Тагир вернулся. Снова открыл на тебя охоту.
Хорошо, что я сидела, а то бы так и упала. Тело похолодело от ужаса и покрылось противными мурашками. Отчаянно затошнило, да так, что пришлось зажать рот ладошкой.
- Сейчас он не в городе. Можешь так не волноваться.
- Что значит открыл охоту? - лепетала как дурочка, не веря своим ушам. В голове вдруг образовался вакуум, пустота без единой мысли. Отвратительная реакция организма на стресс.
- Желание отомстить лишает способности мыслить рационально. Он пошёл против братства, а значит будет наказан.
- Но ведь отец мёртв, неужели его жизни недостаточно?
- Твоего отца убил не Тагир, ты сама знаешь, Аня.
Я приложила ладонь ко лбу и закачалась из стороны в сторону, успокаивая себя. Думала, что все ужасы уже пройдены, что они остались позади, а получается...
- Поэтому ты отправил мою семью так далеко?
- Да. Мне так спокойнее. О твоей бабушке даже я еле узнал.
- А я тебе спутала все планы?
Он ухмыльнулся на одну сторону и кивнул.
- Господи, как же стыдно... я тебе столько гадостей наговорила, - ухватилась за голову, пожевала губу и подняла на него взгляд. - Прости, если сможешь... и спасибо, что не бросил.
- С тебя причитается, - Давид дёрнул уголком рта, - не думай, что ты отделаешься одним «спасибо».
Я выдавила слабое подобие улыбки.
- И что же теперь делать? С Тагиром? Я же не могу всю жизнь прятаться здесь... Погостила пора и честь знать.
- Дождусь, пока он вернётся в город, и отправлю его рыб кормить, - глядя мне в глаза, медленно выдал Давид.
- У-убьёшь его? - заикнулась я.
- У тебя есть идеи получше?
- Ты же авторитет, может, твоего слова хватит? Может, не обязательно грех на душу брать? - сморщилась на последних словах, когда увидела на его лице благодушно-ироничную улыбку. Что это я. Нашла за чью душу беспокоиться...
- Святая наивность, - выдохнул Давид.
- А он точно вернётся? Вдруг Тагир решил обосноваться в другом городе или стране навсегда? А я тут жить буду до скончания веков. Не дело.
- Тебя раздражает мое соседство?
- Нет. Просто... это неудобно. Ты взрослый мужчина и тебе, наверняка, хочется привести сюда... женщину и отдохнуть. А тут я. Отпугиватель противоположного пола, - опустила взгляд на пальцы, побелевшие от силы, с которой я их заламывала.
- Здесь не было и не будет никого из «противоположного пола», - он скопировал мою интонацию.
- Нет? - со сквозящей надеждой в голосе переспросила я быстрее, чем успела себя одернуть.
- Нет. И ноги твоего сопляка в этом доме не будет. Даже не проси.