Покоривший СТЕНУ (СИ)
— Ну.. — задумался Каджи. — Даже не знаю с чего начать. Город большой, но главного у нас нет. Главная система. Она и есть закон здесь. Она выдаёт квесты юстициарам, а они уже вершат провосудие.
— Кто такие эти юстициары? Ещё одна категория?
— Да, категория. Такая же, как мы, проходчики. Только мы рулим внутри стены. А снаружи — они. Система им даёт задание если кто-то нарушает её законы.
— Что за законы? Кроме запрета на убийство?
— На самом деле, на любое насилие. Хотя что именно считать насилием система понимает по-своему. Через задницу, то есть. Большинство вещей должен заметить юстициар, в одиночку система нормально фиксирует только убийство. А юстов хоть и много, но они не могут увидеть всё. Ну, или кто-то напрямую пожалуется системе через терминалы в городе.
— Здесь есть терминалы? — уточнил я.
— Обычные да, встречаются и не редко. Но модификаторов нет. Зато есть корректор.
— Что за корректор?
— Ну… Это такая штука… она вроде как расу меняет.
— Расу? Вроде орка или свинолюда? — припомнил я парочку бандитов.
— Вроде того, — кивнул Каджи. — Я сам не пробовал, мне пока рано.
— Есть какие-то определённые условия допуска или как?
— Не допуск. Просто там требования к каждой расе, — пояснил бывший пленник. — На орка, например, нужны моды на мышечную массу и генетика гоблиноидов. На гверфа.. свинолюда, как ты сказал, придётся поохотиться на каких-нибудь кабанов. Сам всё поймёшь, как увидишь. Корректор для всех юстов и проходчиков открыт.
— А расходники, получается, вне закона?
— Ну, вы уже совсем не расходники… — уклончиво ответил Каджи.
— А если бы были? — настоял я.
— Да.. на расход это всё не распространяется. К корректору идти никто не мешает, но если кто-то раскроет статус — не дойдёшь.
— Рабство? Зачем вам расходники..? Хотя постой, на них правила юстициаров не распространяются, верно? Можно пытать, насиловать и убивать прямо на улице? — я иронично хмыкнул с кривой ухмылкой.
— Ну… не совсем так, но в целом… вроде того, да, — очень нехотя признал Каджи. — Правда, убивать никто не убивает, да и остальное.. не на улицах, в общем. Расходников не так много находят и доводят до города.
— Но с ними можно безнаказанно делать что угодно, — кивнул я. — Системе плевать. Удобно. И какая судьба обычно их ждёт?
— Женщин насилуют, делают наложницами в личном гареме. Некоторые живут не так плохо, смотря какой хозяин. А мужиков — на черновые работы или… сразу мышками…
— Мышками?
— Лабораторными, ага. Ну… — вновь потянул Каджи. — Ты же слышал, наверное. В Стене есть много мест, которые лучше всего проверить на своей шкуре. Расходник не защищается системой, Арк. Но вот сама система охотно выдаст квест на голову расходника, убившего проходчика или юстициара.
— Есть какие-то ещё категории? — спросил я. Помнится, система упоминала ещё две.
— Да, есть смотрители, — ответил бывший пленник. — Но их мало и у них нет какой-то особой фишки. По идее, это смесь проходчика и юстициара. Точно тебе не скажу. Их всего пятеро на весь город. Белая, Серая, Чёрная.. и сумасшедший лавочник, торгующий проклятым хламом.
— Ты назвал четверых, — заметил я.
— Про пятого просто знают, что он есть. Это вроде городской легенды.
— И чем они знамениты? Что-то этот статус им даёт?
— Да ничем особо. Живут себе своей жизнью, не участвуя в сварах между гильдиями. Только система их защищает особенно рьяно. Лучше даже косо не смотреть в их сторону — мало ли. Но они сами этим не сильно пользуются. Белая чистит Стену. Остальные… аутируют, хех. Сидят на одном месте по большей част и не делают ничего. Разве что Серая ведёт записи. Её вы сами скоро увидите.
— Окей. Что там с вашими бандами? Мы обязаны быть в одной из них? Если я захочу, например, собрать свою?
— Да собирай на здоровье, всем плевать. Многие так и остаются одиночками, только на рейды в стену сбиваются в группы. Я вроде уже говорил, для нуба открыт путь только в свору. Кто не хочет быть одиночкой — идёт туда. В вольную лигу попасть можно, если ты сам к ним придёшь. Только вот никто не знает, куда нужно прийти, хех. Так говорят, во всяком случае…
На нас налетел порывистый шквал ветра, на время мешая говорить и заставляя согнуться поближе к заснеженной поверхности Стены.
— А если я захочу попасть в гильдию или альянс топов? — спросил я, когда ветер чуть стих.
— В гильдию ты можешь подать заявку, но шанс, что тебя возьмут околонулевой. Говорят, они берут только тех, у кого есть особый талант. Лучших. Не по навыкам, а я имею ввиду, а боевой потенциал твой и личность. Ну а к топам можно попасть только с высоким уровнем. Как-то так.
— Кстати… я вот ещё что не понял. На кой чёрт эти уровни? Вроде бонусов за их поднятие мне не отсыпало.
— И не должно было, — усмехнулся Каджи. — Уровень — это «уровень угрозы». Система соотносит тебя с опасностью известных ей монстров. Реальная сила — это моды. Ну и эволюции в новую расу, само собой.
— А главной банды нет?
— Каждая гильдия считает главной себя. Но драться за власть и выяснять кто сильнее нельзя. Бой в стене — табу, а на поверхности юстициары.
— Что скажешь про мирных и бедствии? — припомнил я две категории, о которых Каджи не упомянул.
— А, мирные, да. Если проходчик не спускается в стену дольше пяти дней, или юст не выполняет квесты или не убивает монстров наверху, то категория меняется на мирного. Прав у них нет никаких, и категории многое недоступно. Но система их по-прежнему защищает. Не так активно, как нас, но беспредел тоже не допускает. Ну а бедствие — это бедствие…
Что ж, теперь с категориями и гильдиями примерно понятно. Разве что остаётся ещё один момент. Вопрос, который у меня сразу возник, когда я услышал про систему правосудия в этом мире.
— Хм. А вот скажи. Допустим, одна гильдия стала сильнейшей и просто будет убивать всех, кому придёт квест на головы их людей? Например, те же топы. Что тогда?
— Не получится, — помотал головой Каджи. — Если система посчитает, что от тебя больше вреда, чем пользы, то просто понизит в категории.
— То есть разжалует в расходники? Забавно. Но это ведь сильнейшая гильдия у нас, верно? Они могут даже в статусе расходника закошмарить всех остальных. Как быть тогда?
— Хм? — парень посмотрел на меня с удивлением и даже некоторым снисхождением. — Даже не знаю, Арк. Ты кажешься мне очень умным и хитрым вожаком маленькой стаи. Но иногда ты говоришь, как наивный ребёнок. Уж прости за прямоту.
— Что не так?
— Статус расходника наверху — это приговор. Никто не откажется от раба. А если у раба высокий уровень и много способностей — тогда он ещё ценнее. Скажу больше. Слышал как-то историю об одной наглой проходчице, вертевшей хвостом перед уважаемым человеком из топов. Так вот, её подставили, чтобы опустить до расходника. Так что не скажу как, но и такое возможно.
— Какой же ненормальный у вас тут мир… — качая головой, медленно процедил я.
— Какой есть, — хмыкнул Каджи.
Из дыры в покрытой снегом стене медленно выезжал Мерлин в окружении оставшихся мешков.
Ветер усилился, растрепав длинные волосы Тии. Верхний слой снега поднялся ввысь, создавая сплошной поток колючих ледяных игл.
— Лучше поторопиться, — вдруг посерьёзнел бывший пленник. — Если поднимется ураган, нас может снести со стены…
16. Город, от которого хочется держаться подальше.
Вопреки моим опасениям, путь до города был спокойным. Холодным, слишком долгим для заявленных двух километров, и ещё раз холодным. Но.. спокойным. Нас так и не потревожили ни местные птицы, ни какие-нибудь бандиты.
Хотя если вспомнить рассказ Каджи о местном правосудии, я сомневался, что простые грабители здесь возможны. Скорее тихие воры и незаметные убийцы, а вот так в лоб никто не станет нас грабить. Если мы не отдадим свои пожитки сами, забрать их силой у нас не получится.