Графиня – служанка (СИ)
В итоге увлеклась настолько, что от зеркала отвлёк укоризненный голос вернувшегося с работы деда Гонро:
— Лара! Ты всё-таки заболела!
Хихикая, я подошла к нему поближе и провела мокрой тряпочкой, смывая боевой раскрас. Хорошо, что его ещё инфаркт не хватил. Такого я себе бы не простила.
Старик внимательно изучил обе стороны лица, а затем цокнул языком:
— Ты знаешь, а в этом что-то есть. Думаю, если вот тут и тут подправить чуть-чуть, вполне сойдёшь за болезную. А твоё место ещё и чуть в тени находится... Если захочешь попробовать в этом образе, про руки не забудь: они всегда выдают, если сильно от лица отличаться будут.
В общем, идею с гримом он одобрил, а после ужина мы с ним вдвоём принялись надо мной колдовать. Но самый неожиданный и приятный сюрприз он случайно принёс с собой. Вернее, на себе. Обнаружила я его, когда заметила испачканную в чём-то белёсом, накидку.
Глава 20. Химики-алхимики от красоты
Как выяснилось, днём дед Гонро ходил в лес за дичкой, что растёт вдоль оврага. Там и испачкался. Увидев мой неподдельный интерес, он предложил показать то место, пообещав зайти за мной на следующий день. Хорошо, что я догадалась захватить с собой не только лопатку, но и пару мешковин. Не знаю, что было когда-то на месте этого леса, но чтобы в природе на значительно небольшом расстоянии друг от друга можно было найти три вида глины — впервые. Дед Гонро только пожимал плечами, говоря, что во времена магических войн могло произойти всё что угодно. В итоге я стала обладательницей не только нескольких кусков каолина, но ещё и обычной красной, а также голубой, собранной в небольшом озерце. Увидев мой неподдельный интерес к ней, дед Гонро вздохнул и отвёл к алхимику, у которого все покупали рохнянку. Посчитав, что до конца дня я окончательно потеряна для реальности, старик сказал, что заберёт меня после работы, а сам вернулся на паперть. Мэлт, как и большинство увлечённых своим делом, немного скучал, так как все заказы уже выполнил, а тут такой подарок судьбы в виде меня. Объяснив на пальцах, что мне хотелось бы получить, до самого прихода деда Гонра мы с ним «химичили» над различными видами клея и застывающими массами на основе крахмала и муки. Увидев заставленный коробочками и несколькими тёмными бутылками столик, старик только спросил «сколько» и незамедлительно выложил двадцать грошей. И это мне ещё удалось сбить цену, заинтриговав Мэлта глиной. Пришлось пообещать показать конечный результат. Была бы ещё я сама уверена в успехе... Я пыталась вручить алхимику свои кровно заработанные, но тот был ни в какую. Раз дед Гонро запретил брать от меня деньги, значит, так и следует поступить. Пришлось согласиться, скрипя сердцем и зубами. Причём даже не знаю, что скрипело сильнее.
Пока отваривала лапшу и делала салат из огурцов, зелёного лука и сметаны, всё поглядывала в сторону одного из ящиков шкафа, в котором хранились нитки, иглы и ещё кое-какие швейные принадлежности. Дед Гонро посмеивался и шутливо всплёскивал время от времени руками, что вот так придёт вечером, а Тёмного города нет, ибо взорвался. Пришлось показать все сокровища, принесённые от Мэлта, поясняя, что для чего нужно. Старик лишь покачал головой, сомневаясь, что из этого что-то получится прочное или эффектное. Что ж, посмотрим. Во-первых, я с племянником постоянно что-то лепила, чтобы работать над его мелкой моторикой, во-вторых, практику в больницах проходила частенько в приёмном покое, а там на различные травмы насмотрелась вдоволь, а, в-третьих, в институте был студенческий театр, и режиссёр учил нас некоторым основам наложения грима. Давно это было, но смогла же я накануне хоть что-то вспомнить, когда рисовала себе синяки.
На следующий день я достала бутылку с клеем, при застывании становящимся похожим на латекс. Ради интереса на пустую бутылку нанесла несколько слоёв, а потом, когда он начал схватываться накорябала посередине полоску, формируя края рваной раны.
С кисточками вопрос решила просто: срезала немного собственных волос. Вот как тут не вспомнить сгинувший в реке кусок косы? Эх... Всего-то зажала крепко перевязанный пучок нужной толщины между четырьмя подходящими деревянными лучинками и обмотала сверху крепко-накрепко нитками, и ксисть готова! Потом подумала, что на балах мне тут не сверкать и безжалостно срезала несколько прядей в нижней части головы, но выше линии роста волос, чтобы по-прежнему можно было спокойно заплести косу. А потом ещё и по кончикам прошлась, так как понимала, что без толстой кисти, которой обычно наносят пудру, никак не обойтись будет.
С помощью красной и чёрной красок такую прелесть получила, что на Хэллоуин с руками заготовки бы оторвали. Бутылка украсилась ещё несколькими заготовками. К сожалению «тонировать» кожу придётся глиняным порошком, ну да не страшно. Мэлт, кстати, заверял, что клей для здоровья безопасен, иначе с алхимика давным-бы давно голову сняли другие клиенты. Перчатками в Тёмном городе не пользовались. Правда, снимать «латексный» клей с кожи придётся маслом, аккуратно подцепляя края, зато во время дождя точно не отвалится.
В качестве эксперимента налепила на руку две «раны»: одну с запёкшейся кровью, а вторую в виде грубо наложенного воспалившегося шва. Пришлось предупредить деда Гонро, что покажу ему ужас-ужас, но не настоящий. В конце концов, он долго крутил обе руки и даже тыкал указательным пальцем, проверяя на прочность.
— А на лицо такое тоже можно?
— Думаю, что да. Ещё не проверяла. Но ожог или невус вполне можно изобразить.
— Про ожог понял, а второе — это что?
— Такое большое бордово-фиолетовое пятно вроде родимого, но...
— А, понял. Таких да, жалеют. Потому что никуда не берут, разве что за скотиной ухаживать на самых захудалых дворах. Наши пытались себе такие рисовать, но не преуспели: от пота краска быстро начинала течь, а вот краску в клей запечатывать как-то не догадались...
В общем, неделя пролетела быстро. Если с красками и клеем подружилась достаточно быстро, то вот с каолиновой глиной испортила такое количество заготовок, что не сосчитать. Сказать кому, что просить милостыню собирается девушка с фарфоровыми челюстями, никто не поверит. Тем не менее, мне удалось слепить несколько пар накладных, добившись их крепкости путём обжига в очаге. Портить свои родные зубы, покрывая чёрной или жёлтой краской не хотелось. Иначе с уровнем местных стоматологов быстро можно их лишиться. Зато теперь я могла похвастаться и «сломанными» зубами, и «выбитыми», и «кариозными» настолько, что самой перекреститься захотелось, взглянув в зеркало.
К концу «больничного» Сет притащил хвост и гриву, принадлежавшие явно лошади серой масти, потому что светлые волоски перемежались чёрными. На полноценный парик их бы не хватило, но обвязать шапочку с помощью крючка седоватыми прядями мне никто не мешал. Намотать сверху платок и, вуаля! На полноценный образ старухи я претендовать не собиралась, а вот на измученную, если не сказать — измудоханную, жизнью женщину вполне. С учётом того, что моё рабочее место находилось возле квартала прачек, вылепила себе накладные «распухшие» суставы. Посмотрим, сработает ли на это расчёт. Не знаю даже, кто больше переживал: дед Гонро или я. Мэлт так пришёл в восторг, когда я показательно поклацала фальшивыми зубами, напугав его своим неожиданным появлением. За что получила в подарок пузырёк с новым видом клея, который тот никак не мог придумать, куда приспособить. Поблагодарив алхимика, я отправилась готовиться к первому полноценному «рабочему» дню.
Глава 21. Трудовые будни Просящих
Перед тем как отвести меня на «рабочее» место, Роб вывернул все карманы, напомнив, что жульничать не стоит, беря деньги у деда Гонро. Я и не собиралась. Плюхнувшись в нужном углу, спрятала часть лица в тень, выставив «расцарапанную» на всеобщее обозрение. Для первого раза решила обойтись артритными суставами и ободранной «моськой». Идущие в прачечные девушки тяжко вздыхали и на милостыню не скупились. Я уже имела ни одну беседу с дедом Гонро на этот счёт, что совестно было обманывать, работать-то, как обычный человек я могу, но не могу в силу сложившихся обстоятельств. А тут отдают честно заработанные деньги местные трудяги. Но он мне объяснил, что практически каждый может оказаться на месте Просящих, поэтому верят, что и к ним также относиться будут, случись чего. По большей части в этой профессии династий не было, так как обитателями Тёмного города становились те, кому больше идти было некуда. Если же и оставались родственники, то детям или внукам помогали деньгами, чтобы выучить какому-нибудь ремеслу, желая тем лучшей жизни. Это среди Берущих или тех же Разящих было принято передавать мастерство подрастающим поколениям. Даже в домах утех встречались такие дамы, хоть и реже. Тоже не самое лёгкое занятие. Но, как выразился всё тот же дед Гонро, бывали такие женщины, которые из поколения в поколение готовы были продаваться не только по звону кошелька, но и по зову сердца.