На страже Империи. Том 1 (СИ)

Особенно, когда точно знаешь, что противник не сумеет защититься.
Лезвие шпаги в миг почернело — также, как совсем недавно в руках Лихачёва. Только вот Опустошение потому и Опустошение, что вбирает в одну точку почти всю ману заклинателя. И обращает ее в чистую мощь!
Клинок шпаги лопнул, со звоном разлетевшись под натиском чистого Небытия. Но и не подумал исчезать, обернувшись черной, поглощающей все вокруг полосой смерти.
— Бывай, колдун! Увы, никакая книжка не заменит собственное мастерство!
Противник все-таки дрогнул и прервал в последний момент свой вихрь. Он начал ставить собственный щит… И не успел.
На полной скорости я врезался в колдуна, на лету пронзая его полосой непроницаемой тьмы. Он не успел даже вскрикнуть — во все стороны мгновенно ударило вихрем бушующей разрушительной энергии. Энтропия накрыла все в радиусе десятка метров, испарив сам воздух, поглотив свет… И в метровую воронку в земле глухо шлепнулась книга в плотном черном переплете.
От чернокнижника не осталось ничего. К счастью, я хорошо помнил, как правильно творить такие заклинания, а потому меня не задело — лишь сбило последний защитный барьер.
Ну а следом, выставив на последнюю ману новую защиту — на этот раз от жара, я опустился на раскаленный камень. Мне нужно было время — восполнить хилые силы нового тела и перевести дух…
…И, как только я хоть немного пришел в себя, я тут же ринулся в портал — обещал ведь прежнему хозяину тела спасти как можно больше людей.
Но, когда я вновь пересек мировую грань, передо мной предстали лишь догорающие и разлагающиеся куски чудовищ. А еще два десятка магов в строгих черных мундирах. Окружив портал и добив последних тварей, они молча смотрели на меня. Смотрели с удивлением и… страхом?
  
Глава 2
 
Человек Императора
 
— Добрый день, ваше благородие! — улыбнулась мне юная миловидная медсестра в снежно-белом длинном халате, заглядывая в палату. — Меня попросили передать вам, что примерно через час к вам зайдет посетитель. Кто-то очень важный! — добавила она шепотом, подмигнула мне и закрыла за собой дверь.
Я оказался в Московской Государственной Особой Клинике. Больнице для аристократов-магов. Не то чтобы это было нужно — ведь перед выходом из портала, два дня назад, я сам себя обжег и порядочно изранил, просто повалявшись по раскаленной земле. Мне нужна была какая-то легенда, как и почему я вернулся из разрыва. Нужно было притвориться жертвой чудовищ.
Черная Книга была при мне… Но не совсем. Как и почти во всех таких гримуарах, первым же записанным в ней заклинанием было Самосвертывание — смещение Книги в пространстве и слияние с аурой владельца. Ничего особенного — вон, даже в моей палате стоит маленькая полочка, на которой в сжатом виде уместилась добрая сотня разных книжек.
Но меня, конечно же, больше интересовал Интернет.
Хоть я и провёл тысячелетия в мире мёртвых, но прозябал я там не один. И уж от кого от кого, а от свежих собеседников, только-только покинувших мир живых и еще нуждающихся в постоянной болтовне, отбоя не было.
Особенно у меня — все еще сильного мага, способного защитить новичков от множества опасностей нового для них «мира».
В общем, о последних достижениях человечества — машинах, отмене официального рабства, огромных кораблях, парящих по небу слаженными усилиями магов из мелкой знати, я знал. Знал и о мировой информационной сети, которая хоть и была официально разделена между пятью Великими Державами, но на деле была действительно всемирным достоянием. И теперь поспешил изучить ее на деле.
В Интернете я провел прошедшие два дня, пока меня исследовали, обследовали и лечили. Как оказалось, целительство здесь — редкий и очень слабый дар, к тому же строго контролируемый. Так что лечат в основном технологическими методами. А маги предпочитают просто иметь хорошую защиту, не получая повреждений.
Понимая, что всё, что я буду вбивать в поиск, потом проверят компетентные господа, я делал вид, что просто любопытствую о мире, смотрю, чего обо мне и моем роде пишут всякие СМИ, интересуюсь эхом трагических событий, в которых мне довелось поучаствовать.
  
Увы, о последних в сети почти ничего не было, а то, что было, быстро удалялось. Я даже удивился, что Имперская Гвардия, которая и встретила меня возле портала, не избавилась от молодого и мелкородного Лихачёва как от лишнего свидетеля.
А раз кто-то решил ко мне заглянуть, значит, на меня есть еще какие-то планы. Осталось разобраться и решить, хочу ли я в этих планах участвовать. В моих ли интересах происходящее, или придется укоротить кому-то любопытный нос.
— Господин Лихачёв Дмитрий Алексеевич? — без стука вошел ко мне невзрачный человек средних лет. Одетый в неброское зеленовато-коричневое пальто, шляпу-котелок, очки в круглой оправе, посетитель производил впечатление скорее какого-нибудь мелкого чиновника или сотрудника одной из бесчисленного множества контор, чем серьезного представителя власти.
А значит передо мной точно серьезный представитель власти.
— Да, это я. — кивнул я, не вставая с постели. Почти все бинты с меня уже сняли, но мне просто было лень вставать. — С кем имею честь? Мы знакомы?
— Разрешите? — кивнул человек на деревянный стул в углу, вешая шляпу и пальто на крючки у входа. Под пальто оказалась простая серая рубашка и черные брюки без всяких дворянских бирюшек.
Я кивнул.
— Имею честь представиться, Ваше Благородие. Мое имя — Даниил Григорьевич Лопатин. Представляю здесь интересы Его Императорского Величества. Вот, у меня тут удостоверение, позволяющее вести дела, не называя должности и титула, извольте.
Вынутая Лопатиным красная «книжечка» оказалась непростой. Такую при всем желании было бы очень трудно подделать. И императорская печать подлинная — уже нашел в сети, как отличать ее от подделок. Заранее догадаться, что придется иметь дело с дознавателями, было нетрудно.
— Да, я понимаю. — сосредоточенно кивнул я. — Чем могу служить Империи, господин Лопатин?
— Приятно общаться с деловым молодым человеком, барон. Должен вас сразу предупредить — все камеры наблюдения и следящие чары в этой палате сейчас отключены. Более того, установлены блокирующие. Посмотреть за нами или подслушать будет как минимум очень непросто. Вы согласны вести разговор дальше?
Пустые формальности. Будто кто-то реально будет спрашивать согласия какого-то барона — низшего из дворян, имеющих собственное поместье и землю. Но все-таки процедура есть процедура. Я согласно кивнул.
— Хорошо. — кивнул в ответ Лопатин, вынимая из своей кожаной сумки какую-то бумагу. Тоже совсем не простую. — Это договор о неразглашении, господин Лихачёв. Прошу ознакомиться и подписать при согласии.
Тоже вполне ожидаемо. Я пробежался глазами по тексту. Нигде и никому не рассказывать о том, что произошло в области прорыва, о том, что я там видел и узнал, а также, конечно, о содержании и самом факте каких-либо разговоров с господином Лопатиным Даниилом Григорьевичем.
Надо же — всех последующих разговоров. Выходит, его приставили ко мне надолго. Мне это не понравилось, хотя ожидать другого и не стоило. Я подписал и отдал договор назад.
— Фух. — утер пот со лба посетитель. Похоже, работы у него немало, выглядит уставшим и откровенно замотавшимся. — Раз с формальностями у нас проблем не возникло, давайте наконец к делу. Барон Дмитрий Алексеевич Лихачёв, последний представитель своего рода. Не женат, детей нет. Состоите в дальнем родстве с родом графов Меньшиковых. Все верно?
Я кивнул. За последние дни я действительно успел с удивлением узнать, что вообще-то являюсь последним в роду. Родители скончались — отец лет десять назад, на очередной войне с Японской Империей, мать — всего год как, от сердечного приступа. Похоже, она всегда была слаба здоровьем. Немудрено, что я был их единственным ребенком.
Да уж, действительно. Семьи нет, род хоть и баронский, но вот он весь, в зеркале на меня пялится. Имение — старый особняк с землей и одним мелким селением, сейчас за ним присматривает наш управляющий.