На страже Империи. Том 1 (СИ)

— Оргад нахинх шад малагар! — выкрикнул я, приземляясь и тут же выхватывая из свернутого пространства массивный черный гримуар. Черная книга сама раскрылась на нужной странице — спасибо привязавшему ее ко мне заклятию. Та самая огненная буря, что направил против меня чернокнижник. Собственную ману я тратить раньше времени не хотел, да к тому же нет лучшего средства против Адепта Воды, чем пламя. А та буря состояла из Пламени Хаоса. Того самого, черно-багрового. Форма Огня, наиболее близкая к моему аспекту — к Небытию.
— Сегеттетх! Орда линек им-шиаттот…
Я продолжал и продолжал тараторить заклятье, заученное еще в Аногоре, пока я валялся, восстанавливая ману и повреждая тело. Теперь оно само срывалось с моих губ. Лишь краем сознания я подметил, что такого заклятия я раньше не знал. Похоже, магическая мысль чернокнижников не стояла на месте все эти тысячи лет.
— Что за? — насторожился маг, увидев в моих руках гримуар. — А, неважно! Умри!
Но пока он обдумывал свои действия, а затем сотворял россыпь тончайших ледяных игл, от которых я не уклонился бы при всем желании, я закончил чтение заклятия. И все вокруг меня исчезло в ослепительном черно-багровом столбе пламени. Пламя Хаоса за считанные секунды пожирало траву, деревья, испаряло воду. Оставляло от всего, с чем сталкивалось, лишь липкий жирный пепел.
В последний миг противник, кажется, понял, что сейчас произойдет. Увидел рисунок заклинания или ощутил мощные колебания маны — я не знаю. Но защиту выставить успел. В отличие от малолетнего Шувалова, он знал, как защищаться. И между ним и стеной черного огня возникла искрящаяся ледяная полусфера.
Она трещала и плавилась, однако отражала одну атаку за другой.
— Сегеттетх! Сегеттетх! Сегеттетх! — повторял я слово-активатор, посылая одну стену огня за другой. Увы, у этих книг имелось значительное ограничение. Я не мог послать больше десятка стен пламени подряд. Затем или перезарядка заклинания… Или нужно платить собственной кровью.
Кровью платить я не собирался. Так что, когда в противника отправилась последняя, десятая, огненная стена, расколовшая в пыль уже четвертый выставленный им щит, я сам сорвался с места. Спрятав книгу в подпространство, я взлетел, выставив вперед обе руки, и спокойно произнес:
— Сфера Антимагии!
И вся та мана, огромное количество которой рассеялось вокруг из разрушенных ледяных защит и рассеянных ими стен Пламени Хаоса, обернулась в черную, почти непроницаемую сферу. Это моя любимая сторона Аспекта Небытия — возможность уничтожать не только вещество, но и саму магию.
  
Глава 6
 
Общая проблема
 
— Выпусти меня! Я дворянин и подданный Его Величества! — высокомерно процедил заключенный в полупрозрачную сферу мужчина. Он сохранял хладнокровие, как это и свойственно Адептам Воды с уклоном в лед. Но то, что он почти не может колдовать, его явно удивило.
И теперь, придя в себя после довольно болезненного падения, он сразу начал качать права. Впрочем, делал он это как-то рассеянно, словно на автомате.
— Все мы здесь подданные Его Величества! — ответил я, потирая ушибленные ребра. На самом деле, два ребра все-таки сломались. Но я предпочел потратить еще часть маны на их заживление. И теперь от переломов остались лишь очень болезненные синяки. — Но подданные Императора, кажется, не должны пытаться друг друга прикончить?
Маг лишь молча смотрел на меня. Я не могу держать эту сферу бесконечно — и даже очень долго не могу. Не хватит собственной маны. И противник не может этого не понимать. Как и того, что живым его оставлять нет никакого смысла.
Так что теперь он просто выжидал, пока у меня кончатся силы. Только вот я ждать этого не собирался.
— Нуууу, раз ты не планируешь отвечать, значит ты мне бесполезен. — протянул я, отслеживая эмоции пленника. — Следовательно, больше толку будет, если я на тебе немного потренируюсь.
С этими словами я крутанул кистью правой руки, к которой и была привязана моя Сфера. И тюрьму мага стала заполнять разреженная отрицательная энергия. Своеобразный газ или пылевая взвесь, понемногу разрушающая всё, с чем сталкивается.
  
Увы, пока степень моей синхронизации с новым телом позволяла действовать лишь сообразно склонностям прежнего Дмитрия. То есть, разрушать всякими разными способами. Был бы он хаотиком, я бы вообще пока не был бы способен ни на что, кроме как метать в противников тонны отрицательной маны. Но склонность барона к Порядку позволила мне сотворять какие-никакие устойчивые структуры. Как, скажем, вот эту сферу.
И будь со мной прежняя сила — я смог бы делать с пленником Сферы всё, что захочу. Проникнуть в его разум, вытащить всю нужную информацию, сломить волю. Я ведь не ограничивался одним лишь Небытием, хоть склонность имел именно к этому Аспекту.
Но сейчас, увы, я могу лишь безопасно избавиться от несостоявшегося убийцы. Безопасно для себя — и очень болезненно для него.
Только вот реакция пленника оказалась какой-то… странной. Он просто молча стоял, тупо уставившись в одну точку, и лишь иногда слегка подергивался. Его кожа уже начала разрушаться и отслаиваться от контакта с разреженной негативной маной, несущей с собой энтропию, глаза и ногти кровоточили. Но он на это никак не реагировал…
А затем что-то звонко лопнуло, неслабо ударив по барабанным перепонкам. Так, что я чуть не потерял концентрацию. Я ощутил всплеск маны в области головы этого мага. Такой, словно распалось какое-то мощное заклятье. И мой неудавшийся убийца рухнул как подкошенный, потеряв сознание.
Я прекратил нагнетать в Сферу энтропию. Мне никогда не доставляли удовольствие пытки и чужие страдания сами по себе. Так что я сделал это даже с облегчением.
К тому же, по астральному следу я уже начал догадываться, что только что произошло. Подошел к сфере поближе, входя в астральный резонанс с ее контуром. Мгновенно поглощая любую высвобождающуюся внутри него ману, контур еще довольно долго сохраняет ее след. В мое время эти сферы чаще использовали не по прямому назначению — не для блокировки магов. Ибо любой маг с пеленок знал, как их разрушать. Чаще их применяли для того, чтобы сторонний наблюдатель мог считать структуру чьего-нибудь заклинания.
Мага окружали такой Сферой, он творил в ней то, что хотел показать, а затем наблюдатели анализировали отпечаток заклинания, остающийся на контуре Сферы.
Этим же занялся и я, постепенно распутывая сложное плетение.
— Аспект… Ого, Жизнь и Смерть. В одном заклинании, но разделены… Ядро состоит из плетений Жизни…
На анализ ушло почти полчаса. К счастью, всё это время мой противник лежал без сознания, лишь тревожно дыша. Я его немного подлечил, но не слишком сильно, чтоб не очнулся раньше времени.
И в итоге я в общих чертах выяснил, что это такое было. Ментальный блок — подчинение разума человека конкретной задаче. Видимо, убить меня, но тут точно не скажешь. Прямая работа с разумом, как свойством живого, относится именно к Аспекту Жизни. И здесь работа была проделана очень грубая, но крепкая, наглухо запечатавшая личность этого типа и память о сотворившем с ним такое маге.
А Смерть… После выполнения задачи, или при явной угрозе провала и попадания в плен, должно было сработать заклятие, убивающее носителя. Просто мгновенно разлагающее его мозг, чтоб и с него нельзя было ничего считать.
Но, похоже, Сферы Антимагии противник не учел… Интересно. Ладно, этого возьму пока с собой.
Я подхватил своего бывшего противника и взмыл с ним в небо. Даже без сознания он оказался куда легче толстого водилы, так что потихоньку-помаленьку я сумел притащить его к опушке, где и оставил того самого мужика.
— О, Ваше Благородие! — выбежал из-за толстого древесного ствола водитель. — Вы живы! А это тот самый козел, который мне тачку загубил⁈
Я положил тело мага на землю — и водила уже был готов как следует отпинать бесчувственного чародея. Но я не дал.
— Погоди, погоди. Как тебя звать?