Жрон (СИ)

— Ты читал мои статьи? — задала она вопрос.
Я кивнул. 
— Да, что касается Хогвартса, все, по крайней мере за последние три года.
И снова она бросила на меня странный взгляд. Продолжила, после недолгой паузы. 
— Тебя не удивляло, что я так вовремя оказывалась в центре событий?
— У тебя был источник, — ответил я убеждённо, и она кивнула, подтверждая.
— Да, был. И это был как раз Седрик.
Что ж, это было логично. Вполне. Кто ещё знал наперёд, что и где случится. Я почти даже и не удивился. Первый даром времени не терял, сходу вышел на журналистку, купил её материалом. А я-то оказывается, повторяю его шаги. Оставалось узнать, раскрыл ли он перед ней карты, использовал ли в тёмную и что от неё хотел взамен.
— Как раз, три года назад, вышел на меня, прислав письмо совой. Обещал сенсационный материал.
— И что хотел взамен? — я абсолютно не верил в альтруистические побуждения попаданца. Просто потому, что и сам таковым не был. Но Рита только фыркнула, сказала с пренебрежением, повергая словами меня в натуральный шок:
— Просто деньги.
Не знаю, может быть это я тупой, но на кой использовать такой ценный ресурс как Скитер, с её уникальной анимагической формой, для банального обогащения, этого я понять не мог. Кое-как вернув себе дар речи, спросил: 
— И много хотел?
— Хотел много, — она усмехнулась. — Получил мало.
— Да? — я поднял бровь, разглядывая хитрющие глаза блондинки. — А что так?
— Ну, он был не настолько настойчив, как ты.
Кашлянув и шаркнув ногой, я дипломатично отметил: 
— Да, я такой, - вернувшись к объекту разговора, уточнил у журналистки: — Кроме денег, больше он от тебя ничего не хотел?
— Ты, о… — она замолчала, многозначительно улыбаясь.
— Нет.
Видя, что я вполне серьёзен и не расположен к продолжению шуток на данную тему, Рита задумалась, и наконец кивнула, сказав: 
— Да, было дело, как раз, через неделю, после первой большой статьи о философском камне. Просил свести его с кое-кем из Лютного.
— А ты? — в моей голове прозвенел первый тревожный звоночек.
— Послала, конечно, — Скитер пожала плечами. — Мальчик может и идиот, но я-то не дура.
— Дай угадаю, — я, кажется, начал понимать мотивы и желания своего предшественника. — Не с Горбином ли?
— Ага, с ним, — журналистка уже перестала удивляться моей проницательности, спокойно подтверждая мою догадку.
— Если это-то, о чём я думаю… — я схватился за голову.
— Вот-вот, — достав тонкую сигарету, Скитер воткнула её в длинный мундштук и с наслаждением закурила.
А я, не обращая внимания на сигаретный дым, сидел и думал, каким же это надо было быть конченым, отмороженным дебилом, чтобы спиздить философский камень и пытаться его сбыть в Лютном.
— Я же говорю, что я не дура. А то лежала бы с ним, зарезанная, в одной подворотне, а эти суки из «Пророка», даже на венок бы не скинулись, — Рита, выпустила колечко дыма.
— А больше ни с кем не просил познакомить? — с надеждой спросил я. Но надеждам моим не суждено было сбыться.
— Просил, недели за две, до того как Поттер василиска убил. С гоблинами, — сообщила она, добивая меня окончательно.
— А гоблины и меч Гриффиндора… — медленно проговорил я.
— Фантастически жадный до денег мальчик. Был, — прокомментировала Рита, глубоко затянувшись и с шумом выпустив струю дыма в потолок.
— Я выкопаю и изнасилую его труп, — мрачно пообещал я.
***
После проверки палочек, вся честная компания свалила, в том числе и Скитер, заряженная на аккуратное выяснение, сбыл ли Диггори артефакты заинтересованным лицам или не успел. А я дал себе зарок, что на ближайших каникулах, как только смогу вырваться в «Нору», обязательно навещу жилище папаши Диггори, Амоса, и совершу проникновение со взломом. Вдруг Седрик что-нибудь спрятал там.
— Пошли, что ли, к Снейпу? — предложил Поттер, когда мы, наконец, вышли из директорских покоев.
— А что, уже пора? — я и не заметил, как пролетело время.
— Угу, — кивнул тот.
— Ну, пошли, — мы поплелись обратно в подземелья, но Снейп, по каким-то своим соображениям, нас из класса выпер, буркнув, что со временем отработки определится позже, а пока ему некогда, и мы, вообще, можем валить куда подальше. После чего захлопнул дверь прямо перед нашим носом.
 
Однако день на этом не закончился: вернувшись в спальню, мы неожиданно наткнулись на незнакомую сову с свёрнутым трубочкой посланием на лапке, оккупировавшую изголовье Поттеровской кровати. И как только узнала. Он же у нас второй день всего спит.
Развернув письмо, Гарри вчитался, а затем неверяще поглядел на меня.
— Что там? — немедленно напрягся я.
А Гарри, ещё раз глянул в пергамент, и сказал, запинаясь:
— Ты знаешь, это Люпин. И… Сириус Блэк.
— Дай сюда, — вырвав листок из его опустившихся рук, я присел и вчитался в сухие строки:
«Гарри, здравствуй. Я тогда не успел толком ничего объяснить, совершенно не было времени. Я не мог отдать своего старинного друга опять на растерзание дементорам. Да, Гарри, Сириус Блэк - мой друг, точнее даже: мой и твоих родителей. Его посчитали виновным в их гибели, но истинным виновником был совсем другой волшебник, Питер Петигрю, которого все считали погибшим. Сириус думал, что тот находится где-то в Хогвартсе. Но ни он, ни я так его и не обнаружили.
А теперь мы узнали, что твоё имя попало в Кубок. Будь начеку, я и твой крёстный беспокоимся за тебя. И если ты не против, то мы могли бы поговорить через камин в гостиной Гриффиндора, завтра, в час ночи, и всё тебе объяснить. Пожалуйста, Гарри, поверь нам, нет никого кто бы не беспокоился о тебе больше, чем мы.
Ремус Люпин».
— Знаешь, Гарри, а я им верю, — сказал я после недолгих раздумий. — Люпин, как мне кажется, всегда искренне по-доброму относился к тебе.
— Ну, да, — Поттер присел на кровать, рядом, сказал уже более уверенно: — Он же меня и патронусу научил, и с боггартом справляться.
— И я о том же. Кстати, он писал, что настоящий виновник некий Питер Петигрю, ты не слышал о таком? — задал я наводящий вопрос.
— Не, — покачал головой парень, но вдруг встрепенулся. — Погоди, слышал. Диггори раз пробормотал, когда мы в Выручай-комнате были.
— Выручай?
— Да. О, я покажу тебе, классное место, — Поттер было принялся описывать, но я жестом остановил изливаемые на меня неуёмные восторги, возвращая его к главному: — Давай про Диггори, поподробнее.
— Ну, он ходил всё, что-то прикидывал, потом вдруг такой: «Точно, Петигрю!», и тут же убежал.
— А когда это было? — вот он, момент истины. И, да, у меня уже просто руки чесались бежать за лопатой и быстрее на кладбище к могиле Седрика.
— На третьем курсе, в середине учебного года. У тебя ещё крыса тогда пропала.
Я для приличия покивал головой, сделав вид, что вспоминаю.
— Ты, кстати, Диггори и обвинял в пропаже, орал тогда, что Седрик давно уже на неё глаз положил, ещё с первого курса, всё ходил, присматривался, и вот теперь украл. Все, правда, смеялись. Кому нужна старая крыса, — тут Поттер, посмотрев на меня чуть виновато, сказал: — Извини, Рон.
— Да ничего, — успокаивающе кивнул я. Но внутри меня всё клокотало. Этот, этот… я даже не мог подобрать слов, кто. Это был просто какой-то абзац. Впору было решить, что Диггори был тайным агентом Волдеморды. Или его большим поклонником. Ничем иным, логически, я просто такое поведение попаданца объяснить не мог. А мне теперь расхлёбывать всю эту кашу. Петигрю на свободе, философский камень, вполне вероятно, тоже у Пожирателей, хотя не факт. Такой предмет мог и вообще очень странными путями пойти дальше. Меч Гриффиндора, скорее всего, у коротышек. И это только то, что я знаю. А что сотворил этот мудак такого, о чём я ещё не в курсе?
 
— Так что ты думаешь, пойти завтра ночью к камину? — вернул меня к реальности Поттер.
— Ага, обязательно, — я серьёзно кивнул. — Слишком много странного происходит вокруг, союзники нам не помешают.