Посланница Поднебесья (СИ)

Что у них там творится⁈ Не переворот же, в самом деле…
Амэй точно не собирался пока идти на этот шаг. Считал, что проиграет.
Ангелы обычно не испытывают физических ощущений. Исключение — крылья. Но я сейчас я могла покляться, что по телу бегут мурашки.
Вдруг у моего бывшего возлюбленного (или не совсем бывшего) не осталось выбора?
— Амэй!
Я сделала то, что, пожалуй, не следовало делать. Позвала Высшего. Опять.
Ответа не получила, увы.
Он не мог мне ответить. Или не считал нужным.
Я собралась было обратиться к Тайрусу. Если кто и скажет, что творится «наверху», то это бывший наставник. Даже если накричит и не пожелает объяснять, я всё равно сделаю некоторые выводы из ответа.
Однако я не успела. В ушах снова зазвучал голос. Но не Аскольда, как в прошлый раз. А именно Тайруса.
Но говорил он не со мной. Не лично со мной. Это было обращение сразу к нескольким ангелам. Я знала, что такое возможно, но еще ни разу не слышала. А сама и вовсе не умела. Не доросла.
— Оставайтесь в тех мирах, где находитесь сейчас! — приказал Тайрус. — Не приближайтесь к Поднебесью! Повторяю, не приближайтесь! Не подчиняйтесь приказам Аскольда, если не хотите сгинуть ни за что! Это не ваша битва!
Я села на крыше, свесив ноги вниз. Решила, что случилось именно худшее. Высшие схлестнулись, а Аскольд пытается втянуть в это всех доступных ангелов во имя собственной победы.
И что теперь делать?
Понятно, что не лезть на рожон. Но как можно просто сидеть и ждать? Особенно, если происходящее касается тех, кто мне небезразличен? И меня самой?
Погибнет Амэй, некому будет прикрыть нас с Сарой. А правда всплывет рано или поздно. Это вопрос времени. С меня уже слетала маскировка. Да, постарался уничтожитель. Но кто сказал, что нет иного способа?
Впрочем, я беспокоилась не только о себе и сестре.
«Душа» или сама суть ангела ныла.
Я не хотела, чтобы Амэй исчез. Уж точно не сейчас, когда мы так и не разобрались в прошлом и… настоящем.
У меня не было уверенности, что у нас есть будущее. Но если Высший сгинет в схватке с Аскольдом, я уже никогда не узнаю, был ли у нас двоих еще один шанс.
…Минуты бежали, а в Перевертыше начала портиться погода. Первым предвестником бури стал ветер — холодный и хлесткий. Солнце еще светило, пытаясь посылать жителям мира теплые лучи. Но ветер гнал на город ледяной воздух и фиолетовые тучи.
Я выругалась. Мне только ливня не хватало. Да, буря — идеальное отражение настроения. Но мокрые крылья — это плохо. Под дождем мы так себе — летуны.
Как быть? Прятаться и продолжать ждать новостей из Поднебесья?
— Не могу так… — выдохнула я.
Одиночество сейчас убивало. Требовалась компания. Желательно осведомленная об ангельских делах. Сара не рассматривалась, разумеется. Она сразу поймет, что я на взводе. Ни к чему ее пугать. Особенно после всего пережитого.
— Ши… — позвала я. — Торр…
Никто не отозвался. В «эфире» будто помехи звучали. Едва уловимый шум. Будто кто-то нарочно желал, чтобы ангелы больше не могли друг с другом связаться.
* * *
А потом в голову постучалась немного безумная, но вполне логичная мысль.
В Перевертыше обитал опытный ангел. Знающий многое о делах Поднебесья.
Да, отношения у нас не заладились. Но в отчаянные времена стоит тянуть даже за ниточки, к которым раньше и не приблизилась бы.
— Кто-то нарушает приказ Высшего? — усмехнулась Симона Каставетт, когда я перешагнула порог ее бара.
— Ты тоже не в Поднебесье, — парировала я, садясь за барную стойку.
Выпить мне, разумеется, не предложили.
— Я изгнана, — напомнила Симона. — Мне запрещено появляться наверху.
— Ну а я — бедовый ангел, проходивший обучение в группе категории «Д», за глаза называемой «дубинами». Что с меня взять?
— Не думаю, что Аскольд примет этот аргумент, когда впоследствии начнет разбирать, кто явился помогать, а кто нет.
Крылья были сложены и спрятаны, но я могла поклясться, что ощутила трепет перьев при словах Симоны.
Но страха не показала. Посмотрела ей в глаза с вызовом.
  
— Я не боюсь.
— Это потому, что у тебя влиятельный заступник. Но кто знает, что случится, если Аскольд победит в сватке?
— А ты была бы рада? — мои кулаки сжались.
— Нет, — Симона поморщилась. — У меня хватает претензий к твоему разлюбезному. Но Аскольд — худшее, что могло случиться с Поднебесьем. Многие вздохнут спокойнее, если он лишится власти.
— Ты что-то знаешь? — спросила я прямо. — О том, что происходит прямо сейчас?
— Они схлестнулись, — ответила она после паузы, внимательно следя за реакцией. — Аскольд и Амэй.
— Врешь, — прошипела я. — Амэй бы не стал. Он говорил, что… — я запнулась.
Следует следить за языком. Не хватало еще рассказывать Симоне подробности наших обсуждений захвата власти в Поднебесье и свержения действующего режима.
— Видимо, произошло нечто из ряда вон, что заставило этих двоих начать сражение, и втянуть в него остальных, — проговорила Симона, опершись руками о стойку. — Я не знаю подробностей, Лора. До того, как связь заглушили, мне успели сообщить, что Амэй бросил вызов Аскольду, и дела плохи. Назад пути нет. Либо один, либо другой. Компромиссов не будет.
— Не называй меня Лорой, — потребовала я, глядя на Симону яростно. — Я ангел Ларо, ясно?
— Ясно, — кивнула она.
— Значит, ты не знаешь, что послужило катализатором?
— Нет. Мне самой любопытно.
— Любопытно? — захотелось огреть ее чем-нибудь тяжелым. — Вот как ты относишься к ситуации? Там чужие судьбы решаются.
— Да. Например, твоя, ангел Ларо.
— А еще Сары, — заметила я ядовито. — Без Амэя долго скрывать ее личность вряд ли получится. Как думаешь, какая судьба ее ждет? Запрут в хранилище душ? Или Аскольд выберет иное решение? Творящая живет без хранящей, а меня в человека уже не превратить. И ангелом мне точно остаться не позволят.
По лицу Симоны прошла тень. Об этом аспекте она не подумала.
— Что ж, аргумент весомый, — признала она. — Я не желаю Саре подобной судьбы. Она и так настрадалась.
Я сжала зубы, чтобы не сказать гадость. Жаль ей, видите ли, мою сестру. Десятилетиями держалась в стороне, хотя знала, что творил Ллойд. Молчала ради Галы. Настоящей лучшей подруги. Так что нечего прикидываться и подругой Сары. Симона давно сделала выбор. Понятный. Но всё равно мерзкий.
За окнами ударил гром. Гроза всё-таки началась. По стеклу забарабанили капли дождя, на глазах превратившись в настоящие потоки. Погода будто иллюстрировала происходящее наверху. Меня накрыло ощущение безысходности. Как же мерзко, когда решается судьба близких, а ты ничего — абсолютно ничего! — не в силах предпринять.
Симона посмотрела пристально, намереваясь что-то спросить, как вдруг прямо посреди зала из воздуха появилась светловолосая женщина в рабочей тунике Поднебесья. Я ее раньше не видела. Но наверху много ангелов. Я же пока — новичок.
— Миранда? — удивилась Симона вторжению. — Надеюсь, ты явилась не ради того, о чем я думаю?
— Именно ради… — начала блондинка гортанным голосом, совершенно неподходящим утонченным чертам, но замолчала, заметив меня.
— Можешь говорить при Ларо, Миранда. Она у нас — девушка посвященная в тайные дела-заботы, — объявила Симона деловым тоном, без намека на сарказм. — У нее роман с Амэеем.
Я чуть с высокого барного стула не рухнула.
— Ты рехнулась? — поинтересовалась у Симоны зловещим шепотом. — И нет у меня с ним никакого романа.
Та и бровью не повела.
— Но раньше-то был. И не сомневаюсь, вы снова сойдетесь, если твой разлюбезный выживет. В общем, Миранда, о Ларо не беспокойся. Говори, что хотела.
Блондинка неодобрительно посмотрела на Симону, потом окинула меня оценивающим взглядом с ног до головы.
— Нам поступили предложения от обеих сторон конфликта, — проговорила она, хмурясь. — Но мы знаем, чего стоят обещания Аскольда. А Амэй… Его вариант интересен для нас. Но без тебя дамы не рискнут вмешиваться.