Посланница Поднебесья (СИ)
Впрочем, не имело значения, какие у меня сохранились воспоминания и чувства. Как и то, жил ли сейчас мой возлюбленный в нашем земном доме. Мне никогда его не узнать. Не найти. Да и незачем. У посланников Поднебесья нет права заводить отношения с людьми. Подобная опрометчивость в разы страшнее моей выходки с Матильдой. Узнает кто о запретной связи, душе конец.
…Гай Лион в очередной раз несчастно посмотрел на дверь, издал горестный вздох и свернулся калачиком на грязной, пахнущей потом постели. Дрожащие руки нырнули под подушку. Это значило, крепкий сон близко. Спал поросенок так, что пулеметом не разбудишь. И не скажешь, что загремел в неприятности.
Я глянула в окно и с удивлением обнаружила, что дождь закончился. Надо же, как задумалась о забытой любви! Можно лететь к платформе, не опасаясь намочить крылья. Однако выдвигаться не тянуло ни капельки. Да и куда? Матильда во мне не нуждалась, а я после странного сна не стремилась оказаться в Мире Грёз и Обманов. Не дай Небо, опять отключусь. А наблюдать за Эсмеральдой было выше сил. При моей нелюбви к оккультизму, смотреть, как подопечная ни на секунду не расстается с предметами для гадания, сущее издевательство. Я решила, что отправлюсь на выручке эйле Сильвильенти только, если та окажется в смертельной ловушке. А это, судя по показаниям браслета, Виоле Донате пока не грозило.
Кстати, о браслете.
Вредное вспомогательное устройство взяло и без предупреждения отправило в голову голос Торра. Минуя позывную мелодию. Да столь громкий голос, что я дернулась, и висок встретился с оконным стеклом.
— Ларо! Ларо! Ты тут⁈ — вопил воин.
— Нет! — зашипела я рассерженной гусыней. — Это мой призрак! Зачем так кричать⁈
На мгновение повисла пауза, но Торр быстро опомнился и виновато крякнул привычную фразу, если её можно было таковой назвать:
— Так я это… того…
Я возвела глаза к потолку, предчувствуя, что разговор может затянуться.
…Совет, в общем, нужен…
Во как! Я мысленно хихикнула. Не мстительно, а просто чуточку радостно. Мысль, что я не единственная в группе, кто без конца попадает впросак, грела душу. Хотя какие советы я могла дать воину? Торра временно (на первый месяц) определили работать в родном Мире Войны, здраво рассудив, что в других Вселенных без дополнительной подготовки он наворотит дел на столетия вперёд. Эксперимент экспериментом, но и о безопасности людей стоило подумать.
О доме Торра я знала крупицы информации. Слишком уж много там противников, без конца воюющих друг с другом. Простые вояки тоже слабо разбирались в политической ситуации. Когда командир приказывал выступать с дубиной наперевес, те не интересовались — против кого.
* * *— У меня это… обе кнопки красные, — принялся объяснять Торр в обычной манере. — У мужика бой. Укокошат же! Куда ж я⁈ А она тоже того… Ещё мигает! И как же я⁈
Я вздохнула. Да уж, ситуация, и правда, патовая. Бросить подопечного на поле боя чревато крайне печальными последствиями. Но и девушка (вторая клиентка воина в родном Мире) однозначно в беде. Если Торр не откликнется, и подопечная погибнет, Амэй воину голову открутит.
— К наставнику обращался?
— Нет! — Торр уже не говорил, а фактически выл. — Велел самому. Ещё тогда. Вначале. А не лезть по этим… как их… путо… пусто… пустякам!
— О Небо и Миры! — вскричала я и всплеснула руками. — Смертельная опасность — не пустяк. Немедленно вызывай своего Грома! Не монетку же подкидывать, кому лететь на помощь!
— Ага, — несчастно выдохнули в голове и оборвали связь.
Я плотно сжала губы. О кураторе Торра в Поднебесье ходили легенды, правда, отнюдь не геройского происхождения. Поговаривали, изначально у него было другое имя, но из-за взрывного характера и жестокости оно быстро забылось. Первое время Громом ангела называли исключительно за глаза, опасаясь быть битыми. Но выяснилось, что прозвище вояке льстит, и он не прочь присвоить его официально. Я слышала, Гром мог взбелениться из-за пустяка и отдубасить подчиненного за любую провинность. На счету у беспощадного куратора был не один десяток поломанных ангельских крыльев, однако ему многое сходило с рук. Грому благоволил сам Высший Аскольд, ибо тот являлся любимым учеником главы Поднебесья.
Оставалось надеяться, что Торру не влетит от куратора после обращения, и все перья останутся на месте. Но воину, действительно, требовалась помощь, а за призыв старшего ангела по делу, драться не полагалось. Хотя кто разберет этих сыновей Мира Войны. Одни потасовки на уме…
Я еще раз посмотрела на посапывающего клиента, потом на браслет и прикрыла глаза, позволяя себе погрузиться в восстановительный полутранс. Заснуть я не боялась. Подозревала, что присущий людям сон способен завладеть мной лишь в Мире Грёз и Обманов. В самом воздухе той Вселенной присутствовало нечто, странно на меня влияющее. На меня единственную из всех обитателей Поднебесья!
По телу — от макушки до ступней — прошла мягкая волна, позволяя расслабиться и отключиться от тревог. Голова очищалась от мыслей, оставляя место одной картинке — тихому, заросшему камышами озеру под громадой серых облаков. Этому меня (как и всех остальных ангелов) научили в медицинском блоке после «рождения». Спокойная поверхность маленького водоёма — обязательны атрибут восстановления. Нужно сфокусироваться на нём, прогнав всё остальное. Каким именно будет озеро, не имело значения. Главное, чтобы господствовали тишина и покой.
Я почти увидела себя там — в месте, недоступном людям и другим слугам Поднебесья, когда на смену воде, напевающей едва слышную песнь, пришла надвигающаяся на город буря. Та самая — из недавнего сна. Мысль пронзила голову молнией, чтобы вновь поселиться внутри, не спрашивая позволения. Я почти физически почувствовала теплые мужские ладони на озябших плечах, горячее дыхание на шее. Как же сладко… И так невыносимо!
— Где ты? — шепнули губы, будто тот, кто не желал оставлять мыслей, мог услышать и вспомнить о существовании девушки, которая давно умерла, чтобы прожить ещё, как минимум, одну земную жизнь и превратиться в ангела-неудачницу.
Я открыла глаза, прервав пытку. Лучше полечу в Поднебесье. Посижу в классе стажеров и почитаю что-нибудь новое о Мирах, в которых работаю. Делом полезным займусь вместо наблюдений за ушедшими в подполье подопечными или погружений в собственное безумие. Да-да, безумие! А как ещё назвать вспыхнувшую страсть неизвестно к кому⁈
…Тревожное сообщение поступило, когда я почти достигла платформы Перехода. Сердитый голос Тайруса включился в тяжелой из-за прерванной процедуры восстановления голове и вызвал там целую серию громовых раскатов.
— Срочно возвращайся! Предстоит разбор полётов!
От неожиданности я перестала работать крыльями и рухнула метров на тридцать вниз.
— В чём меня обвиняют? — испуганно осведомилась я после того, как остановила неконтролируемое падение и вновь набрала высоту.
— Причём тут ты⁈ — гневно фыркнул бывший наставник. — Будто одна умеешь портить мне репутацию! Шевели крыльями, Ларо, пока Амэй нам всем их не переломал. Высший нынче в великом гневе…
* * *Оказалось, дело в Торре. А точнее, в подопечных, которых воин не уберег.
— Как это убили? — ошалело переспросила я, услышав страшное слово из уст Ши.
— А как, по-твоему, это бывает? — припечатал Кай, впервые заговорив со мной после промаха с Матильдой. — Вечно глупости спрашиваешь.
Я обиделась. Сильно. Но отвечать грубостью на грубость не стала. И так отношения с философом испортились. К тому же, нас позвали в зал для упомянутого Тайрусом «разбора полётов». Не в бирюзовый, где несколько недель назад Высшие решали мою судьбу, а в оранжевый — в два раза меньше.
Действующих лиц, правда, набралось в избытке. Не считая нас — четверых неудачников и бывшего наставника — присутствовала Гала, поменявшая кровавое платье на тёмно-синее, Гром с непробиваемым лицом, словно высеченным из камня, а также Высшие Амэй и Ольвет. И если первый был мрачнее неба перед ураганом тысячелетия, второй не пытался скрывать злорадства — поглаживал длинную бороду и с презрением смотрел на Торра. Сам воин вид имел отнюдь не геройский. Стоял посреди зала с поникшими крыльями и безучастно глядел в пол, смирившись с уготованной участью, какой бы та ни была.