Запечатленные (СИ)

Отец задумался, уже полностью владея собой. И предложил:
— Я изгоню его из Рода. Отлучу от мира кадхаи, так что никто не захочет иметь с ним дел. И в качестве страховки он будет носить артефакт, который будет сообщать стражам порядка о каждом его шаге. Это тебя устроит?
— Разумеется, — он кивнул. — А Оливия?
— Разве не ты пострадал от нее? Тебе и решать, — предложил Рэнд.
  
— Мне безразлична ее судьба, — Тео пожал плечами. — Даже если она избежит наказания.
— Нет. Она соучастница и должна быть наказана. Если тебе все равно, я сам решу, как.
— А у тебя есть идеи? — полюбопытствовал парень.
Рэнд задумчиво посмотрел на сына и кивнул:
— Двадцать лет исправительных работ, думаю, будет достаточно.
Тео изумился:
— Исправительных работ? Какого плана?
Отец усмехнулся:
— Девочке нравилось прыгать из постели в постель ради своей выгоды? Думаю, ей стоит дать возможность реализовать себя в хорошем борделе.
Такого Тео не ожидал. Да, Оливия желала ему смерти и спала с ним вовсе не из любви… Но он не считал ее бордельной девицей. И через двадцать лет такой работы все двери высшего света, к которому она принадлежит по праву рождения, закроются для нее. Судьба ничем не лучше изгнания Мартина.
— Отец… — неуверенно попросил он. — Можно ли дать ей артефакт, который обеспечит ей удовольствие от такой работы?
— Разве страдание не есть суть наказания? — удивился Рэнд. — Она причинила тебе боль, а ты хочешь облегчить ее участь?
— Я ведь говорил тебе, что обвиняю их не из мести, — хмуро ответил Тео. — Я лишь хочу безопасность для своей семьи. Зла на этих двоих я не держу.
Отец только головой покачал:
— Да, ты сильно изменился. Хорошо, будет ей артефакт…
На том и порешили.
Мартин выслушал приговор с достоинством проигравшего. Да, ставка была высока, и приобрел бы он, в случае успешного воплощения плана, очень многое. Он рискнул, зная, что в ином случае его ждет изгнание, даже если бы он не пытался избавиться от отца и брата. Увы, родители не научили его вовремя, что с братом, даже не любимым, лучше дружить.
А вот Оливия впала в истерику. Она рыдала, просила, умоляла ее пощадить, клялась, что никогда не воспринимала Мартина всерьез, что любила Теодора, что с ней обошлись слишком жестоко…
Тео даже поверил бы в ее искренность, не знай, какая великолепная она актриса. Ему совсем не было ее жаль. Но напоследок он все же ей сказал:
— Не беспокойся, Оливия. Я позаботился, чтобы тебе там понравилось.
В ответ он получил полный злобы взгляд. Но Теодора это больше не трогало. Он выполнил сложное дело и оставил его позади.
Теперь можно было сосредоточиться на своей семье и приближающейся свадьбе. Куда более приятные заботы.
Он больше не сходил с ума от страха за Кассандру. Впервые в жизни он ощущал спокойствие и уверенность в будущем.
У Тео наконец-то появилась собственная семья, в любви которой он не сомневался.
  
Эпилог
 
Кэсси с сожалением отступила от мужа, с которым только что самозабвенно целовалась. Десять лет прошло, а их страсть не уменьшилась ни на чуть, и оторваться друг от друга так же сложно, как и раньше.
К сожалению, у них обоих есть обязанности, которыми нельзя пренебрегать. Кэсси вздохнула.
— До вечера, радость моя.
Она наблюдала, как он уходит — красивый, сильный, уверенный в себе мужчина. Сейчас никто не узнал бы в нем того озлобленного на весь мир подростка, каким увидела его Кэсси впервые. Или потерявшего себя парня, цеплявшегося за свой единственный ориентир в рухнувшем мире, каким он был в начале их отношений.
За эти десять лет Теодор Вайнхаи обрел себя и уверенность в себе, превратившись в достойного наследника Рода, на которого отец смотрит с гордостью, готовясь передать ему власть. Но сам Теодор не торопится. Он понимает, какая это огромная ответственность, и знает, что делам клана придется посвятить все свое время. Но Теодор не хочет лишать себя радости быть важной частью жизни своего сына.
Кэсси улыбнулась, подумав о Крисе. Тео стал для него замечательным отцом. Она до сих пор удивлялась, как ему, недолюбленному в детстве, удается сохранять баланс между строгостью и любовью и воспитывать в сыне ответственность, при этом в меру балуя. Крис обожал отца, уважая и восхищаясь им. Куда больше, чем дедом, несмотря на то, что Рэнд Вайнхаи был готов баловать любимого внука безмерно.
Если бы ему это позволили.
Но тут Теодор оказался на удивление тверд и не доверял ребенка тому, кто умудрился ошибиться в воспитании обоих своих сыновей.
Тогда, почти десять лет назад, изгнав Мартина из Рода, Рэнд серьезно поссорился с Грацией. Она поставила ему ультиматум — либо он отменяет приговор, либо она уходит от него. Грация привыкла, что Рэнд ей во всем потакает, а потому и помыслить не могла, что он ей откажет. Но она забыла, что Владетель Вайнхаи сбросил даже власть запечатления, чтобы сохранить свободу, и уж точно не готов терпеть власть женщины лишь потому, что любит ее. Их брак расторгли одним днем, и Грация пропала из жизни Вайнхаи. В глубине души Кэсси была только рада, потому что невольно относилась к Грации предвзято. Да и та не стремилась поладить с супругой пасынка.
Впрочем, спустя где-то год Грация вновь объявилась в Резиденции Вайнхаи. Кэсси понятия не имела, что между ними произошло, но в результате Рэнд простил бывшую супругу и принял обратно. После возвращения Грация заметно смягчилась, поумерила высокомерие и постаралась наладить отношения с пасынком и его семьей. Теодор к ее стараниям отнесся равнодушно, а Кэсси оценила. Грация привязалась к внуку и хорошо помогла Кассандре влиться в высший свет.
Даже несмотря на то, что поддерживала связь с Мартином. И иногда делилась с Кэсси новостями из его жизни. Кассандре был не интересен Мартин, но из уважения к Грации она слушала, а потому знала, что некогда перспективный юноша, потерявший все из-за собственного тщеславия, зарабатывает себе на жизнь, соблазняя богатых вдовушек, и копит на возможность улететь с Танши.
Кэсси бы позлорадствовала, если бы давно не вычеркнула Мартина из памяти. Он долго отравлял ей жизнь, едва не убил Теодора, но, потеряв возможность влиять на их семью, перестал быть ей хоть сколько-нибудь важен.
О судьбе Оливии, как ни странно, она тоже знала благодаря Грации. Точнее ее помощи с выходом в свет. Конечно, уроки Теодора манерам не прошли даром, но он был мужчиной и просто не знал многих тонкостей, в которые посвятила Кассандру Грация. Благодаря этому Кэсси на великосветских приемах чувствовала себя уверенно и невольно оказывалась в курсе большинства сплетен. Оливия — аристократка, работающая в борделе, — разумеется, была героиней одной из этих сплетен. Ее довольно активно обсуждали, и если женщины — осуждающе, то мужчины — с восхищением. Оливия стала весьма популярна, и по слухам, клиенты выстраивались к ней в очередь, задаривая дорогими подарками, чтобы она им не отказала, что популярная девица вполне могла себе позволить. Конечно, вряд ли это было той жизнью, о какой мечтала Оливия, но эта девушка и в своих обстоятельствах нашла выгоду. Впрочем, Кэсси полагала, что та получила по заслугам, как и Мартин.
В юности Теодор не был образцом добродетели, но он не заслуживал того, как они с ним обошлись.
Сама Кэсси за эти годы тоже изменилась. Жизнь рядом с любимым мужчиной и необходимость соответствовать ему заставили девушку пересмотреть свое отношение к собственной внешности. И благодаря правильному уходу за собой и идеально подобранному гардеробу из невзрачной девчонки она превратилась в очаровательную женщину, умеющую себя подать. А если кто-то пытался попрекнуть ее происхождением, Кэсси легко ставила наглеца на место. Даже будучи простой стипендиаткой, она не позволяла себя унижать. Так что со временем даже самые стойкие завистники зареклись связываться с супругой наследника Владетеля Вайнхаи.
Но удачно выйдя замуж, Кэсси и не думала сидеть дома, занимаясь благотворительностью и участвуя в пышных приемах. Она закончила университет, как и планировала — с Теодором они учились вместе, хоть и на разных специальностях. И теперь работала, вполне обеспечивая себя, не завися от средств мужа.