Служанка для алмазных змеев (СИ)

Мы просто сплелись все вместе, тяжело дыша, но наги не спешили покидать мое тело, и я тоже не желала, чтобы они выходили. Мы были созданы друг для друга, подходили друг другу как части мозаики, которую судьба наконец-то собрала вместе.
И все мои невзгоды вдруг показались совсем незначительными…
Я просто растворилась в своем счастье, находясь в объятиях своих любимых мужей. И теперь каждый наш день, каждая ночь наполнится обоюдным удовольствием.
Так будет впредь и всегда. Ведь будущие правители не смогут без меня, как и я без них. И за это я благодарна своей судьбе…
… А еще я знала, что эта ночь принесет свои великие плоды. Подарит нам детей, а вместе с ними радость и надежду всему змеиному народу…
Эпилог
Дорога выдалась относительно легкой, жара немного спала, и мы, спустя несколько дней пути, наконец-то приближались к Катагору.
Так вышло, что я выбралась в деловую поездку вместе со своими мужьями, королями Дайриниссом и Райнишшаром, впервые с того момента, как покинула людские земли.
После рождения детей я никак не могла вернуться в страну, где прожила девятнадцать лет, у меня появились другие заботы.
Детки требовали внимания и материнской ласки. Но они росли быстро. Мужья уговорили меня развеяться и отдохнуть от семейных хлопот. И я согласилась поехать с ними с дипломатическим визитом в королевство людей.
За окном кареты мелькали знакомые и в то же время неизвестные поля Авилии. Я привыкла к изумрудным красотам Азармина, его цветущим лугам и чудесным водоемам, и места казались новыми, хотя я точно проезжала по этой дороге несколько лет назад.
Уже в столице, заметив знакомые здания, я испытала ностальгию. Сердце радостно защемило. Все же раньше я считала эту страну своей родиной. И любила всей душой, несмотря на то, что именно в Азармине обрела свое счастье.
Проезжая, я рассматривала горожан.
В мирное время люди занимались торговлей и ремесленничеством, на улицах я видела и гуляк, довольство и уверенность в будущем дне сделали свое дело: город процветал.
Внезапно, показалась знакомая улица, я вспомнила, что именно здесь я спряталась в телеге, и так покинула столицу.
Тогда я чувствовала растерянность и ужас, переживала за маму, а теперь она здорова и счастлива…
Так вышло, что каким-то чудом моя кровь повлияла на яд и на состояние бывшей королевы Сапфир, вскоре после свадьбы с Лои Пераиссом она узнала, что беременна. Уж в каком шоке она находилась, не передать. А Лои на радостях устроил такой пир, что в его особняке ели и пили три седмицы.
Я никогда не видела настолько счастливого отца. Хотя нет, мои мужья находились на небесах от счастья, когда в тот же день подтвердилась и моя беременность. Трубили на весь Джеррохан, повсюду вывесили праздничные флаги. Мать и дочь зачали примерно в одно и то же время.
В один день и разрешились от бремени. У мамы родилась дочь… А у меня…
Очнувшись от приятных воспоминаний, я окинула взором знакомые невысокие дома, потемневшие дубовые лавки рынка.
В тот день, когда я пряталась от принцев, мне помог случайный мужчина, торговец с добрым сердцем. Он не взял денег, вывез из города, минуя стражу, и доставил больную прямо к дому. Я смутно помнила имя того человека. Но именно сейчас оно отчетливо всплыло в памяти, потому как я узнала его даже со спины.
Матеус Тонивак.
Сердце замерло, рука схватилась за занавеси, придерживая их. Я не могла обознаться.
Я вспоминала о нем иногда, жалея, что не могу отблагодарить за свое спасение. А сейчас неожиданно выдалась такая возможность, словно Боги послали мне его снова — и я не могла упустить этого добродетельного человека.
Я тут же взволнованно попросила принцев остановиться, кратко объяснив ситуацию. Для нагов отдавать долги считалось священным делом, поэтому они не стали задавать лишних вопросов и согласились сделать остановку.
Выйдя из кареты, которую сопровождала охрана во главе с Аи Войтеррисом, я увидела всю ту же старую телегу.
Похоже, Тонивак не пропустил базарный день, ведь в конце лета торговля всегда бойкая, люди запасаются на зиму. Вот и сегодня, спустя несколько лет со дня нашего знакомства, прибыл на базарную площадь.
 
— Матеус! Постойте! — позвала я, рассмотрев своего знакомого в толпе.
Люди вокруг стихли, ведь на рынке неожиданно появились явно высокопоставленные наги, да еще и с целым отрядом охраны. На лицах горожан читалось любопытство и восхищение, они не смели преграждать путь, отходили в стороны. Достаточно было солдат с мечами, что наги держали наготове.
Торговец обернулся, замерев от удивления. Даже кошель обронил на брусчатку от внимания неожиданных гостей, и он зазвенел монетами, раскрывшись.
Матеус Тонивак явно не узнавал спасенную им когда-то несчастную и испуганную девушку и находился в замешательстве, хотел поднять мешочек с рассыпанными грошами, но так и не решился.
Он не понимал, кто я такая, видел перед собой знатную ниару в дорогом бордовом платье и золотой накидке с узорами. И пусть это была моя дорожная одежда, для простых обывателей она казалась слишком роскошной.
— Мы разве знакомы, ниара? — обеспокоенно спросил сельчанин, переминаясь с ноги на ногу и глядя на брошенный кошель, из которого выглядывало еще несколько серебряных монет.
— Помните, вы когда-то подвозили меня до Мэртама, ту девушку, за которой гнались наги?
Короли переглянулись. Теперь они понимали, как мне удалось тогда так ловко уйти из-под их чувствительного носа.
— Так это ты!.. — Матеус вдруг замолк и поклонился. — Простите, ниара, забылся. Глазам не верится! — Мужчина стянул шапку с головы и вытер ею пот со лба. — Я заезжал к вам в городок после того, хотел узнать, как ваши дела. Но хозяйка лавки сказала, что вы уехали, как и ваша мать.
— Да, это я! — широко улыбнулась я. — И давно хотела поблагодарить вас за благородный поступок, но так вышло, что Боги сами вмешались.
Преодолев страх перед нагами и осмелев, торговец улыбнулся в бороду и шагнул навстречу. Но его взгляд вдруг задержался на моем поясе. Он неловко замер с расширенными глазами, замолчал, лишь смотрел на вещицу, которая заняла свое привычное место.
Тот самый деревянный амулет, который когда-то дала мне мама в день моего отъезда.
Некоторое время он находился у Лои Пераисса вместе с драгоценным рубиновым украшением. Но когда все разрешилось после Совета, мама с Лои привезли мне эту маленькую фигурку. Тогда Сапфир и рассказала, что амулет раньше принадлежал Аннабель, моей настоящей матери, миссарине короля Виана. Она привезла его еще из страны людей и очень дорожила, призналась, что этот талисман подарил ей самый дорогой человек. Поэтому Сапфир и сохранила его для меня.
Обычно амулет лежал вместе с моими украшениями. Даже не знаю, почему я решила надеть его в дорогу. Может, потому что волновалась, а подобные амулеты защищали от злых духов?
— Откуда он у вас?
— Почему это вас интересует? — недоуменно нахмурилась я, гадая о причинах, отчего амулет может оказаться знаком этому мужчине. — Разве это не обычный оберег?
— Я сам вырезал этот амулет в подарок для Аннабель, моей сестры, которую наги… — Он покосился на мои спутников, те отошли к этому времени чуть назад, и продолжил взволнованным голосом: — которую наги увезли в Азармин больше двадцати лет назад. С тех пор мы никогда не виделись. Вы можете проверить, есть небольшой знак на лапке, начальная буква имени старшей сестры.
Я помнила, как он рассказывал мне свою грустную историю. Потому и пожалел меня, узнав, от кого я скрываюсь. Но ведь и мою настоящую маму звали тем же именем.
Я взяла амулет в руки и пригляделась к нему. На лапке животного я увидела едва различимую букву. И как раньше не обратила внимание? Ведь столько раз крутила его в руках, особенно испытывая беспокойство.
— Этот амулет принадлежал моей настоящей маме, и ее звали, как и вашу сестру, — тихо произнесла я, сжав пальцы еще крепче и почувствовав, что на глаза наворачиваются слезы. — Она погибла, подарив мне жизнь. А после передела власти в Азармине меня растила в Мэртаме уже другая чудесная женщина.