Служанка для алмазных змеев (СИ)

— Вот и ладно, — с облегчением выдохнула Диарра. — Скорей бы закончилась эта ночь, иначе я не выдержу.
Я быстро помолилась богам, чтобы мои усилия увенчались успехом. Потом вышла из комнаты, направляясь к купальне.
Как и все служанки, во время приема я носила розовое воздушное одеяние, по подолу которого тянулась вышитая ветка цветущей лозы. Передние пряди волос девушки скрепляли заколками сзади, а остальные свободно лежали на плечах.
Сердце колотилось не на шутку, грозя выдать мои «преступные» намерения, когда я спускалась по лестнице. Я лишь сильнее сцепила пальцы. А еще я боялась, что наги окажутся ужасными на вид, и я просто не смогу подойти к ним.
И мама ведь не зря предупреждала, она знала больше моего, какие коварные и опасные на самом деле эти змеи.
Она как-то обмолвилась, что служила у одного из них, но, заметив мой интерес, тут же замолчала. И больше, как я ни просила, так и не смогла выведать у нее.
Вот теперь мне бы эта информация еще как пригодилась бы, ведь хуже всего неведение. Но я уповала на богов, которым день назад принесла щедрые дары: свежие фрукты, вареную крупу и мясо. И зажгла ароматные палочки во время молебны.
Диарра проводила меня к купальне и даже очертила над моей головой защитный знак — она по-своему хорошо относилась ко мне, — а потом легонько подтолкнула к двери.
И я… вошла, замирая от страха, в лучшую из купален.
В наполненной испарениями и запахом благовоний помещении я заметила несколько наших девушек, которые сверкали обнаженными формами перед бассейном, исполняя замысловатый танец. Их тела блестели от ароматического масла, а танец походил на движения легкого пара.
Очаровывая мотивом, звучала приятная музыка, созданная магически. Ее ритм проникал в тело, наполняя его новыми ощущениями, хотя и не успокаивал, а будто готовил к чему-то очень важному.
Я опустила взгляд в воду, смущенная увиденным, как вдруг заметила чей-то золотой хвост на бортике бассейна. А на его кончике набалдашник, увенчанный бриллиантами.
Я изумленно уставилась на этот шевелящийся змеиный хвост.
Он еще и двигался в такт музыке!
Я медленно перевела взгляд на хозяина хвоста — и вот тут чуть не обмерла. Я… я впервые так близко увидела нага. А это и есть обладатель столь шикарного хвоста, сложенного кольцами в воде?
От вида этого змея у меня перехватило дыхание.
Брюнет с роскошной шевелюрой длинных волнистых волос полулежал в воде, расслабленно облокотившись на противоположный бортик.
Я провела взглядом по его рельефной мускулатуре, покрытой бронзовой кожей, от плеча до руки, в которой он держал бокал темного вина, похожего на густую кровь.
Он медленно пил и в это же время с усмешкой взирал на меня, застывшую перед гостями подобно статуе.
В его взгляде прослеживалось пресыщение, безразличие высокородного. Но, в то же время, мне показалось, что мелькнуло любопытство.
Уж не я ли его вызвала?
— Нравится? — Он приподнял конец хвоста перед моими глазами и слегка потряс набалдашником.
О, Боги! Он еще и звенел! Или у меня уже галлюцинации пошли?
Нагу казалось забавным мое удивление. Может, в столице никого не удивить этими оборотнями, но я-то видела их впервые.
Нагов в этой, самой роскошной купальне «Цветущей лозы», находилось двое. Но я поняла, это они возглавляли компанию, что прибыла намедни. Поэтому к ним и особое внимание.
Второй наг являл собой противоположность голубоглазого брюнета — золотоволосый красавец с длинными шелковистыми локонами и алмазной чешуей. Его взгляд отдавал холодной бирюзой.
Они оба — как день и ночь — но прекрасны каждый по-своему.
Нагами или восхищались или люто ненавидели, но безразличных не оставалось. Вот и я не могла перестать пялиться на них, а один из них даже заговорил со мной. Теперь я понимала, почему мама заклинала меня не связываться с нагами — устоять против обольстительного змея практически невозможно.
Плечи блондина массировала стройная высокая Лалия. Я уже познакомилась с ней пару дней назад. Она прямо из кожи вон лезла, чтобы привлечь внимание алмазного нага. Заметив меня, Лалия незаметно кивнула на брюнета — вон, мол, тебе работа.
 
Я присела около бассейна, скрестив ноги, как это сделала Лалия. И замерла, радуясь тому, что меня не могут рассмотреть.
Наг ждал, но так как я бездействовала, недовольно повел плечами. И тогда я все же набралась решимости и неуверенно, почти воздушно, коснулась пальцами стальных мышц темноволосого нага.
И тут же отдернула их как от огня.
Несмотря на идеальную фигуру и мужскую красоту, я все еще испытывала к нагам некое предубеждение — сказывались мамины наставления, да и те сплетни, что я слышала в Мэртаме об этих змеях, с которыми наше королевство долго вело войну.
— Ну же, смелее, — неожиданно повернулся ко мне наг. — Ты чего-то испугалась?
Он приблизил лицо, а я вздрогнула от его слишком пристального, неподвижного взгляда.
Ноздри брюнета вдруг расширились, будто он пытался уловить какой-то особый запах. Вертикальные зрачки сузились еще больше, и взгляд от этого казался пугающим и каким-то потусторонним.
Он тут же отодвинулся.
Странно. Что он пытался унюхать?
В помещении горело слишком много ароматических ламп; от резкого запаха немного кружилась голова.
Я слышала, что у нагов чувствительное обоняние. Разве им не мешают сильные ароматы? Или мы, люди, для них слишком мерзки, и наш запах их отталкивает?
Но я принимала ванну после работы, которую переделала за утро, я не брызгалась никакими ароматами. Да и откуда они у простой служанки? Неприятного запаха от меня точно не должно идти.
Я смазала ладони маслом. А потом, набрав в грудь побольше воздуха, положила руки на широкие плечи мужчины, проводя по буграм мышц и сухожилий. Змей напрягся, но я продолжила гладить, и он вновь расслабился.
Надо же, какая у него идеальная кожа — гладкая и упругая. Наг казался совершенным во всем.
Совершенная машина для убийства…
Ведь он может запросто перехватить любого своим огромным хвостом и задушить, человек и пискнуть не успеет. Такому даже не нужно оружие — достаточно природного.
Девушки, что танцевали с другой стороны бассейна, пытались всячески привлечь внимание хоть одного из нагов, чтобы те наконец-то определились с выбором. Но на змеев их движения и обнаженные тела будто бы и не действовали.
А вот мои прикосновения как раз влияли на оборотня странным образом. Он постоянно напрягался, пару раз даже повернулся, но я смущенно отводила глаза, чтобы больше не встречаться с ним взглядом. Его голубые радужки, вобравшие лазурь неба и воды, пугали своей неестественной красотой.
Время от времени брюнет переглядывался со вторым нагом, и они будто незримо обменивались информацией. Может, у них были какие-то условные сигналы хвостами или что-то в этом роде? Но меня это стало напрягать все больше.
Хотелось бросить все и бежать из купальни куда глаза глядят, но я вспоминала о больной маме и уговаривала себя оставаться на месте. Скоро они решат, с какой из девушек остаться на ночь, и мои услуги больше не потребуются. А перед тем, как покинуть зал, я сменю смесь в курильной лампе на нужную и буду выжидать момент.
Незаметно я кинула взгляд на лампу, неподалеку от которой заранее приготовила смесь, припрятав за колоннами. Вот в ней и заменю содержимое, это проще всего. А при таком аромате змеи не почувствуют подмену. Даже с их острым обонянием.
— Как тебя зовут? — вдруг услышала я голос черного змея.
— Вайна, — сдавленно ответила я.
Почему он интересуется моим именем? Мелькнуло нехорошее предчувствие.
— Какое… обычное имя, оно тебе совсем не подходит, — несколько разочарованно ответил змей.
Я чувствовала внимание не только нагов, но и девушек. Змей проявил любопытство к массажистке! Я видела зависть и ревность в глазах девушек, ожидающих решения высокородных.
Каждая из них, получив такого клиента даже на одну-единственную ночь, могла бы год не работать. Наги платили щедро. А эти и вовсе являлись какими-то вельможами, не иначе. А если наг посчитает тебя достойной, то может устроить твою жизнь навсегда.