Лебон (СИ)
Просторный кабинет главы клана Шин, отделан в стиле модерн.
Сразу напротив двери, по центру, находится огромный стол из эбенового дерева, за которым кресло и панорамные окна на всю стену. С окон открывается вид на всю центральную часть Меннама. Слева от двери находится бар, заставленный изысканными алкогольными напитками. Справа стоит большой черный кожаный диван, два кожаных кресла и низкий кофейный столик по центру. Позади дивана — вделанный в стену книжный шкаф. Только Хосок и близкие ему люди знают, что за шкафом находится комната, заставленная коллекционным оружием и вообще место, где можно скрыться в экстренных ситуациях.
Вот уже несколько дней, как Джухон готовился к этому разговору, но сейчас, пока лифт нес его наверх, он не мог вспомнить ни один из ответов, которые придумал. Поэтому, доехав до нужного этажа, Джухон нажал кнопку «-1» и снова спустился на парковку. Выкурив еще одну сигарету и так не сумев оформить мысль, он решил, что, будь что будет, и снова поднялся наверх.
Поздоровавшись с Элисон, так звали секретаршу, и проигнорировав сидящего на диванчике в приемной Кихена, он сразу прошел в кабинет.
Хосок стоял к нему спиной, с бокалом янтарного цвета жидкости в руке и любовался Меннамом. В этом кабинете Джухон бывал миллион раз, но как не в своей тарелке он чувствовал себя здесь впервые. Поэтому он и остался топтаться у входа, ожидая указаний от Хосока.
— Налей себе что-нибудь, — сказал Хосок, повернувшись, и, обойдя стол, прошел к дивану и сел.
Ответив, что «не хочется», Джухон сел на кресло слева от Шина.
— Ты ведь знаешь, зачем я тебя позвал, — спросил Хосок и отпил из своего бокала.
— Я знаю, и я готов ответить за последствия своих действий, — ответил Джухон, опустив голову.
— Ответить за что? Точнее за кого? За какого-то безродного мальчугана? Ли Джухон, я знаю тебя столько лет, и ты мне как брат. Ты никогда не подводил меня, не предавал и не подставлял, какого же было мое удивление, когда мне доложили, что ты отпустил шавку Минхека?! Но, что еще хуже, это то, что ты не просто спишь с этим мальчишкой, ты, блядь, к нему чувствуешь что-то, и это меня просто выводит из себя! — Хосок со злостью ударяет бокалом об стол и поворачивается к Джухону.
— На меня смотри, когда я с тобой говорю! — зло выговаривает Шин. — Твоя слабость – это моя слабость, и, показывая свою слабость, ты показываешь слабость всего клана!
Джухон сидит и почти не дышит; с одной стороны, его разрывает изнутри от желания высказать все Хосоку, с другой — он понимает, что Шин по своему прав.
— Мы уже подписали приговор, — продолжает Хосок, — ты был одним из тех, с кем я принимал это решение. Я все еще не объявил войну, но ты же прекрасно знаешь, что я ее объявлю. Стоил ли этот пацан того, чтобы поставить все под риск, зная, чем в итоге все закончится? Отвечай мне! — уже кричит Хосок и идет к бару долить виски.
— Ты ведь сам запал на Че Хенвона, или, если совсем уже честно, на Ли Хенвона. Я же не слепой, — тихо говорит Джухон в спину Хосоку, у которого рука с бутылкой замерла в воздухе на пару секунд.
Поставив ее на место и не притрагиваясь к стакану, Хосок возвращается на диван и, смотря в глаза, говорит Джухону:
— Во-первых, я не разрешал тебе борзеть настолько, чтобы так со мной разговаривать. Во-вторых, если уж хочешь совсем честно, то да, я хочу его трахнуть и я его трахну. Но когда завтра я объявлю войну, а я ее объявлю, я позволю заколотить крышку гроба, только если буду абсолютно уверен, что в нем лежат все представители семьи Ли, и когда я говорю все — то туда относится и Ли Хенвон! — кричит Хосок — А отпустив Им Чангюна, ты нарушил правило не смешивать личные чувства и дело клана! Ты отстранен от должности, Ли Джухон. Можешь идти.
Джухона душит изнутри негодование, Хосок ударил по больному. Хосок лишил его любимой работы, а самое страшное — своего доверия. Джухону хочется возмущаться, кричать, даже начать вымаливать прощение Хосока, но вместо всего этого он молча выходит из комнаты и сразу сталкивается с Кихеном.
— Ты думал, тебе это просто так с рук сойдет? — шипит Кихен, на что Джухон сильно толкает Ю плечом и идет к лифту.
— Кто блядь такой Хенвон? Что за нахер Хенвон?! — догнав Джухона, пытается выбить у него Кихен.
— Ты, подслушивающая гнида, победил в этой битве, но в битве с Хенвоном ты, сука, проиграешь! Будешь сидеть и кусать свои локти, ибо твоя мечта лечь под Хосока так мечтой и останется, — еще раз больно оттолкнув Ю, Джухон заходит в лифт и нажимает кнопку «-1».
====== Like a drug ======
Комментарий к Like a drug Последние сцены писались под The Neigbourhood – Afraid
Хосок и его руки :)
http://s020.radikal.ru/i708/1612/9b/f11df8152a3a.jpg
http://s010.radikal.ru/i314/1612/29/aee7d6785162.jpg
Хенвон и растянутый свитер :)
http://s014.radikal.ru/i327/1612/cc/bc8ddfe97ab2.jpg
POV Hyungwon
В ту ночь, после ухода Хосока, я так и не смог сомкнуть глаз и вообще, я потом несколько дней не мог прийти в себя. Незнакомое, приятное чувство заполнило меня изнутри. Я где-то понимал, что это не совсем нормально так сильно зациклиться на абсолютно чужом мне человеке. Но моя голова и тело отказывались слушаться. Как бы я ни старался, образ Шин Хосока и тот поцелуй ни на секунду не выходили из моей головы. Меня распирало от теплого чувства, заполнившего пустоту внутри. Мне хотелось рассказать Чангюну о своих ощущениях и вообще о том, что произошло у меня дома, но что-то меня все время останавливало, и я не мог начать разговор. Самое пугающее было то, что я ужасно хотел увидеть Хосока. С той ночи, как он покинул мою квартиру, я все время выискивал его везде и даже напрягал слух, если Чангюн ненароком рассказывал что-то о Минхеке и его встречах.
Еще, я все время пытался дать определения действиям Хосока. Я рисовал в голове сотни сценариев, почему он пришел, почему он поцеловал, но от всех этих раздумий у меня начинала болеть голова. К концу недели я сам себе поставил неутешительный диагноз. Я влюбился. После долгих раздумий и метаний я решил, что эта влюбленность скорее всего пройдет и вряд ли вообще я еще раз так близко и наедине увижу Шин Хосока. Правда, от этой мысли у меня моментально портилось настроение. Поэтому я решил пустить все на самотек и вернуться к своей нормальной жизни.
Чангюн все выходные пропадал у своего нового парня, а я весь вечер воскресенья провел за просмотром «Времени приключений», поеданием оставшихся после Чангюна печений и мыслями о Хосоке. Ближе к полуночи мне на сотовый позвонили с незнакомого номера, ответив, я понял, что это Минхек. «Жду тебя завтра в девять на завтрак» — сказал он и сбросил звонок. Я не успел даже ничего ответить. Решив, что утром на месте разберусь, я пошел спать.
Следующим утром я приехал в знакомый ресторан, из которого не очень давно меня культурно послали, и мой же брат кстати. Подавив желание развернуться и уйти пить кофе в своей любимой кофейне, я прошел внутрь. За столиком сидели мой брат, сестра и Чангюн.
Сев напротив Минхека, я попросил американо. К еде желания притрагиваться не было, и вообще у меня дурацкая привычка — завтракать сигаретами и кофе. Пищу принимать я начинаю только к полудню.
Первой меня ошарашивает Бора, своим: «Прости, что говорю тебе только сейчас, Хенвони, но я выхожу замуж». Я где-то подозревал, что к этому у нее все и идет с ее парнем, но не думал, что так скоро. Я искренне был за нее рад. Только я привстал, чтобы подойти к ней обнять и поздравить, как Минхек фыркнув, «потом наболтаетесь», взглядом усадил меня на место.
— Теперь весь Лебон знает, что ты ублюдочный сын моего отца, — говорит мой брат, — а так как Бора отходит от дел семьи, то ты займешь ее место. Я от идеи сам не в восторге, но ты ведь нашел общий язык, — и тут Минхек гадко ухмыльнулся — с Сон Хену и, думаю, можешь быть мне полезен.
— Я в твои дела и дела семьи Ли не вмешиваюсь и предпочитаю, чтобы это не менялось, — ответил я со злостью.