Сын для миллиардера (СИ)

Вообще, я суеверна в этом плане. Не люблю ни о чем хорошем заранее говорить, чтобы не сглазить. Артур меня выслушал и всё же принял мою точку зрения. Наверно подумал, что у меня гормоны шалят. Возможно! Да и мне всё же хотелось уже отметить торжество спокойно, без животика, который сейчас стал уже прилично большим.
В имении Королёва обстановка была тихой и спокойной. Территория надёжно охраняется, еда тщательно проверяется. Периодически ко мне приезжает мама и её приезд скрашивает мои будни.
— Какая же ты хорошенькая пышечка, — мама треплет меня за щеку, — красавица! Я так скучаю! Ну, узнали пол?
— Не-а, — скрещиваю пальцы за спиной. — Врачи говорят стесняется.
— Эх, жаль. Кстати, когда я тобой была беременна, врачи сказали будет мальчик. Ну я и накупила синих ползунков… Как вдруг девчонка на свет явилась!
Я рассмеялась.
— Мил, всё-таки, что будет после рождения малыша? Контракт…
— Честно не знаю. Не хочу пока об этом думать.
— Просто мне кажется, что между тобой и Артуром нет больше сделки, Артур с тобой как с королевой носится. Хотя, может он из-за беременности такой… Заботливый.
Ох, как же хочется её обрадовать, что её единственная дочь нашла счастье, но мы — я и Артур, пообещали друг другу, что будем молчать в отношении этого вопроса.
— Давай не сейчас.
— Да, прости. Давай наслаждаться сегодняшним потрясающим днём!
Мы любим нежиться на солнышке возле бассейна за стаканчиком фреша, болтать обо всём, любоваться насыщенными красками живописного сада на территории дома миллиардера.
У мамы прекрасное настроение и самочувствие. Она хорошо кушает, выглядит свежо, заметно поправилась. Всё также кокетничает с Зуевым. Думаю, что секрет её быстрого выздоровления в большей степени не в дорогостоящей реабилитации, а в этом серьёзном, симпатичном брюнете.
Сейчас я стала больше заниматься собой, потихоньку начала готовиться к родам, изучая всевозможные пособия по родам и уходом за ребёнком. Хожу на курсы будущих мамочек, на плановые осмотры в клинику.
Сегодня жарковато. Я только что приняла освежающий душ, сижу перед зеркалом, укладывая волосы. Слышу лёгкий стук в дверь, в комнату заглядывает Артур.
— Мила, ты мне нужна.
— Что такое? — откладываю в сторону расческу, приподнимаясь с пуфика.
— Кое-кто хочет с тобой поговорить.
Меня напрягает выражение лица Артура. Он строг и собран. Немного чем-то обеспокоен. Напряжен.
— И кто же?
— Пойдем со мной…
Артур берёт меня за руку и ведёт к террасе. Ещё на подходе к ней я почувствовала себя неладно. И не зря. Потому что впереди увидела очертание белой шляпы и услышала писклявый лай собаки.
Её величество змея Илона Королёва…
Я думала Артур её не будет пускать на порог своего дома, но, в конце концов, она его мать и она, как показало расследование, не виновата в моём отравлении.
— Артур, я не… — резко останавливаюсь.
— Не волнуйся, она пришла с миром. Мать меня достала! Все эти месяцы терроризировала сообщениями и звонками. Манипулировала своим здоровьем, что если я буду игнорировать её и дальше, то из-за меня у неё случится сердечный приступ.
Я закатила глаза.
— В общем, она пришла с миром и хочет перед тобой извиниться за бестактное поведение на том вечере в ресторане.
Извиниться?
Илона?
Сейчас наверно снег повалит.
В июне!
— А про свадьбу что-то знает?
— Нет.
Не представляю даже, как она отреагирует на то, что мы с Артуром уже муж и жена.
Внезапно Илона оборачивается, натягивая на лицо улыбку. Вот такая фальшивая, приторная улыбка делает её похожей на клоуна Пеннивайза.
— О, а вот и вы! Идите скорей сюда, — призывно машет рукой.
Ну точно Пеннивайз.
Как же не хочется идти, но надо!
Я заставляю себя делать эти непростые шаги лишь с одной мыслью, что с врагами лучше дружить, чем воевать. Дружить “под лисичку”, поступая по-хитрому.
Мы подходим к столику, накрытому белой скатертью. Тут даже сервиз белый. И пирожные, покрыты белой глазурью. Культ белого у мадамы Илоны Змеюковны, не иначе.
Меня начало тошнить от белого. Определенно свадебное платье у меня будет другого цвета. Не стандарт.
 
Бежевое, кремовое, может вообще розовое! Чтобы ей так это… завуалированно на зло.
— Добрый день, — стойко держит улыбку, но глаза говорят об обратном. — Как настроение?
— Здравствуйте. Хорошее.
Было.
Пока вы не явились.
— Прекрасно! Тогда давайте устроим чаепитие на свежем воздухе. В честь нашей встречи я даже сама испекла пирог. Артурик его обожает!
Мы занимаем свободные стулья.
— Ты изменилась, Милана. Округлилась. Как самочувствие? Как беременность протекает? — улыбка стала слабее.
— Мила. Моё имя Мила.
Да она издевается!
— Ой, — Илона со звоном ставит чашку обратно на блюдце, прикрывая рот ладошкой. — Извини, дорогая. Если бы мы чаще виделись, я бы не оговорилась. Еле-еле уговорила Артура впустить меня сюда. Уперся как баран! И плевать, что это и мой дом тоже.
Не совсем так.
После смерти отца Артура, он завещал ему особняк, а супруге купил другой. Артур единственный его владелец на сегодняшний день. Такова была воля Рината Королёва.
— Мама, — Артур вмешался, прочистив горло.
— Ой ладно, забыли. Расскажите лучше, как вы провели отпуск?
Завязалась беседа. В основном говорил Артур, я молчала.
Потом у него зазвонил телефон, он на секунду отошёл. Но недалеко, к соседнему дереву. Так, чтобы я оставалась на виду.
— Милочка, Артурик уже сказал наверно, да? Что я пришла с миром. Я сожалею, что так вышло тем вечером, но я хочу, чтобы ты знала, что я искренне за тебя переживала. И ещё я сожалею, что, возможно, чем-то тебя обидела.
Можно было бы изобразить восторг и удивление, даже прослезиться от таких душещипательных слов, но меня, честно, они не тронули. Илона со мной излишне любезничает, но я ей не верю.
Кажется, будто стерва опять что-то задумала!
— В честь перемирия, я хочу, чтобы ты попробовала мой фирменный пирог. 
Пальцы заледенели, к горлу подступил ком.
— Угощайся, Мила. Ну! Угощайся… Приятного аппетита!
Меня накрыло уже знакомыми, неприятными ощущениями. Я будто вернулась в тот день. Будто заново прошла через ад, когда почувствовала жуткие волны страха, которые пронеслись по всему телу, словно мерзкие черви.
С опаской посмотрела на протянутую тарелку с куском воздушного пирога, политого белой глазурью, так, будто бы это был не пирог, а граната.
— Глупышка! — Илона заржала как лошадь. — Думаешь он отравлен? Перестань, Мила! Я устала, всё! Упёртость Артура мне не одолеть, но с тобой он абсолютно изменился, так что я успокоилась. Думаю, нам стоит наладить контакт, я не могу так… Артур со мной не разговаривает, на звонки не отвечает, а мне больно! Я же его мать! Как родишь — поймешь. 
Она уронила невидимую слезинку.
— Я сама пекла.
Не спешу набрасываться на угощение, хоть пахнет оно здорово.
Илона недовольно цокает.
— Ну вот, смотри! Сама съем!
Она откусывает кусочек прямо при мне, но даже это не внушает мне доверия. Так что всё равно пирог я не ем. Делаю вид, ковыряясь в нём ложечкой, пока Илона трещит мне в оба уха о самом разном. У неё рот вообще не закрывается.
Когда мать мужа отвернулась, я бросила кусочек под стол. Её смазливый пес его быстро слопал и даже срыгнул от радости.
— Наполеон! Ну ты чего?! Фу! — Королёва неуклюже полезла под стол в своей приталенной белоснежной юбке. Вот умора.
— У моего Наполеончика понос на мучное. Ему категорически нельзя выпечку! Иначе загадит мне всю машину и весь дом.
Она подхватила на руки пса, тот затрясся и облизнулся.
 
Блин…
Понос, говорите, Илона Аристарховна?
Что ж, желаю вам веселого вечера.
Собаку правда жалко, я не знала о его проблеме, но, с другой стороны, я бы на это посмотрела! Как пёсель нечаянно промахнется на не знающее цены платье от Гу**и.