Греховное Искушение (СИ)

— Вы здесь отдыхаете или живёте? — продолжил он допрос.
— А для вас это имеет какое-то значение?
— На самом деле нет, просто я здесь уже давненько, но ещё ни разу вас не видел. Поэтому тут напрашивается только два вывода: либо вы местная, либо совсем недавно приехали. И судя по вашей коже, это скорее второй вариант.
Я наконец развернулась к нему лицом.
— Что не так с моей кожей? — нахально спросила я.
— Всё так, — он немного ухмыльнулся, обнажая белоснежные зубы. — Ваша кожа безупречна, но она ещё не обласкана, — сделал он наигранную паузу, — солнцем, если вы понимаете, о чём я. Как давно вы здесь?
— Я не обязана отвечать.
— Тогда как мы планируем вести диалог, если вы не собираетесь разговаривать со мной?
— А кто сказал, что я собралась вести с вами диалог? — сложила я руки на груди.
— Я так сказал. Вы здесь одна, и я предчувствую, что вам будет нужен личный телохранитель на время отпуска. Я не плох в этом деле.
После его наглой фразы, которой он, вероятно, хотел поймать меня на живца, я оценивающе на него посмотрела. Раз уж он сам предлагал себя, то я хотя бы имела право оценить «товар», тем более, если он в открытую его выставлял. Парень был симпатичным, даже не побоюсь этого слова, красивым: высокий, загорелый, с развитыми грудными мышцами, что самое важное — гладкая грудь, ни единого волоска, прям как я и люблю, широкая прокаченная спина, выступающие косые мышцы, что даже невольно хочется посмотреть, где они у него заканчиваются. А лицо его — это что-то с чем-то. Вот кто, по всей видимости, пользуется своей внешностью у девушек, ведь у него буквально на лице написано: «Знаю, ты вся уже течёшь, ведь такого красавчика ты ещё не видела». Тёмно-русая шевелюра, слегка волнистая, или может быть это из-за того, что они пока ещё влажные, наличие как минимум недельной тёмной щетины на лице, серо-зелёные глаза, прямой нос, губы, о которых мечтают многие девушки, ведь они, будто аккуратно прорисованы по трафарету, и эта родинка на левой щеке ближе к носу, которая придаёт его образу сексуальности.
Что я несу? С каких пор родинки стали сексуальными? Он же не Мэрилин Монро в конце концов.
— Впечатляет? — спросил он.
— Что именно? — перестала я наконец на него пялиться.
— То, что вы видите перед собой, — указал он на себя. — Ваши глаза говорят мне о том, что ваш мозг, совместно с вашим внутренним «я» уже одобрили мою кандидатуру.
— О, перестаньте! Кандидатуру для чего? — усмехнулась я — Разве что для скрэббла?
— Можно и для этой дурацкой настольной игры, но я всё же предполагаю вы думали не об этом! — не сводил он с меня глаз, скорее всего пытаясь загипнотизировать, но он ещё не знал, что этот номер со мной не пройдёт.
— Я лесбиянка! Можете не терять на меня время, красавчик! — сделала я безразличное лицо, отчего он поперхнулся своим пивом. — Так что советую вам испариться.
— Что? Ты лесбиянка? — округлил он глаза.
— И когда это мы успели перейти на «ты»? Что-то не припомню этого момента! — наигранно я посмотрела на невидимые наручные часы.
— Сейчас! Прямо в эту самую минуту!
— Слушай, я не собираюсь с тобой любезничать! — оскалилась я — Я хочу отдохнуть! Одна, прошу заметить! Тебе ничего не светит со мной, от слова ВООБЩЕ! Я не трахаюсь с мужиками, как ты уже успел заметить. Тогда какого чёрта ты всё ещё здесь?
— С чего ты взяла, что я хочу тебя трахнуть? — на полном серьёзе спросил он.
— А что, разве нет?
— Нет! — замялся он на некоторое время — То есть, ты безусловно привлекательная девушка и от одного твоего вида только можно поплыть мозгами, но я всё же воспитан несколько иначе. Секс нужно заслужить. Когда он легко тебе достаётся это уже не столько меня привлекает, сколько отталкивает.
— Боже! Да отвалишь ты или нет? От твоей философии меня уже тошнит.
— Нет! — замотал он головой, после чего ещё ближе пододвинулся ко мне — Ты с чего такая нервная? Откуда в этой ангельской внешности столько дьявольщины?
— О-о-о! Да ты просто ещё не видел настоящего дьявола! Вот только, если ты не свалишь сию же минуту, то ты обязательно с ним познакомишься. Уж поверь, мало приятного!
— Отнюдь! Мне очень приятно, Дьявол! — протянул он мне ладонь для рукопожатия. — Меня зовут Натаниэль.
— Тебе идёт… — буркнула я, на что он непонимающе повёл бровью. — Твоё имя такое же пафосное, как и ты сам. Прям так и прёт напыщенностью и излишним нарциссизмом.
— В таком случае тебе бы подошло имя Минерва.
— Это ещё почему?
— Оно ассоциируется у меня со стервой, прям как ты.
— Прекрасно! — резко отвернулась от него в сторону.
Я допила коктейль и начала сминать в руках салфетку, которую мне дал официант, чтобы немного унять свою злость, так как у меня появилось острое желание сделать его своей девятой жертвой. Руки так и чесались придушить его или сломать шею. Отвлечься мне удалось только лишь благодаря написанному на салфетке номеру телефона и имени напротив: «Роберт».
Да этому официанту на вид лет 18, если не меньше. Он что, тоже решил меня склеить?
— Дьявол, ты и правда лесбиянка? — прищурившись, недоверчиво спросил он.
— Стопроцентная! Натуральная лесбиянка! В смысле…ненатуральная. Короче ты понял. Я по пестикам. Стручки и тычинки меня не интересуют.
— Ты знаешь, тем и лучше! — неожиданно заявил он, отчего я чуть было не раскрыла рот от возмущения — В кои-то веке можно не изображать из себя кавалера, а всласть отдохнуть в хорошей компании.
Какого чёрта? Это же всегда срабатывало!
Я зачастую говорю, что меня не интересуют мужчины, и причём нисколько этого не стесняюсь. Меня не волнует, что об этом подумают, так как мне плевать на чьё-либо мнение, тем более на мнение посторонних мне людей, которых я вижу в первый и последний раз. Всегда, когда бы я не признавалась в том, что являюсь представительницей меньшинств, парни исчезали из поля моего зрения, без исключений, но не он. Может быть я неубедительно выразилась? Да нет, как и всегда железобетонно. Может ему и правда безразлична моя ориентация? Тоже маловероятно, так как я видела его заинтересованный раздевающий взгляд. Тогда в чём причина?
— Ты француз? — спросила я.
— И да, и нет.
— Натаниэль — это имя больше подошло бы французу, но разговариваешь ты без акцента. Больше смахиваешь на американца.
— Для кого-то я француз, для кого-то американец, а для тебя я могу быть кем угодно, — подмигнул он мне. — Какие планы на вечер? Где ты остановилась?
— В «Авроре». Прямо у тебя за спиной.
— Так мы с тобой ещё и соседи?! Мои поздравления.
— Значит ты всё-таки приезжий, раз живёшь в отеле.
— Хм… Девушки, — протянул он, медленно покачивая головой. — Ваша логика порой меня поражает. Я могу жить в отеле по разным причинам, — он начал загибать пальцы и, смотря прямо в глаза, надменно улыбаться мне. — Например, я женат и привожу сюда любовниц или же в моей квартире сейчас проходит ремонт, и я вынужден скитаться по отелям, или вовсе, может я владелец этого здания.
— Не смеши меня! — натянула на лицо ухмылку — Ты не можешь быть женатым, ты ещё очень молод и к тому же свободолюбив. Это же видно невооружённым взглядом, у тебя на лбу написано: «Не созрел для серьёзных отношений и вряд ли когда-либо созрею». Сколько тебе лет? Семнадцать?
— Мне двадцать шесть. Вполне себе нормальный возраст для вступления в брак, так что ты не права.
— Возраст может и нормальный, но тебе до нормальности, как до Млечного пути, соответственно, хоть тебе и двадцать шесть лет, в развитии ты застрял на 17-летнем рубеже.
— Жаль, что ты лесбиянка, я бы показал тебе своё развитие, — произнёс он глубоким голосом, поигрывая бровями.
Я закатила глаза.
— О чём и речь! У подростков всё обычно сводится к сексу.
— Это ещё раз доказывает, что ты мыслишь по-дилетантски. Я вёл не к сексу, а к тому, что если бы ты не была лесбиянкой, я бы пригласил тебя на свидание, к примеру, но так как ты уже относишься к мужчинам с долей скептицизма, то ты не сможешь в полной мере оценить моё развитие, как мужчины.