Воскрешение на Ресуррекшн-роу

Алисия рассмеялась невеселым смехом.
— Если бы я собиралась кого-нибудь отравить, то в первую очередь отравила бы вас, а не Огастеса. Но я не убийца, и вам это известно так же хорошо, как мне. Иначе вы бы давно заставили Нисбетт пробовать все, прежде чем есть самой. Правда, я бы с удовольствием отравила и Нисбетт!
Старуха закашлялась так, что побагровела, но Алисия не обращала на это никакого внимания.
  
— Если вы больше не хотите рыбы, — холодно сказала она, — я велю Бэрн подавать мясо.
Питту ничего не было известно насчет суаре. Он был исполнен решимости установить, чей труп упал с кеба. Как только прибыли результаты вскрытия, Томас выхватил у посыльного конверт и надорвал его. Он устал ломать голову над этой загадкой, ему рисовалось что-то экзотическое и необычное. Если эта смерть не связана с каким-то преступлением или скандалом, с какой стати кому-то было заниматься таким неприятным и опасным делом? К чему было выкапывать труп и сажать его на козлы кеба? Естественно, полиция нашла владельца этого кеба, и выяснилось, что кеб украли, пока кебмен предавался неумеренным возлияниям в местной пивной. Его нельзя было за это винить: вечера в январе холодные, так что Питт даже посочувствовал кебби. Только полисмены, кебмены и сумасшедшие всю ночь мотаются по улицам в такую скверную погоду.
Томас прочел записку, которая была вложена в конверт. Случай оказался самым обычным: в заключении говорилось, что это был удар. На теле не было обнаружено следов насилия, да и вообще ничего примечательного. Это был человек средних лет, не страдавший никакими болезнями, ухоженный, чистоплотный и несколько склонный к полноте.
Питт поблагодарил посыльного и отпустил его. Затем, положив бумагу в ящик стола, нахлобучил шляпу, укутался до ушей в шарф и, сняв пальто с вешалки, вышел за дверь.
Разрытой могилы не было. Пожалуй, это и есть самое зловещее в этом деле. У Питта на руках имелись три оскверненных могилы и четыре трупа: лорд Огастес, Уильям Уилберфорс Портьес, Хорри Снайп и этот безымянный труп с кеба. Где же его могила и почему преступник решил снова засыпать ее землей, чтобы она затерялась среди остальных?
Все три могилы располагались в пределах маленького периметра. Томасу нужно начать поиски в этом же районе. Конечно, он не мог обыскивать все свежие могилы, чтобы найти пустую. Нужно просто опросить всех докторов, которые могли подписать свидетельство о смерти в результате удара в течение последних четырех-шести недель. И он будет сужать круг до тех пор, пока не останутся один-два доктора. Тогда можно попросить их взглянуть на весьма неприятные останки, по-прежнему находившиеся в морге.
Только назавтра в полдень уставший, замерзший и пребывавший в прескверном расположении духа Питт поднялся по каменным ступеням в приемную некого доктора Чайлдса.
— Он не принимает пациентов в это время дня, — неприветливо сообщила экономка. — Вам придется подождать. Он сейчас пьет чай!
— Я не пациент, — ответил Питт, стараясь не повышать голос. — Я из полиции, и я не буду ждать. — Он смотрел на женщину в упор, пока она не отвела взгляд.
— Понятия не имею, что вам здесь понадобилось, — сказала она, пожав плечами. — Но, наверное, вам бы лучше войти. И не забудьте вытереть ноги!
Томас последовал за ней и предстал перед несколько удивленным доктором, который сидел перед камином, сняв ботинки. В руке он держал сдобную пышку, по его подбородку стекало масло.
Питт объяснил, по какому делу пришел.
— О, — сказал доктор и немедленно распорядился: — Принесите еще одну чашку, миссис Ланди. Берите пышки, инспектор. Да, это, должно быть, Альберт Уилсон. Сядьте поближе к огню — вы же просто окоченели. Он был дворецким мистера Данна, бедняга. Хотя почему бедняга? Ведь у него была легкая смерть — скончался мгновенно. Пожалуй, он даже не понял, что умирает. Ваши ботинки насквозь промокли, снимите их и просушите носки. Терпеть не могу такую погоду. А почему вы заинтересовались Уилсоном? Абсолютно естественная смерть. Да и в любом случае, у него не было никаких родственников и ни гроша за душой. Всего-навсего дворецкий, как я слышал, хороший, но совершенно заурядная личность. Правильно, устраивайтесь поудобнее. Возьмите еще пышку, только осторожнее с маслом — так и растекается. Но что же там такое с Уилсоном? — Подняв брови, доктор с любопытством взглянул на Питта.
Томас сразу же проникся к нему симпатией.
— На козлах кеба нашли труп, вырытый из могилы. Это случилось возле театра, недели три назад…
— Боже мой! Вы хотите сказать, что это был бедный старина Уилсон? — Брови доктора взлетели еще выше. — Но зачем же кому-то понадобилось это делать? Вы ведете это дело, не так ли? Благодарю вас, миссис Ланди. А теперь налейте инспектору чашечку чаю.
Питт с благодарностью принял чай и подождал, пока экономка неохотно удалилась.
— Ужасно любопытная женщина. — Доктор покачал головой вслед ее удаляющейся спине. — Но от этого есть некоторая польза: она знает о моих пациентах гораздо больше, чем они мне рассказывают. Нельзя же лечить человека, если знаешь всего половину его болячек. — Он посмотрел, как от носков Питта поднимается пар. — Вам не следует разгуливать с мокрыми ногами. Так можно и заболеть.
— Да, я веду это дело. — Питт невольно улыбнулся. — И вот что странно: нет разрытой могилы. Ведь Альберт Уилсон был похоронен, не так ли?
— О, конечно! Разумеется, его похоронили. Не могу сказать вам где, но это должен знать мистер Данн.
— Тогда я спрошу у него, — сказал Томас, не двигаясь с места. Он жевал вторую пышку. — Я весьма вам обязан.
Доктор потянулся к чайнику.
— Не стоит благодарности, мой дорогой. Это профессиональный долг. Еще чаю?
Питт отправился к Даннам и узнал там название церкви, но не было смысла искать могилу в темноте. Только на следующее утро он отыскал место упокоения Альберта Уилсона, покойного дворецкого, и получил разрешение произвести эксгумацию. К одиннадцати часам Томас уже стоял рядом с могильщиками, наблюдая, как они счищают последние комья черной земли с крышки гроба. Он бросил им веревки и ждал, пока они закрепят их. Затем Питт отступил, могильщики вылезли из ямы и начали поднимать гроб. Эта работа была нелегкой и требовала сноровки. Наконец они опустили гроб на влажную землю возле разрытой могилы и с облегчением вздохнули.
— Он был чертовски тяжелый, хозяин, — сказал один из них. — По мне, так он не пустой.
— Да, сдается мне, что так оно и есть. — Второй могильщик покачал головой и недовольно взглянул на Питта.
Не отвечая им, Томас наклонился и осмотрел шурупы на крышке. Затем выудил из кармана отвертку и молча принялся за работу. Наконец в руках у него оказались все шурупы. Положив их в другой карман, он поддел лезвием крышку гроба и поднял ее.
Могильщики были правы. Гроб не был пустым. В нем лежал мужчина хрупкого сложения, с густыми рыжими волосами. На нем была свободная белая блуза, пальцы выпачканы краской — акварелью, которой пользуются художники. Но внимание Томаса прежде всего привлекло лицо. Глаза трупа были закрыты, лицо отекшее и раздутое, а губы синие. Под поверхностью кожи виднелось множество крошечных красных точек — там, где лопнули капилляры. Но всего заметнее были темные кровоподтеки на шее.
Наконец-то перед Питтом предстал самый настоящий убитый.
  
Глава 8
 
Так много всего сошлось на Гэдстоун-парк, что Питту не составило труда определить личность человека, похороненного в могиле Альберта Уилсона. Упоминался лишь один художник, проживавший там, — Годольфин Джонс. Нужно было лишь удостовериться, что это его тело.
Питт опустил крышку гроба, поднялся, подозвал констебля, поджидавшего в конце аллеи, и приказал немедленно отвезти тело в морг. Сам же он намеревался отправиться в Гэдстоун-парк и попросить дворецкого или лакея взглянуть на труп. Он поблагодарил могильщиков — те, злые и озадаченные, рассматривали запачканный землей гроб. Затем Питт поправил шарф, надвинул на глаза шляпу, чтобы мелкий дождь не попадал в глаза, и вышел через кладбищенские ворота на улицу.