Лалиса и её друзья (СИ)

А то наденут на меня рубашку без рукавов, и перевезут в домик с мягкими стенами, и санитарами с электрошоком… Мда… такая перспектива меня совсем не радует. Ладно, будем учиться говорить от женского лица. Кстати, хотел я посмотреть на себя, как сейчас выгляжу. Ну, руками пощупал, вроде лицо овальное, нос нормальный. Насчёт волос ничего сказать не могу, они острижены под ноль, и в одном месте на черепушке ноет, если палец приложить. Наверное, я упал и ещё и головой об асфальт стукнулся.
Просил я у медсестёр хоть небольшое зеркальце. Но они на меня зашикали, глаза округлили, и сказали, что их за такое уволить с работы могут. Нельзя, говорят. Врач запретил. Они что думают, что я в слёзы брошусь, увидев последствия аварии на моём лице? Я же не девчонка, о красоте думать, и за каждым прыщиком на коже гоняться. Да и видел я многое в жизни, например, раздавленный череп с вытекшим мозгом, вокруг кровища, а в ней выпавшие глаза плавают… Так что, удивить меня синим лицом не удастся! Главное, что из-за загипсованных ног я выйти из палаты совсем не могу…
Ладно, вроде кто-то к двери подошёл, надо приготовиться…
В палате сразу стало тесно, когда в неё вошли несколько человек. Первым вошёл мужчина с лицом европейского типа. Рост у него был под метр восемьдесят, тело с небольшим животом. За ним следовала хрупкая женщина, явно азиатского происхождения, но не похожая на кореянок. С ней в палату прошли молодая девушка с довольно красивой внешностью, и мальчишка в чёрных очках, лет двенадцати, может чуть больше.
Марко Берштайнер, отчим.
Принути Манобан, мать
Сон Янг, старшая сестра (онни).
Бэм Бэм.
Мужчина остаётся у двери. Пацан становится у окна, а женщина с девушкой бросаются ко мне, и начинают засыпать вопросами. Из их трескотни я узнаю, что у меня есть отчим, по имени Марко, и он швейцарский шеф-повар, получивший сертификат в Таиланде. У окна стоит мальчишка, по кличке Бэм Бэм, с которым я оказывается дружу с детства. А допрашивают меня и льют слёзы, моя онни (старшая сестра) Сон Янг, и мама Принути.
Они меня всего ощупали, об смотрели, обслюнявили, поохали, взглянув на моё лицо, ужаснулись общим состоянием. Теперь я точно убедился, что моё имя Пранприя. Мама сказала, что пора его поменять на другое. Старое имя, оказывается, приносит мне одни несчастья. Мама с родственницей ещё в Бангкоке ходила к гадалке. И та им сообщила решение божественных сил, что нужно срочно поменять мне имя во всех документах. С помощью юриста все бумаги о моём рождении, и прочие документы выправлены, и теперь меня зовут Лалиса.
Тут у меня в голове что-то щёлкнуло. Я вспомнил! Лалиса Манобан, артистка К-поп, участница группы Блэк Пинк. Но, тогда выходит, что я попал в прошлое? Хотя, нет, у той Лалисы не было не братьев, ни сестёр…. Чёрт, чёрт, чёрт! Чувствовал я, что не надо было писать этот фанфик! Что?! Значит, я попал на место Лалисы, но в параллельном мире?! Я что, попаданец?! У меня перед глазами пошли чёрные круги, и пришлось срочно взять себя в руки, чтобы не потерять сознание. Но мама что-то заметила, и послала Бэм Бэма за медсестрой. Та прибежала, дала понюхать что-то очень вонючее, и я взбодрился.
 
Мама вышла вслед за медсестрой, потом заглянула в палату, и позвала отчима. В комнате остались я, моя онни, одетая как тинейджер, в белую майку и джинсовые шорты. Ногти у неё были окрашены в тёмно-зелёный цвет. Лицо правильной формы, волосы то ли покрашены, то ли действительно такого светло-каштанового цвета. Скорее всего, и у меня такие будут, когда отрастут.
- Лалиса, ты и вправду совсем ничего не помнишь? – С ужасом в глазах спрашивает Сон Янг. Я развожу руками. Ничем не могу её обрадовать:
- Для меня вы все новые люди. Кое-что я помню, но очень мало.
- А меня не помнишь? – Подключается пацан. Отрицательно мотаю головой.
- И это не помнишь? – Бэм Бэм достаёт телефон, и показывает фотографию.
Танцевальная группа «Ви Заа Кул».
- Я даже не помню, есть ли я на этом фото, - Говорю сильно удивлённому мальчишке.
- Да вот же ты. вторая. Со звёздочкой на пиджаке! – Не выдерживает Сон Янг. Вглядываюсь в «себя». Да, что-то в этой девчонке на фотографии есть от той Лисы, какую я помню. Между тем Бэм Бэм демонстрирует ещё кучу фотографий на телефоне, где я и он гуляем по городу, едим мороженное, и кривляемся. Мда, значит, мы действительно росли с детства вместе…
- А как мы оказались в Корее? - Задаю вопрос сестре.
- Ну, я подала заявку на поступление в одно корейское высшее учебное заведение, а ты с остальными приехали к нашему корейскому знакомому Ким Дже Уку, чтобы принять участие в танцевальном конкурсе, объявленном компанией Эл Джи. Она устраивает прослушивания тут в Пусане. Хотели вначале в Бангкоке, но что-то у них не получилось, и они перенесли конкурс в Корею. Поэтому и ты сюда приехала вместе с ребятами из «Ви Заа Кул».
- Зачем ты нас не подождала, и побежала в какой-то магазин? Я тебе говорил, пойдём вместе. Послушалась бы меня, и не лежала бы тут.
А вот с этим я согласен! Часто женщины несутся куда-то по одним им понятным причинам, и это потом создаёт проблемы всем окружающим. Сам такое видал! Да, а я ведь хотел посмотреть на свой внешний вид.
- Сон Янг, у тебя есть зеркальце?
Сестра нерешительно заглядывает в сумочку, потом смотрит на меня, и протягивает:
- Лалиса, а может не надо?
- Надо, надо, ещё как надо! – Требовательно выставляю ладонь поближе к онни. Они что-то бурчит, но потом всё-таки вынимает и даёт мне небольшое зеркальце. Так, что у нас тут. ого! Под глазами огромные лиловые синяки, голова гладкая, как бильярдный шар. А кожа у меня лучше, чем у сестры. Интересно, может и волосы пышнее? Хотя, если судить по тем фото, что я видел на телефоне Бэм Бэма, волосы у меня тёмные, самые обычные. Но тут у меня появился вопрос, который отразился на моём лице:
- Онни, а почему я и ты не похожи на омму?
Родственница вздохнула, и принялась рассказывать. Оказывается, мне сейчас двенадцать лет, а Сон Янг старше меня на девять лет. У нас разные отцы, поэтому мы и немного непохожи на мать. Сама онни больше похожа на своего отца, первого мужа нашей оммы, а я похожа на бабушку, маму второго мужа оммы. Эта родственница умерла три года назад, сразу после похорон дедушки. Мысленно перекрестился, что не надо знакомиться с ещё какими-то родичами. Мне и этих за глаза хватит!
Тут возвращаются в палату отчим и мама. Оказывается, они ходили к доктору Пак Джин Хо.
Я замечаю, что уже без всякого напряжения называю маму, омой, а сестру – онни. Даю себе зарок, что даже во сне их буду так называть, ведь мне некуда уйти с подводной лодки! Насчёт Бэм Бэма, небольшая напряжёнка. Хоть он и друг детства Лалисы, но вдруг руки станет распускать, как немного подрастёт. Это надо будет пресечь на корню! И вообще, с мужиками теперь только деловые отношения, а то знаю я их!
Между тем мама начала гладить меня, и говорить:
- Лалиса, доченька! Доктор пак сказал, что ты быстро поправишься. Мы все молим Будду, чтобы это произошло как можно скорее!
Так, значит, моя новая семья – буддисты. Запомним! Наконец, все собрались, попрощались со мной, и ушли. Сон Янг и Бэм Бэм обещали навещать меня каждый день. Хотя самой большой проблемой было моё переселение в тело девицы, появилась ещё одна загвоздка. Это постоянные женские секреты и сюсюкание друг с другом. Скорее всего, я так просто не смогу. Хотел что-нибудь придумать, чтобы избавится и от телячьих нежностей, и розовых соплей, но меня заставили обо всём забыть ноги под гипсом.