Лалиса и её друзья (СИ)

- Родилась я в Бангкоке….
Когда я закончила говорить, в классе стояла тишина. Мне никто не хлопал. Я гордо прошёл до своего столика. За спиной раздались перешёптывания. Наверное, меня обсуждают. Ну, ну!
- Довольно необычное выступление нашей новой ученицы. Запомните. Манобан! Здесь Корея, а не Таиланд. В следующий раз вас за такое поведение могут оставить на два часа после уроков. Хотя, ваше желание попасть в айдолы, я одобряю. Голос и вижуал у вас точно есть!
Вот, зараза! Только познакомились, и уже начались корейские страшилки.. Хотя. что мне в голову приходит всякая дребедень? Опять выпендрится захотелось? Хорошо, что сегодня первый день меня видят, и училка решила меня только припугнуть…
Потом Пак Юн Ми раздала нам листки с расписанием уроков. Так, что у нас сегодня? Ну, ознакомительный урок кончается. Потом по расписанию у нас английский язык, затем корейская литература, математика, физика, химия, история, география.
Вообще то, вместо ознакомительного урока у нас должна быть музыка. Ладно. Чего-то слишком много у бедных корейских детей уроков в день. Насколько я помню, на старой Земле у нас больше шести уроков никогда не было. Мда! Звенит звонок. Пак Юн Ми уходит. Я и Розэ идём в коридор. Есть пока не хочется. Как нам сказала Юн Ми, еду можно покупать в буфете. Для этого мне вчера Хё Мин дала карточку банковскую. Оказывается, она выписана на имя Дже Ука. Золотая, зараза! Интересно, сколько на ней денег? Тратить я их не собираюсь. Ведь Хё Мин сказала, что если я попаду в трейни, то они мне эту карточку подарят. А если не попаду, она будет у меня до моего совершеннолетия. И с чего такая щедрость, непонятно?!
Розэ смотрит на меня укоризненно:
- Ну и проказница ты, чего это выдумала?
- Не знаю, сонбэ, само пришло в голову. Зато классно получилось! Какие у всех были лица! Хи, хи!
- Да! - Улыбается австралийка.
К нам двигается группа наших одноклассниц. Их пятеро. Вначале знакомимся, и, по корейской традиции, выясняем, кому сколько лет. Пятёрка аборигенов скисает. Я и Розэ на год старше них. Поэтому, я беру разговор на себя. Розэ, как моей сонбэ, не пристало говорить с какими-то малявками. Она к ним должна обращаться через меня. Это австралийку устраивает. Она ведь "банан", а таких в Корее не очень любят. Поэтому, с помощью меня, своей макнэ, она дистанцировалась от ненужных вопросов чересчур любопытных школьниц. Мне то всё равно. Я иностранка, а к ним у корейцев другое отношение. Даже, если я что-то и выкину, идущее в разрез с местными традициями, аборигены пожмут плечами, и скажут:
- Она же иностранка, а не кореянка.
Конечно, злоупотреблять я этим не буду, но...
- Сонбэ, а что за стихи вы прочли? - Спрашивает стоящая напротив меня Ли Бон Су.
- Не знаю, хубэ! Само в голову пришло, как только я увидала столько глаз, устремлённых на меня.
- Лалиса-ян, а ты действительно хочешь пойти в айдолы? - Спрашивает Ким Хе Джи, ближайшая подруга этой Бон Су.
- Да, хубэ. Я ведь танцую в тайской группе "Ви Заа Кул".
- А что нибудь показать нам можешь?
- Могу! - Демонстрирую жаждущей публике "Краб" в народном варианте.
- Это так просто, сонбэ! - Восхищается Гу Нам Бо, ещё одна из приятельниц этой Бон Су.
- Попробуй. повтори, хубэ! - Улыбаюсь я. Естественно, попытка Нам Бо вызывает только смех у её подруг, и она, покраснев, отодвигается в сторону.
- То, что кажется простым, на самом деле, результат тренировок моего тела, начиная с четырехлетнего возраста, когда я начала танцевать, хубэ. - С видом бывалого знатока начинаю рассказывать этим курицам. Но тут звучит звонок, и мы бросаемся в класс, сейчас придёт учитель английского языка, и начнётся очередной урок.
Садимся каждый за свой столик. Входит высокий мужчина, лет за сорок. Все встаём, кланяемся и коллективно здороваемся с учителем. Это не кореец, а европеец. Его зовут, Джон Брайян. Он приехал двадцать лет назад в Южную Корею из Штатов. Там он преподавал в Мемфисе. Увидал объявление, что требуются преподаватели английского языка в Южную Корею. Собрал нужные документы, приехал в Пусан. По распределению попал в эту школу, и с тех пор преподаёт тут английский язык. Здесь женился на кореянке, его сын недавно окончил университет, и идёт по стопам отца.
 
Брайян подошёл к столу, положил планшет на стол. Включил его. И стал что-то читать.
- Так, девочки! – По-корейски он говорил не совсем хорошо, но понятно. – У нас новенькие. Начну с них.
- Пак Чхе Ён, встаньте! Вы из Австралии? – Перешёл учитель на английский язык.
- Да, сэр! Отчеканила Розэ. – Я живу в пригороде Мельбурна. Сюда приехала, чтобы пройти прослушивание, и стать айдолом, также, как и моя макнэ Лалиса Манобан.
- Вы вместе живёте?
- Да, сэр! Мы живём у подруги моей онни Элли Пак, Ким Сон Ми. Можно вас попросить, называть меня Розэ?
- Хорошо, мне так даже легче. – Обрадовался учитель. – Теперь вы, Лалиса Манобан.
- Да, сэр! – Решил я скопировать манеру Розэ. – Я из Таиланда, сэр! Училась в школе с преподаванием на английском языке. Можете называть меня Лиса, сэр!
- Мы не в военной академии, Лиса, поэтому не надо каждый раз называть меня сэр!
- Есть сэр! – Отдаю честь, как принято у американцев, и вытягиваюсь в струнку.
Учитель улыбается.
- Садитесь, Лиса! Сегодня мы будем читать стихи одного из замечательных британских драматургов прошлого, Уильяма Шекспира.
Вижу, что кореянки крутят головами, и знаками показывают друг другу, что впервые о таком писателе слышат. Неужели, тут так плохо знают западных литераторов? Сую нос в планшет. Так, Шекспир. Годы деятельности я не помню, ну, знаю, что он жил пару-тройку сотен лет назад, вроде. Быстро пробегаю библиографию. Так. «Гамлет» есть, «Король Лир» - тоже. Хватит. Это я и читал, и кинофильмы видел. И эти строчки помню, про быть или не быть…
Учитель вызывает по одному. Даёт планшет, и кореянки читают по очереди. Пока до знаменитого монолога Гамлета не добрались. Да и у многих аборигенов плохое произношение из-за глотания окончаний. И получается какая-то тарабарщина. Учителю надоедает, и он просит Розэ прочитать пару строчек. Та, как истинная австралийка, начинает шпарить, как пулемёт, вызвав зависть кореянок своим безупречным произношением трудных для аборигенов слов. Учитель доволен.
- Розэ, можете просто сидеть на моём уроке, и сдавать письменные работы в конце четверти. Советую вам пойти и получить в Центре языка сертификат ТОЕК. Это вам пригодится в дальнейшем.
- Спасибо за заботу обо мне, господин учитель! – Кланяется моя сонбэ, и вернув мужчине планшет, садится на место. Завистливые лица корейских девочек буравят мою подругу. Я слышу, как кто-то сзади меня вздыхает:
- Иногда хорошо быть «бананом»!
Между тем учитель вызывает очередную ученицу. И всё повторяется. Невнятное бормотание аборигенов, наскучило Брайяну, и он вызывает меня.
- Ну, Лиса. Покажите, как надо читать на английском языке этим ленивым задницам! – Смеётся Джон. – Вот, с этого места, пожалуйстя.
Он показывает мне, и я не могу поверить своим глазам! Брайян положил палец на начало монолога Гамлета! Он протягивает мне планшет, но я показываю, что мне его не надо. У Джона поднимаются вверх брови, и он ждёт, что будет дальше. Я прокашлялся, и встав, как мне представлялось, должен стоять Гамлет (поднял полусогнутую правую руку, выпрямился, а глаза устремил на дальнюю стенку), и несмотря на смешки некоторых аборигенов, продекламировал:
To be, or not to be…
To be, or not to be, that is the question:
Whether ’tis nobler in the mind to suffer
The slings and arrows of outrageous fortune,
Or to take arms against a sea of troubles
And by opposing end them. To die—to sleep,
No more; and by a sleep to say we end
The heart-ache and the thousand natural shocks
That flesh is heir to: ’tis a consummation