Репетитор для Бунтаря (СИ)
Но разве меня нужно спасать? От кого? От самой себя, — твердит моё внутреннее я.
— Кай! Прекрати! — стараюсь говорить громко, видя, что он услышал меня, но тем не менее полностью игнорирует. — Кай!
Неожиданно он встаёт с постели, аккуратно вешает гитару на стену и идёт к окну. Погрузив руки в карманы, он стоит спиной ко мне.
— Мне нужно собираться, — спокойно говорит он, а затем машет кому-то из окна. — Тебе лучше уйти. Надеюсь, ты найдёшь, где выход?
Следом он разворачивается, встречаясь с моим недоумением. Да как он смеет меня прогонять? Да ещё в таком тоне?!
— Никуда я не пойду, пока мы с тобой не поговорим! — возмущаюсь я, быстро сократив расстояние до окна.
Смотрю в него и убеждаюсь, что он не солгал. Снизу действительно уже стоит машина, откуда вываливаются члены его группы и две девчонки, среди которых я замечаю Мелани.
— Нам не о чем разговаривать, — отвечает, роясь у себя в шкафу. Он находит чёрную футболку и напяливает её на себя. — Во всяком случае не сегодня. Ясно? Меня уже ждут.
Моё внутреннее я, которое буквально несколько минут назад казалась мне мудрой женщиной, вдруг начинает голосить у меня в голове, вынуждая пойти на риск и прибегнуть к необдуманным поступкам.
Встаю перед Каем, выхватываю у него из рук куртку, которую он уже принялся надевать и выкидываю её за себя.
— Что ты делаешь, чёрт возьми? — недоумённо он спрашивает.
— То, что нам нужно. Обоим. Нам нужно успокоиться, — накрываю его плечи ладонями и с осторожной нежностью прохожусь по его рукам вниз.
Упрямо тянусь к его губам, но как бы я не приближалась к ним, они всё больше и больше отдаляются от меня. Почему-то он отстраняется от меня.
— Что случилось, Кай… — с мольбой в глазах тихо говорю. — Ты разве не хочешь меня?
Как ни в чём не бывало он обходит меня и поднимает с пола свою кожаную куртку. Выпрямляется и тот гнев, что всё это время таился в нём, по непонятным причинам обрушивается на меня.
— Я не мальчик на побегушках, чтобы по твоему зову, бросив все дела, исполнять твои прихоти! — повышает он голос, надевая куртку. Он зол, но почему? — Я не собираюсь идти у тебя на поводу!
— Да какие у тебя могут быть дела? — не выдерживаю и сама начинаю орать на него, словно психованная бывшая подружка. — Подкатывать к очередной юбке, да бренчать на гитаре? Ты про эти дела?
Он резко замирает. Если до этого, он хотя бы моргал, то сейчас же просто застыл на месте и смотрит в одну точку. На меня. Как будто я заслуживаю только презрения и ничего больше. Только лишь играющие желваки на его челюсти говорят мне о том, что передо мной стоит не манекен.
— Уйди, я прошу тебя, — подаёт он слабый голос, не сводя с меня глаз.
Это бесит меня.
— Да что случилось? — снова подхожу к нему, заглядывая в его глаза, напоминающие мне море во время шторма. Я готова броситься в это море без раздумий, но ему плевать. — Или ты привык трахаться только со шлюхами и девственницами?
Он злорадно хмыкает, и делает то, что он привык делать — окунает меня головой в самое дерьмо.
— В таком случае ты и есть шлюха. Ты такая же шлюха, как и все остальные.
— Что? — не верю я своим ушам.
— Ты шлюха, Бриана! — с улыбкой на лице произносит слова, которые ломают меня изнутри. Я словно карточный домик рушусь на его глазах, но он этого не замечает. Более того, судя по всему, он этого и добивался.
Оскорблённая и униженная, я не выдерживаю и влепляю ему звонкую пощёчину, от которой, вероятно, он даже глохнет. Но, как и в прошлый раз, он снова не реагирует на её. Кожа на его щеке в момент вспыхивает, проявляя отпечаток моей ладони, но он как стоял столбом, так и продолжает стоят.
— Уходи, — почти шёпотом говорит.
Мне становится обидно до слёз, и я просто делаю, как он велит — иду прочь. Хочу сорваться на бег, но ноги плетутся медленно, спуская меня по лестнице. Притормаживаю, как только снова слышу звуки гитары, только на сей раз совершенно незнакомую мелодию, а затем его голос проникает в моё сознание. Я тихонечко поднимаюсь по лестнице и заглядываю в щель приоткрытой двери в его комнату. Краем глаза вижу, как он лежит на кровати с закрытыми глазами. Он опечален, но мне от этого нисколько не легче.
Гитарные струны изранили пальцы,
Дым сигарет застилает глаза…
Чувства, эмоции — в звуках скитальцы,
Секунда и всё, сорвёт тормоза…
Неистово рву одинокие струны,
Мир непонятный разрушить хочу…
Вижу сквозь ноты забытые руны,
В мир рвётся крик — стиснув зубы, молчу…
Сердца скачок и ритм нарушен,
Истерика звука звенит в высоте…
Смотрю я в толпу, ищу кто бездушен,
Кто столь равнодушен к моей хрипоте…
На глаза наворачиваются крупные слёзы, и я мечтаю убежать из этого дома. Надеюсь, что навсегда.
Распахиваю входную дверь и, что есть ног мчусь к своей машине, но совсем забываю о том, что Кая ждут его долбаные друзья.
Вытираю слёзы и опускаю взгляд в землю, когда обхожу эту компашку, которая как некстати заприметила меня.
— О, Бриана, как дела? Ты разве уже уходишь? — приветливо произносит эта сука, но это лишь притворство. Похоже, она что-то знает.
— Иди к чёрту, Мелани, — выплёвываю я ей в ответ и скрываюсь в своей машине. Секунда — и с визгом прокручивающихся колёс, я уезжаю из этого места.
О, Боже! Неужели я сказала это вслух? Она же разболтает это Кейт. Да плевать!
Глава 10.1. Бриана
Шлюха.
Шлюха.
Шлюха.
Клеймо на всю жизнь. Но это не моё клеймо. Я не считаю себя таковой. Да, я оступилась, но кто в этой жизни не делал ошибок? Меня по праву можно назвать изменщицей, с этим я соглашусь. Измена — пятно на моей личной жизни, раковая опухоль на моей идеальной репутации, но от этого я не стала шлюхой. Это уже слишком.
С подругами я встретилась в «РокСтар» сразу после школьных занятий. Это была далеко не моя прихоть. Я пришла сюда под угрозами. На самом же деле у меня нет настроения, желания и даже эмоциональных сил ворошить мои проблемы, которых скопилось чёрт знает сколько, но раз на кон поставлена наша многолетняя дружба, то я приняла их вызов.
— Ну давай, рассказывай, — говорит Сандра, нависая надо мной, как дознаватель на допросе. — Что с тобой происходит?
— Да, рассказывай! — всплёскивает руками Кейт, сидя напротив меня. — У меня столько предположений на уме, но я не успокоюсь, пока ты сама нам всё не расскажешь.
Чувствую себя так, будто меня взяли под стражу и силком притащили в зал импровизированного заседания суда. В этом спектакле Кейт и Сандре выделили роли государственных обвинителей и это весьма прискорбно. Я понимаю, пока дело не сдвинется с мёртвой точки и не дойдёт до моего чистосердечного признания, они так просто не отвяжутся от меня, но мы на пару с моей грешной душой в роли адвоката, пока ещё попытаемся отстоять себя, выдавая ложные показания за действительность, авось из-за отсутствия улик меня выпустят на свободу, подальше от их нравственности и мирских благ, от которых тошно.
— Да в общем-то нечего рассказывать, — безразлично отвечаю, взбалтывая остатки апельсинового сока. Я сама себя не узнаю. Уже который день подряд в зеркале я наблюдаю незнакомку.
Не только я замечаю изменения в себе. Окружающие так же стали видеть во мне все эти метаморфозы. Сегодня, к примеру, я впервые за всё время своей безукоризненной работы опоздала на занятия. Впервые в жизни я получила выговор от директора, а всё потому, что я не могла уснуть до самого утра, а, уснув, не смогла проснуться. Думаю, причину своих проблем со сном объяснять не нужно. Но в самую первую очередь мои изменения видит Джаред, это меня и беспокоит больше всего. Он всё ещё списывает мою нервозность и отрешённость на его отказ заняться сексом в машине, но сколько это будет продолжаться, пока он не подойдёт к истине? Остаётся только верить, что я справлюсь со своей депрессией как можно скорее. А может стоит ему во всём признаться? Нет. Что я несу?