БондиАнна. В Россию с любовью

А как красиво всё начиналось…
Додумать я не успела. Поезд дёрнулся и остановился на станции, вернув меня в реальность. Открылись полупрозрачные двери, аккуратно втянули людей, и состав двинулся дальше, быстро набирая скорость. Вагон задрожал от протяжного гула, будто самолёт, собирающийся оторваться от земли.
Я вспомнила Boeing «Египетских авиалиний», на котором мы с Алексом летели в Зимбабве на медовый месяц. Там жили мои родители: отец работал дипломатом при российском консульстве. В ту встречу Алекс должен был познакомиться с моей семьёй.
Во время полёта у него началась паника. Уже тогда можно было понять, что это вовсе не аэрофобия или внезапно подхваченный вирус. Это была белая горячка, её безобидное начало. Безобидное — по сравнению с тем, во что она превратилась позже.
— Анджики, у меня живот болит! — скулил в самолёте Алекс и хватался за меня, будто я была в силах исправить это.
Не знаю, правда ли он испытывал боль, о которой говорил, или она была плодом больного воображения. Но, судя по душераздирающим стонам, он был уверен, что ему пришёл конец.
У стюардесс на борту был приличный запас лекарств, и они суетились, предлагая помощь. Алекс от всего отказался. Он страдал весь полёт, ни на секунду не давая расслабиться мне и всему экипажу. Это был настоящий ад.
Я помнила всё так чётко, будто это случилось вчера. Вот он скрючился в кресле и трясётся, хватая меня за руки. Его красивое лицо краснеет и искажается в муках, карие глаза расширяются от ужаса, а футболка темнеет от проступающего пота. В самолёте у Алекса была самая настоящая лихорадка, и вызвана она была ломкой — он несколько часов не вливал в себя алкоголь. Когда мы покупали билеты, он не обратил внимание, что на борту «Египетских авиалиний» спиртное под запретом.
Я помнила, как вместе со стюардессами хлопотала над Алексом, как мать над заболевшим малышом. Однако, услышав, что капитан готов экстренно посадить борт, чтобы доставить его в больницу, Алекс сквозь зубы пробормотал, что ему уже лучше.
Покачиваясь на сиденье метро, я как будто снова переживала те моменты. Алекс стоял у меня перед глазами. Я вдруг подумала, что в самолёте он выглядел точно так же, как и в нашу первую встречу. Даже одежда на нём была та же самая. Как символично.
  
Глава 3
 
Почему тебя так долго не было?
 
Лондон, 2001 г., 2 года до Экономического форума
Ангар в Доклендсе ревел и вибрировал. Казалось, ещё немного, и он треснет по швам от царившего внутри возбуждения.
Мы с Марком — моим тогдашним бойфрендом — пришли на рейв. Это была не просто вечеринка для любителей электронной музыки — ими в Лондоне было никого не удивить. Однако мероприятие под названием «Lost» проходило только раз в месяц, и место проведения каждый раз менялось. Попасть на эту тайную мессу истинных любителей техно можно было, подписавшись на специальную рассылку. Что Марк и сделал. Так мы оказались на восточной окраине Лондона, в огромном ангаре, заполненном разгорячёнными людскими телами, вспышками стробоскопов и ритмичными звуками.
С Марком я познакомилась в Африке. Он путешествовал по миру и время от времени подрабатывал диджеем. Мы встретились в Хараре [1], куда я, уже студентка московского университета, прилетела навестить родителей. Широкоплечий парень с дредами и британским акцентом покорил моё юное сердце. Марк был талантливым, но не слишком амбициозным. Зато обаяния ему было не занимать. Он наслаждался жизнью и ко всему относился легко. Это подкупало. Я тоже сразу ему понравилась.
Марк жил в Брайтоне, тихом городке всего в полутора часах езды от Лондона. Туда он и пригласил меня, когда его поездка подошла к концу. А я поняла: вот он! Тот самый шанс, о котором я мечтала с детства! И согласилась, не раздумывая, хотя понятия не имела, как смогу приехать.
Сила мысли способна развернуть Вселенную нужной стороной. Всё сложилось, как по нотам. Марк вернулся из Африки и помог мне оформить документы для визы. Остальное было просто. Совсем скоро я отправилась в путешествие в город своей мечты.
  
Аэропорт Хитроу был похож на лабиринт, в котором, как муравьи, сновали люди. Я в какой-то эйфории прошла паспортный контроль, получила багаж и, наконец, следом за толпой ступила на британскую землю. Зазвонил телефон.
— Я подъезжаю! — прокричал Марк в трубку. — Стой, где стоишь, заберу тебя от выхода.
Он отключился. Я озиралась, пытаясь разглядеть нужную мне машину, хотя понятия не имела, какую именно. В этот момент мимо проехал роскошный автомобиль — кажется, «Бентли» — и плавно затормозил в паре шагов от меня. Я расцвела и поспешно шагнула к задней дверце. Тут словно из воздуха материализовалась высокая стройная женщина в тёмных очках и на умопомрачительных шпильках. Не глядя в мою сторону, она быстро нырнула на заднее сиденье, и «Бентли» отъехал. В воздухе остался шлейф сладких духов. А на соседней полосе я увидела фургон, возле которого стоял довольный Марк и радостно махал мне. Что сказать? Это был самый жалкий фургон, который я только видела в своей жизни. Я бы не удивилась, если бы узнала, что половину дороги до аэропорта Марк просто толкал эту развалюху.
Ты что, охотник за привидениями под прикрытием?
Я думала, такие машины бывают только в кино. Но нет, это была вполне реальная тачка, на которой мой английский друг подрабатывал мойщиком. Задние сиденья отсутствовали, в кузове были свалены инструменты: вёдра, швабры и ещё какие-то рабочие приспособления. Все они болтались от стенки к стенке, гремели и отчаянно дребезжали, пока мы ехали в сторону Лондона. Меня то и дело пробирал смех.
Въезжаю в королевство на роскошном экипаже!
Смутило ли это меня? Конечно, нет! Я была счастлива и улыбалась во весь рот. Мы ехали мимо лугов, как будто сошедших с пасторальных полотен, я любовалась зелёной травой, коровами, сказочными английскими домиками, соборами и даже изящными английскими кладбищами. Мне хотелось кричать от счастья!
Это всё наяву! Я в Англии! Всё только начинается!
С первых минут после приземления я поняла: это моё место. Здесь я хочу остаться. И с каждым километром дороги я всё больше убеждалась в этом. Я уже представляла свою будущую жизнь, полную приключений, интересных знакомств, ярких эмоций и, конечно, любви. Вернуться и жить по-старому? Об этом не могло быть и речи! Я стояла в самом начале пути и собиралась пройти его с гордо поднятой головой.
Фургон подпрыгнул на очередной кочке, и я ударилась макушкой о потолок. Но даже это показалось мне таким забавным, что я от души рассмеялась. Протянула руку и сжала ладонь Марка, который то и дело бросал на меня взволнованные взгляды.
— Всё в порядке? — спросил он.
— Спасибо, что встретил! — с улыбкой ответила я.
Я приехала в Англию на месяц, и вот он подходил к концу. На следующий день я должна была вернуться в Москву — начинался новый семестр в университете. Вечеринка в Доклендсе обещала стать достойным завершением отпуска. Лондон, музыка и любовь. Казалось, лучше быть не может.
Я провела ладонями по бёдрам, поправляя белое трикотажное платье. Оно обтягивало мою фигуру и без лишней скромности сидело потрясающе. Марк предупредил, что дресс-код — чёрное. Но мне захотелось выделиться. Я терпеть не могла рамки и ограничения, поэтому выбрала белое. И не прогадала. Среди людей в чёрном я буквально сияла, и это было восхитительно. В этом наряде я отрывалась на выпускном, а сейчас сидела на коленях у своего парня в центре модной тусовки самого отвязного и музыкального города в мире.
В разноцветных лучах прожекторов я рассматривала людей. Красивые, молодые, свободные, они кайфовали от жизни здесь и сейчас. Невнятная английская речь неслась со всех сторон, сливалась с музыкой и превращалась в гул. Но всё же для меня она оставалась прекрасной. Обрывки фраз, долетавшие сквозь шумовую завесу, ласкали слух. Я всем телом впитывала энергетику этого места и заряжалась от людей вокруг.