Подарок богов (СИ)

Земли вокруг достаточно. Хватит и зерно посеять и огород посадить, ещё и скотине на прокорм останется. Даже если староста будет возражать, Тимат и без его помощи сможет крепко встать на ноги.
А Валх спит и не чует, какие дела вокруг него творятся. И пусть его спит, намаялся, поди, за день. Сыновья хоть и переняли его науку, да всё одно за ними пригляд нужен. Всего то по двенадцать годков стукнуло близнецам Усхату и Аттаю, а они уже признанные в деревне охотники. На двоих у них получается забивать дичи не меньше, чем когда-то добывал их отец.
Теперь уж не приходится сомневаться в том, что Лариника принесла в их дом счастье. Маленькая непоседа с золотыми волосами и голубыми глазами стала любимицей всей деревни. Первое время на неё приходили посмотреть, как на чудо. Ну и подарки в дом приносили, куда же без этого. Каждый надеялся получить частичку божественного дара для себя и своей семьи.
А ведь так и вышло. Маленькая Лариника принесла счастье и удачу им всем. С тех пор, как она появилась в их деревне, не случилось ни одного неурожая. Соседние поселения в прошлом году накрыла засуха, а их обошла стороной, будто земля у них заговорённая. Все об этом думают, но помалкивают. Не хватало вызвать зависть соседей или, что ещё хуже, пробудить интерес хасуров к Ларинике.
Старики говорят, в давние времена именно хасуры оберегали людей от напастей. Только нынче их правители не те, что были раньше. Не осталось в них ни доброты, ни сострадания. Давно уж никто не обращается к хасурам за помощью. Привыкли как-то обходиться своими силами. А вот дань они собирают исправно и попробуй только не уплати положенного в срок, мигом нашлют наводнения и ураганы. Не пожалеют ни старых, ни малых, оставят всех без крова и пищи. Такое уже случалось и не раз. С тех пор люди стали бояться и ненавидеть хасуров, но выступать против них уже не решаются. Лучше потуже затянуть пояса в голодный год, чем хоронить погибших и заново отстраивать разрушенные дома.
От тягостных мыслей Аскила вновь вернулась к той единственной, что наполняла счастьем её душу. Сбылась её давняя мечта — хорошего мужа выбрала себе Илати. Радостно было Аскиле за дочь. Даже когда сама выходила замуж за Валха, кажется не чувствовала себя такой счастливой, хоть и любила его сильно.
Аскила позволила себе ещё немного помечтать, а после уж встала — её день начинался задолго до рассвета.
* * *
Лариника проснулась от тихого смеха сестры. Илати кружилась по комнате, чудом не задевая выступающие углы.
Глядя на неё, и Лариника начала улыбаться. Она прислушивалась к настроению сестры, пропускала через себя её радость и чувствовала, как внутри неё начинает распускаться чудесный цветок. Жаль, что такие чистые и светлые эмоции встречались ей не часто. После них Лариника чувствовала себя всемогущей. Казалось, стоит только захотеть, и она с лёгкостью сможет повелевать ветром и облаками, научится понимать язык птиц и зверей, и даже растения непременно откликнутся на её зов.
Однажды Лариника не удержалась и попробовала воздействовать на гадюку, пробравшуюся на их подворье.
«Пошла прочь!» — мысленно приказала Лариника ядовитой гадине и та её послушалась. Не сразу, конечно, сперва попыталась возразить: шипела яростно, только что ядом не плевалась. Но в конце концов подчинилась и повернула обратно в лес.
А Лариника без сил опустилась на землю, ноги её не держали. И всё же она поняла главное — её фантазии реальны, вот только насколько велики её силы, ещё только предстояло выяснить. Главное тут не надорваться. Не помешал бы знающий человек. Да где же такого взять?
Не будучи уверенной в том, как отнесутся к её необычным способностям жители деревни, Лариника, именуемая в прошлой жизни Ларисой, решила хранить всё в тайне. Становиться изгоем в её планы не входило. Да и родителей было жалко, на них ведь это тоже может отразиться не самым лучшим образом. А им и так нелегко приходится.
Пять лет назад, очнувшись в теле младенца, она испытала настоящий шок. После долго болела, то ли от перенесённых телом реципиента испытаний, то ли от нервного потрясения. А быть может, причина была и в том, и в другом одновременно. Но как бы то ни было, она выжила, хоть и не знала радоваться ей или огорчаться по этому поводу, ведь впереди ждала неизвестность.
 
Постепенно Лариса смирилась и с новым телом, и с новым именем, и с этим отсталым миром, и с тем, что пришлось учиться всему заново: сначала ползать, потом ходить, бегать, говорить. К слову, новое имя ей очень понравилось. Оно представлялось ей, как производное от двух имён: Лариса и Вероника. Как будто получила маленький привет из прошлого.
Первый год жизни ожидаемо стал для неё самым сложным в плане недееспособности. Разумом взрослой женщины Лариса понимала, что никуда ей от этого не деться и хочешь, не хочешь, придётся терпеть определённые неудобства, как моральные, так и физические, пока тело не наберёт силу, но кто бы знал, как тяготила её эта беспомощность. Когда не можешь сама о себе позаботиться и вынуждена уповать на чью-то милость.
Но как ни странно, имелись и положительные моменты попадания в тело младенца.
Во-первых, у Ларисы было время выучить чужой язык и немного освоиться в незнакомом месте, не выдавая своего иномирного происхождения.
Во-вторых, ей не было нужды заботиться о пропитании и крыше над головой.
Оказавшись под защитой семьи, маленькая Лариника не голодала, не мёрзла, не подвергалась какому-либо риску, в общем, не испытывала физических трудностей. Даже не смотря на то, что отец её оказался безруким калекой. Да, семья их жила не богато, но и не бедствовала, не в последнюю очередь благодаря Аскиле — её матери. Именно эта сильная женщина не позволила мужу впасть в отчаяние, когда с ним случилось несчастье. И вместо того, чтобы спиться или наложить на себя руки, он взялся за обучение сыновей охотничьему ремеслу и небезуспешно, хоть им было и рановато брать в руки оружие. Да только жизнь не спрашивает, хотим ли мы становиться взрослыми. Так и Усхату с Аттаем рано пришлось повзрослеть. И братьям ещё повезло, что их наставником стал родной отец.
Иногда Лариса думала, что попала не слишком удачно. Окружающая действительность, мягко говоря, не внушала ей оптимизма. В прошлой жизни она была городской жительницей и потому с ужасом представляла себя в роли безграмотной крестьянки, с натруженными руками и измученным частыми родами телом. А именно такое будущее её и ожидало, если только не случится ничего из ряда вон выходящего, но надежды на это мало. И значит, нужно довольствоваться тем, что есть.
Ещё одним плюсом в придачу к странным способностям Лариники стало наличие у неё сестры-близняшки Вилланы. Эта кроха стала смыслом её жизни. Забота о ней помогла не скатиться в пучину отчаяния. Душа взрослой женщины видела в этом ребёнке свою не родившуюся внучку.
Аскила только диву давалась, глядя на то, как Лариника опекает сестру. Поначалу такое поведение крохи казалось всем странным, а после к этому привыкли и уже не обращали внимания на то, что одна малышка настойчиво учит ходить другую, вытирает ей слёзы, успокаивает и всегда встаёт на её защиту.
Со временем Аскила стала замечать и другие странности в поведении Лариники. Её ничему не приходилось учить. Девочка сама находила себе занятие. То примется двор подметать, то за помывку посуды возьмётся. И всегда рядом с ней крутилась Виллана, стараясь во всём подражать сестре.
К пяти годам девочки стали настолько самостоятельными, что с лёгкостью выполняли нехитрую работу по дому, пропалывали грядки и кормили цыплят. Аскила не могла нарадоваться на дочерей. Она давно не вспоминала о том, что светловолосая Лариника им чужая. Да и Валх принял девочку как родную. В деревне же год-другой посудачили о том и тоже забыли. У людей хватало своих забот, чтобы помнить, кто из Валховых девчонок появился на свет из материнского чрева, а кого из них принесла река. Достаточно было того, что и Аскила, и Валх признали Ларинику своей, большего и не надо.