Расколотое правление (ЛП)

— У меня есть резервная копия файла, который был на экране прямо перед тем, как парень, который заплатил мне, чтобы я подобралась к вам, отдал приказ привести в действие взрывчатку.
Моя хватка на пистолете ослабевает. У меня тоже есть резервная копия, но она еще не полная. Если бы был на ее месте, я бы сделал то же самое, забрав копию себе. Она облизывает губы, уловив мою нерешительность, чтобы подтолкнуть меня к тому, что она хочет мне продать.
— Так что я дам вам это, а вы мне поможете.
Я помогу ей. Не мольба или вопрос — требование, уже застывшее в камне. Наглость этой цыпочки, делать такие заявления, пока мы ее сдерживаем.
Ее внимание переключается на парней, маячащих за моим плечом, а затем возвращается ко мне. Я — ее лучшая ставка, путь наименьшего сопротивления.
— Файл в моей сумке, если ваши парни не сломали флешку, когда схватили меня.
— Я слышал, что ты укусил Пенна, прежде чем ударить его электрошокером. Он жаловался на это Леви, пока ее привели через один из старых туннелей в подвальный этаж нашего склада.
Она вздернула подбородок.
— Вот что бывает, когда на меня нападают клоуны.
Сдерживаю натянутую ухмылку, еще не готовый отказаться от своего гнева. Нет никакого блестящего красного бантика, чтобы аккуратно все завязать. Мир намного сложнее, чем это.
 — Не похоже, что ты хочешь играть по-хорошему. Но раз уж ты отдала свой лучший рычаг...
— Черт побери, придурок. — Куинн дергает запястьями против застежек-молний. Бесполезно. — Единственное, что мне нужно, это помощь в защите моего брата! Он не имеет к этому никакого отношения. Меня освободили, и я не хочу, чтобы они искали его. Я больше не работаю на людей, которые сожгли ваш отель, ясно? Мне сказали избавиться от утечки информации. Вот и все. Я не знал, что они собирались...
— Сжечь нас заживо в нем? — Рэн произнес фригидным тоном. — Если ты собираешься играть в темноте с монстрами, по крайней мере, имей мужество сказать это.
Она качает головой, и из нее вырывается небольшой, измученный вздох.
 — Я не знала о плане Мортимера с огнем. Все произошло так быстро. Я собиралась обратиться к вам за помощью, как только поняла, что дела обстоят совсем уж хреново. — Ее горло сжимается, и слова выходят хриплыми. — Если бы ты был жив. Но какой-то парень по имени Снайдер послал любимую собаку Мортимера за мной той ночью.
Мои плечи напрягаются. Один из парней бормочет позади меня, так же напряженный этим именем, как и я.
Снайдер? Черт, мы уже давно не слышали его имени. С ночи нашей первой работы пять лет назад. Сгоревшие руины башни, на которые мы наткнулись, когда несколько недель назад уничтожили торговую сеть в Королевском замке, снова всплывают в памяти, а вид мертвой девушки, которую мы завалили, навсегда запечатлелся в моем мозгу.
Мысль о том, что он придет за Куинн, леденит мои вены. Отказ пронзает меня насквозь, врожденный защитный инстинкт оживает, пересиливая гнев, прежде чем я беру его под контроль. Ни за что. Ни за что на свете я не позволю этому больному ублюдку приблизиться к ней. Лжец она или нет, я не позволю ему дотронуться до нее.
Выждав еще один такт, чтобы заставить ее попотеть, я отпускаю ее и убираю пистолет, вытирая рот. — Это будет стоить тебе гораздо дороже, чем отдать нам файл.
Она внимательно смотрит на меня.
— Мои навыки — ваши. Позвольте мне оказать услугу. Что угодно.
Я играю с кольцом на языке, поглядывая на парней.
 — Не думаю, что ты можешь позволить себе нашу цену. — Засунув руки в карманы, я прохожу в пространство между ее раздвинутыми коленями и смотрю на нее сверху вниз. Мой голос понижается, срываясь с моих губ в грубый и жесткий шепот, предназначенный только для ее ушей. — Моя цена.
Ее взгляд переходит на мой рот, губы приоткрываются. Через долю секунды она смыкает их, скрывая реакцию. Я хочу видеть эти пышные губы, растянутые вокруг моего члена. Часть меня готова вынуть член прямо сейчас и заставить ее искупить свою ложь ртом, пока мои братья смотрят. В паху разливается тепло, член начинает твердеть при мысленном образе того, как я заставлю ее брать каждый дюйм, пока она не будет уверена, дам я ей дышать или нет.
 
Ясно одно. Я еще не готов отказаться от нее. Даже близко нет.
Куинн остается в пределах досягаемости, чтобы я мог выжать из нее все ответы и использовать, чтобы победить гребаных ублюдков, от которых она убежала и которые хотят всех нас убить.
— Ты будешь работать на меня. — Я поворачиваюсь к ней спиной, чтобы прогнать дымку похоти из головы, и встречаю безжалостный взгляд брата. Каждый из них едва заметно кивает мне, давая понять, что последует любому моему выбору. — Убеди меня, что теперь ты верна Воронам, и я подумаю о том, чтобы помочь защитить тебя и твоего брата.
Чертово дежавю. Лучше бы это был не очередной трюк.
Снова повернувшись к ней лицом, я скрестил руки.
— Но знай. Назад дороги нет. Никакого отступления. Ты с нами в качестве моего актива, ты меня понимаешь? — Жду ее жесткого кивка. — Я хочу полный доступ. Досье говорит нам только о многом. Ты начнешь с того, что расскажешь нам все, что знаешь о Королях.
— О ком? — Ее брови нахмурились в искреннем замешательстве.
— Мило. — Говорит Джуд. — Они дали тебе этот сценарий?
— Нет. Больше рассказывать особо нечего. Все началось с того, что Фитц Мортимер приехал в кампус Каслбрука и сделал мне предложение, от которого я не смогла отказаться.
— Думаешь, мы поверим, что ты понятия не имела, кто тебе платит? — тон Леви дикий. — Что он не был связан, когда ты помогала нам разобраться с угрозой похищения?
— Что еще нужно было знать, кроме того, что он богатый, самовлюбленный засранец? Это была работа. — Выдавила она. — Мне не платили за то, чтобы я задавала вопросы. И нет, он никогда не упоминал ничего об этом жутком фургоне для доставки.
Часть бесконечной кислоты, будоражащей внутренности, оседает. Мои инстинкты не были полностью обмануты ее ложью — похоже, она не понимает, что работала на тайное общество. С другой стороны, это может быть и притворством. Однажды она уже обманула меня. Я больше никогда не совершу ошибку, поверив ей на слово.
Сузив глаза, я наклоняюсь, снова вторгаясь в ее пространство.
 — Тот секрет, что ты заплатила мне, тоже был чушью? — Я провожу носом по ее щеке, ядовито шипя ей на ухо. — Неужели все в тебе — гребаная ложь? Твоя бабушка учила тебя играть в покер?
Придушенный звук застревает в ее горле, но это не приносит мне никакого удовлетворения. Она отстраняется, и мои губы подрагивают. Нет, детка. Вот как мы играем в эту игру.
Подав сигнал парням, я заставляю их очистить комнату, не дав ей ни на дюйм избавиться от моей ярости. Она — моя проблема, с которой нужно разобраться. Так или иначе, я получу от нее все ответы, которые нам нужны.
— Ты уже собираешься развязать меня? — Она поднимает брови, шевеля пальцами. — Я не люблю рабство.
Мило. Когда мы остаемся вдвоем, я хватаю ее за челюсть и поднимаю ее лицо вверх, чтобы заставить встретиться со мной взглядом. На мгновение ее глаза вспыхивают жаром, а губы раздвигаются в задыхании.
— Ответь мне. — Жестко произношу я.
Ее брови распрямляются, и она ворчит, пытаясь освободиться. Я впиваюсь пальцами в ее кожу. Все это отношение в такой маленькой крошке. Черт, она возбуждает меня, когда борется.
— Заставь меня. — Возражает она.
Опасная ухмылка искажает мои губы.
— Вызов принят, маленькая королева. — Моя хватка на ее челюсти и горле сжимается, давая понять, что я контролирую доску. Это мой ход. Время проверить, насколько она готова играть. — Тебе нравится возиться с играми, так что сейчас ты покажешь мне, что сделаешь все, что я скажу.
— Что угодно? — Вопрос прозвучал хрипло после некоторой паузы.
Ее горло сжимается от глотка, двигаясь навстречу моей руке. Я массирую колонну ее шеи.
В ее пленительных карих глазах вспышка непокорности и намек на что-то, что побуждает меня к действию — безошибочный намек на желание. Тот самый намек, который я улавливал во всех тех случаях, когда нажимал на ее кнопки, бросая грязные реплики и давая понять о своем интересе. Ей нравится этот маленький танец напряжения между нами так же, как и мне. Если бы это было не так, она бы не стала терпеть мое дерьмо.