Никогда тебя не забуду (СИ)

Мама же отошла от дел еще лет пять назад, сказав, что устала.
Я через силу заставляла себя работать с клиентами, старалась как можно больше проводить времени в кабинете и копаться в никому не нужных бумажках. Наступила эра, когда совсем необязательно сидеть в офисах и жить в подобных муравейниках — кабинетах. Все можно делать на расстоянии. Но мы же независимые женщины и все дела…
А если быть точнее, я выставляю себя независимой девушкой, и это так и есть.
Я привыкла рассчитывать только на себя еще с лет шестнадцати. Самодостаточная, независимая, живу на широкую ногу. Почти. Моей зарплаты хватает на обычную жизнь, без былой роскоши.
Да, Ринат дал мне карту, на которой есть много денег, с которыми мое эго не спешит знакомиться. Казалось бы, какие проблемы?
Сама не знаю…
Восхищаюсь своей матерью. Ей легко удалось перейти из разряда сильной независимой женщины в слабую и не желающую ни за что отвечать. Вот и я хочу так, но делать этого не буду.
— Анфиска, чего задумалась? — бубнит под ухом друг детства Витька и по совместительству наш IT-менеджер Виктор.
— Что? — не сразу вникаю в суть вопроса. Верчу в пальцах ручку, которая так и норовит оказаться в моем рту и быть погрызенной.
— Чего загруженная такая? — не унимается Витька, искоса поглядывая на меня.
До начала совещания есть еще минутка, а потом придет злой Петрович и сделает всем выговор. Он любит это дело. Отца на него не хватает. Хотя о чем я говорю. У него сейчас хватает других забот.
— С мамой поругались из-за свадебного платья, представляешь? — Кидаю короткий взгляд на Витьку и продолжаю. — Ей понравился чисто-белый цвет платья, а мне айвори. В итоге я без платья! — фыркаю.
— Рада, что замуж за такого мужчину выходишь? — Подмигивает, расплываясь в улыбке. Конечно, он, как и все на работе, думает, что я выхожу замуж по большой любви.
— Да, мне повезло с будущим мужем, — мечтательно выдыхаю. Актриса из меня хорошая получилась бы.
— Здорово. Надеюсь, когда-то и я встречу свою судьбу. Кстати, ты почему совсем забросила свою модельную карьеру?
— Отец сказал, что если не уйду с этого гадюшника, он лишит меня наследства. — Пожимаю плечами. — Поэтому...
— Жалко, такая популярность была бы. Ты же красивая, — заканчивает говорить Витька, и в переговорную входит наш начальник.
* * *
Прихожу домой в разбитом состоянии. Сил совсем нет, усталость накрыла с головой. Сегодня я пробыла на работе вместо положенных восьми часов целых двенадцать.
— Дорогая, как долго ты сегодня. Хозяин и то раньше вернулся, — радостно встречает меня Капитолина Иосифовна.
— Много работы, — слегка улыбаюсь.
— Проходи, как раз ужин готов, — заботливо произносит женщина, забирая мой плащ.
— Спасибо, — благодарно киваю ей и прохожу в другую комнату.
В столовой уже сидит Ринат, внимательно что-то рассматривая в своем телефоне.
— Привет. — Сажусь напротив мужчины и приступаю к поеданию аппетитного ужина. Капитолина отлично готовит.
С Янгуловым мы нормально не разговаривали с момента инцидента в клубе. Его часто нет дома, а когда есть, на работе пропадаю я.
Наступила неловкая пауза. Меня игнорируют. Неприятно.
Подпираю рукой подбородок и задумчиво ковыряю вилкой по тарелке. Кусок в горло не лезет. Чувствовать себя пустым местом в чужом доме — совсем не предел моих мечтаний.
Изредка исподлобья смотрю на мужчину, прожигаю взглядом дыру на его идеальном лице.
Сжимаю вилку сильнее. Хочу прямо сейчас воткнуть ее в руку Рината, чтобы наконец-то оторвался от своего телефона и посмотрел на меня.
Понимаю, что ждать чуда не стоит. Говорить со мной никто не собирается.
А почему? Для меня остается загадкой.
«Да больно надо», — мысленно произношу и отпиваю глоток свежевыжатого сока, прочищая горло. Протираю губы салфеткой и встаю из-за стола.
— Ты хотела о чем-то поговорить? — равнодушно произносит Ринат.
— Не подавись, — шепчу себе под нос и спешу уйти.
— Что ты сказала? — скептически поднимает бровь, элегантно вытирая свои пухлые губы салфеткой.
 
— Приятного аппетита! — Выплевываю обиженно слова и продолжаю свой путь.
— Анфиса, вернись за стол! — прогремел раздраженный голос Рината. — Нам поговорить нужно, — уже деловито произносит.
Нехотя возвращаюсь и сажусь на свое место, показывая всем видом, что я вся внимание.
— Молодец. Итак, завтра я уезжаю и до нашей свадьбы меня не будет. — Внимательно слушаю, а внутри расцветаю алой розой. Это безумно хорошая новость. Наконец-то я смогу выдохнуть. Ведь наша напряженная атмосфера иногда сводит с ума.
— К тебе будет приставлена охрана, которая будет с тобой везде. — Смотрю на него ошеломленным взглядом. Он что, издевается? Рано радовалась, называется.
Мужчина не обращает внимания на мои эмоции и продолжает говорить:
— И да, работа — дом и больше никуда. Узнаю… — переходит на угрожающий тон. — Прибью!
— Я пленница твоя? — задаю резонный вопрос. Такая опека мне не нужна! — Нет? Так вот, буду делать то, что захочу! — Восклицаю. Хочется еще кулаком по столу ударить, чтобы понятно было.
— Ты не пленница, но и слова своего не имеешь. Делаешь то, что я тебе говорю! Не зли меня! — Сверкает темными глазами, прожигая на моем лице дыру. Такую большую и страшную. Но я не из робких, выдерживаю его взгляд. Ни одна мышца на моем лице не дрогнула.
— Ты пока мне никто! — Звучит ядовито прекрасно. Горжусь сама собой.
Он сдерживается из последних сил, как натянутая тетива лука. Кажется, он действительно сейчас меня прибьет. И тут мне становится не по себе.
— Я… — начинает Ринат, но я его перебиваю.
— И не надо на меня так грозно смотреть, а то угрожает мне тут… — Мой голос звучит спокойно, не дрогнул.
— Ты мне надоела! — свирепо произносит и за секунду обогнув стол, оказывается возле меня.
Разворачивает меня вместе со стулом к себе лицом, опирается руками по бокам от меня и нависает, словно темная грозовая туча над городом. Дышу быстро и рвано. Напугал он меня до чертиков. Псих ненормальный!
— Если ты еще раз позволишь себе так разговаривать со мной... — рычит прямо в губы. Его мятное дыхание приятно ласкает кожу. — Я займусь твоим перевоспитанием, прибегая к жестким мерам. — Ладонью обхватывает затылок и тянет мое лицо к себе так близко, что наши носы соприкасаются. Часто моргаю и молчу. — Поняла?— Сильнее надавливает на кожу головы. Мне становится больно.
Сердце держится из последних сил, но вскоре заполняется гремучей смесью жгучего ненавидящего перца и горючих слез, которые вот-вот польются из моих глаз.
Не отвечаю, качаю головой, как болванчик, лишь бы отошел от меня. Его близость вызывает во мне непонятную гамму эмоций, от положительных до отрицательных, а между ними еще и вклинивается симпатия, как к красивому сексуальному мужчине. Глупость, конечно. Он старше меня на шестнадцать лет, не может быть такого. Просто мозг немного расслабился и напридумывает себе что-то.
Резко отстраняется от меня и уходит, а я наконец-то выдыхаю полной грудью. Монстр какой-то.
А то захотел паиньку себе, перебьешься, — бурчу сама себе под нос, еще пребывая в шоке от случившегося. Хорошо все-таки что он завтра уезжает, мне же спокойнее.
Но язык стоит попридержать за зубами, когда есть необходимость, а то действительно нарвусь на неприятности.
* * *
Всю ночь ворочаюсь с боку на бок, иногда нервно покусываю губы, смотря в потолок. Пыталась заснуть с помощью утомительной книги — не получилось. В час ночи не выдержала и, взяв с кухни остатки ужина, схомячила почти все, но сон так и не приходил.
В одной легкой сорочке стояла у окна, за которым была глубокая темная ночь. Так, возможно, и до утра простояла, если бы не увидела свою фобию.
Отдаленная гроза и страшная молния предвещали сильную бурю, которая настала в два часа ночи при сильном дожде.