Никогда тебя не забуду (СИ)

Не представляю, как я отнеслась бы к известию о разводе родителей. Наверное, это стало бы настоящим концом света для меня. Несмотря на все их разногласия, трудно представить крушение самого надежного брака из всех, что я знаю. Хотя как-то мама упомянула между разговорами, что мой дедушка женил их тоже без права выбора. Насколько это была правдивая информация, мне неизвестно.
Дедушка был очень строгим, но справедливым человеком. Бывший военный. Маму с отцом держал в ежовых рукавицах, а меня безумно любил и баловал. Сейчас его нет в нашем городе. Он нашел себе прекрасную женщину и уехал с ней в небольшую деревеньку Сибири.
Бабушка умерла десять лет назад. Он долго переживал утрату, а пару лет назад встретил Антонину и влюбился. Они счастливо проживают свою старость и раз в год приезжают к нам в гости.
— Все нормально. Он давно изжил свое. А дочь, да, очень переживала и до сих пор переживает. Но она у меня взрослая девочка, справится, — слегка улыбнувшись уголком губ, произносит мужчина. Ты почему не ешь? — строго спрашивает он.
— Я очень увлеклась вашим рассказом и решила, что сегодня же отправлюсь к родителям и… Мужу. Они, наверное, уже во все розыски подали. — Горько усмехаюсь, вспоминая, как за мной никто не пошел. А может, все же пошел, просто я не заметила или меня не смогли найти?
— Правильно, — по-доброму произносит мужчина. — Мой водитель тебя увезет, а то на улице уже темно.
Искренне улыбаюсь, опустив взгляд. За непринужденной беседой мы поужинали. Все было невероятно вкусно. Повара постарались. Мужчина немного рассказал о своей дочери и бизнесе. Я слушала внимательно, хотя все мысли были где-то там, рядом с родителями и Ринатом. Жду не дождусь, когда наконец-то вернусь домой. Пускай немного поворчат, поругают, но… Я и так признаю свой взбалмошный поступок и готова исправиться.
Ринат все же хороший кандидат в мужья. Красивый. Обеспеченный. Не бьет, а это немаловажный факт. Да, умеет давить морально, но ничего, я тоже не из робких. А его похождения… Найду рычаг давления в лице отца. Пусть вразумит его, а иначе меня больше не увидят.
Никогда не буду жить под одной крышей с изменником. Мне уже одного хватило, больше не нужно. Довольно.
Для себя уже все решила, хотя внутри клокочет от чувства обиды на ситуацию. Никак не могу с этим смириться.
Даже угрызения совести не могли перекрыть моей досады. Собственные мысли очень удручали. Нужно срочно прощаться и уезжать домой. Не знаю, как я буду объяснять свои действия, но тянуть больше не стоит.
— Спасибо вам большое за гостеприимство и советы, — произношу от всего сердца, уже находясь возле двери. — Обязательно приезжайте к нам в гости, я буду рада вас видеть. — Обнимаю мужчину в знак благодарности. Он очень добрый и хороший человек. Если бы не его советы и помощь, не знаю, что бы сейчас делала. Наверное, сидела бы в лесу и рыдала.
— Обязательно. И тебе спасибо, что помогла скоротать одинокому старику вечер, — произносит с ухмылкой.
— Да какой вы старик, еще фору молодым дадите. — Отшучиваюсь и ступаю к машине. — Всего доброго!
— До встречи, Анфиса. — Провожает он взглядом и машет рукой.
* * *
— Антон Геннадьевич, а почему вы ее отпустили? — спрашивает заинтересованно начальник охраны, смотря вслед удаляющемуся автомобилю. 
Поджарый мужчина средних лет в дорогом черном костюме достал из кармана мобильный телефон и что-то в нем увлеченно печатал, пока ожидал ответа своего босса. 
— Пусть уезжает. Еще не время, — с явной уверенностью в голосе проговаривает Антон Геннадьевич. Он скрестил руки за спиной и высоко поднял подбородок. Мужчина смотрел прямо перед собой, не переводя взгляда ни на озадаченного начальника охраны, ни на машину, которая выезжает за пределы особняка. 
— Она должна расслабиться и влиться в свою обычную жизнь. — На лице пожилого мужчины появился звериный оскал. — А Руслан с Ринатом пусть хвосты подожмут. Игра только начинается… 
— Не знаю, что вы задумали, — морщится недовольно брюнет. — Но любое ваше решение — верное. 
 
— Несомненно, — мрачно произносит Антон Геннадьевич. — Девочка превзошла все мои ожидания. Она будет отличным товаром. Я доволен, — не скрывая злорадства, отчеканил он. 
— Полностью согласен. Умная и красивая. То, что нужно, — довольно хмыкнув, заметил начальник охраны. 
* * *
Сердце громко бухало, выскакивало из груди, и, казалось, именно сейчас пробьет дыру в грудной клетке. Я уверенными шагами иду в родительский дом. Водитель Антона Геннадьевича высадил меня в трехстах метрах от территории. На всякий случай, чистая предосторожность от лишних вопросов.
Обнимаю себя руками и несмело прохожу внутрь дома.
Страшно…
Настолько виноватой за всю свою короткую жизнь я себя еще не чувствовала. Сейчас, словно нашкодивший котенок, вся трясусь.
На пути мне пока никто не встречается.
Облегченно выдыхаю и плюхаюсь устало на диван в гостиной. Уже ни о чем не думая, я не слышала никаких звуков. Меня окружает только одно — ничем не нарушаемая тишина в доме.
Она расслабляет. Окутывает в свои цепкие объятия и заставляет выкинуть все тревожные мысли из головы. Сейчас хорошо. Не хочу думать, куда все подевались. Это не важно. Хочу побыть одна. Устала.
Я хожу по тонкому льду. Хочется все забыть и просто отпустить ситуацию. Каждый раз думаю об этом и соглашаюсь, а потом…
Снова паника и спутанные мысли.
Хлопаю пару раз в ладоши, и свет в комнате гаснет.
Положив руку под голову, удобно устраиваюсь на мягком ложе и пытаюсь погрузиться в миры грез, но мне этого не дают. Гулкие шаги и взволнованные мужские голоса раздаются со стороны лестницы.
Распахиваю глаза и настороженно прислушиваюсь. Может, мне показалось?
Нет. Не показалось.
Хлопок и по глазам бьет очень яркий свет.
— Явилась, значит! — Звучит издевательский тон где-то в стороне. Раздраженно жмурюсь от неожиданной перемены освещения и приподнимаюсь, чтобы сесть.
Перед глазами плывет. Всего несколько мгновений, а после я отчетливо вижу одну фигуру, грозно нависшую надо мной, как самая настоящие скала. Взгляд мечется от отца к полу и обратно.
— Можно так не смотреть на меня? — заявляю я, отодвигаясь в другой угол дивана.
Стискиваю зубы. Вот смелая идиотка! Нужно сидеть и беспомощно хлопать ресницами, изображая дуру, а не рот открывать. Слова обратно не вернешь. Тушуюсь и не поднимаю глаз.
— Ну и как ты мне все объяснишь? — строго спрашивает отец. Его ощутимое раздражение заполняет комнату, а может, и весь наш дом.
— Нечего объяснять. Я испугалась, поэтому сбежала. — Кратко поясняю отцу, не поднимая на него взгляда.
На подсознательном уровне я знаю, что его обмануть нельзя. Он словно детектор лжи. Всегда мог на этой самой лжи меня подловить.
Воцарилась тишина. Только звук тикающих настенных часов ее нарушает. Странно. Когда я пришла, не обратила на них никакого внимания.
Нервно перебираю дрожащими пальцами подол платья. Секунды молчания забили по вискам болезненным импульсом.
Краем глаза замечаю, как отец дернул головой и сделал резкий вдох, возвращая себе самообладание.
— Ты хоть осознаешь, что натворила? — шипит сквозь плотно стиснутые зубы. — Ты подставила всю нашу семью. Опозорила своим поведением. Как ты могла? Разве мы тебя такой воспитали? — Он плещет ядом не останавливаясь.
— Тебе нужно было просто выйти замуж за человека, которого я выбрал. Это было так сложно? — Родитель сейчас очень зол, но старается сохранять самообладание. Хотя раньше ему это не было нужно. Что изменилось сейчас? Сидит и испытывает меня грозным взглядом, от которого хочется сжаться в маленький комок и исчезнуть куда-нибудь.
— Да пресса меня чуть не растоптала! — уже не сдерживается он и громко кричит. — А у нас скоро снова эти гребаные выборы! Вот так ты любишь свою семью, да? Мерзавка! — Громкий удар кулака о деревянную поверхность стола оглушает.