Остров сокровищ (СИ)
Какое-то время Снейп, молча, буравил глупую девчонку своим фирменным «профессорским» взглядом. Гермиона, успешно прочитав себе долгую беззвучную мораль, однако тоже решила не опускать глаз, продолжая внутренне подрагивать от напряжения и смущения. А бывший шпион явно растерял хватку за последние годы бездействия — без особых усилий девушка рассмотрела, как в глубинах этого странного человека сейчас сражаются сразу несколько ипостасей. Но вот очередной приступ надрывного кашля заставил мужчину болезненно поморщиться, траншея меж бровей стала более заметной, а губы скривила некрасивая надменная улыбка, весь смысл которой, впрочем, портила отросшая скомканная борода.
— Боитесь в одиночку не дожить до счастливого воссоединения с младшим отпрыском Уизли? — ехидно протянул зельевар, знакомо выгибая темную бровь.
Гермиона тихо выдохнула — обидно, но в этот раз верх во внутренней борьбе одержал явно не самый приятный из Северусов. Обидно, но уже не так страшно. И грубить в ответ девушка, тем не менее, не спешила. Оказывается, изучение его лица оказалось крайне занимательным делом. Подмечать совсем крошечные мелочи: вот сейчас, например, зубы снова плотно сжаты, тот самый нерв, что заставляет вздрагивать левое веко, выдает напряжение, руки снова в защитном замке на груди — Гроза собственной персоной. Вот только в сузившихся глазах ни капли злобы, в них напряженная настороженность. Никому не верит… ждет подвоха… Девушка даже сморгнула, припомнив сейчас, как часто они в школе шарахались в разные стороны от «злобного профессора зелий», стоило тому вот так глянуть на кого бы то ни было своими бездонными холодными угольками. Но вот он… тот же человек, и вроде та же поза, и тот же взгляд. Но все не так…
— Нет, — просто сказала она, ни на секунду не теряя зрительного контакта.
Он молчал, не сводя с нее цепкого взгляда. Тоже изучает…
«Ну же, Северус!», в который раз мысленно позвала его Гермиона, размышляя, как бы успокоить этого нервного интроверта.
— Жаботикаба, — буркнул вдруг этот поганец и отвернулся.
Подобного поворота девушка никак не ожидала!
«Жаба?! Я?! Ах, ты ж гад! Или что это вообще такое? Матершина на каком-то мертвом языке? Интересно, куда ж ты меня послал, зараза?»
Мужчина тем временем сорвал со ствола еще одну ягоду и обернулся, судя по всему, собираясь продолжить речь, но осекся, заметив на лице собеседницы столь явное негодование.
«Он еще и удивлен?! Чурбан!»
Снейп, кажется, даже смутился и выглядел немного виноватым.
— Жаботикаба — это название данного дерева, — пояснил он, очень стараясь держать себя в руках и не злиться. — Еще его называют Бразильским виноградом.
— Мы что в Бразилии? — невпопад вдруг ляпнула Гермиона, быстро позабыв о давешних обидах.
— То есть, исходя из вашей логики, мисс, — язвительно процедил мужчина в ответ, — если человек пьет, к примеру, индийский чай, то он, без сомнения, сидит на макушке Тадж-Махала?
Досада стремительно вернулась, но Гермиона прикусила язык, сдерживая ответную колкость, и, шумно выдохнув, подошла ближе к странному дереву.
— У входа, — буркнула она.
— Что? — не понял тот.
— Говорю, зачем же сразу на «макушке?» Можно и на ступенечках у входа расположиться, — буркнула она, вдруг осознав, что ситуация начинает даже забавлять.
Мужчина брезгливо скривился, всем видом выражая своё отношение к таким немыслимо глупым шуткам. Недолго думая, Гермиона вернула ему совершенно идентичную гримасу.
— Короче, есть его можно. Так? — решила всё же сдаться она.
— Вполне, — кивнул Снейп, — но, надо сказать, что из этих вот ягодок делают очень знатное вино, а у нас тут явно переспевшие экземпляры. Так что, думаю, сегодняшний вечер обещает быть достаточно красочным.
С этими словами, профессор сорвал сразу несколько сочных ягод и с кривой ухмылкой отправил их в рот.
— А если живот схватит? — неодобрительно покосилась на него бывшая ученица.
Широко разведя руки в стороны, мужчина многозначительно окинул взором раскинувшиеся кругом заросли. Гермиона поджала губы и покачала головой, но голодный желудок очень громко снова напомнил о себе.
Снейп тихо засмеялся и протянул хмурящейся девушке горсть вполне аппетитного лакомства.
— Мисс Грейнджер, — заговорил он примирительным тоном, — другого варианта все равно нет. А плоды жаботикабы вполне вкусны и питательны. Плюс, в нашем случае, бонусом пойдет хорошее настроение.
— Лишь бы потом оно не испортилось, — принимая угощение, вздохнула девушка.
Мужчина, как-то по-мальчишески бесшабашно пожал плечами и принялся выбирать со ствола ягодки покрупнее и преспокойно их уплетать.
«Вот ведь! А некоторые до сих пор продолжают судачить о женском переменчивом настроении! Ха! Это они еще не встречались с этим вот представителем сильного пола. Да за его психологическими трансформациями не поспеет даже самый искусный метаморф!»
Однако же других вариантов набить едой давно опустевший желудок в обозримом пространстве действительно не наблюдалось. Так что, недолго повертев в руках горсть сочных красавиц, Гермиона таки последовала примеру учителя. Как ни крути, а этот вредина в травках и ягодках разбирается покруче кого бы то ни было.
Сочные плоды пресловутого бразильского винограда и впрямь оказались довольно вкусными, а главное весь массивный ствол дерева был улеплен ими едва ли не сплошняком. Ешь, как говорится, не хочу. Болтать больше не хотелось, и Гермиона жевала, молча, продолжая размышлять об особенностях человеческой психики. Очень скоро она скатилась к разбору собственных «мозговых тараканов». И, стоило признать, в голове всезнайки эти насекомые водились довольно крупных размеров! Пару раз она едва не расхохоталась в голос, припомнив, как доводила Рона до белого каления своими эмоциональными качелями во время критических дней. Это было нечто! У парня разве что пар из ушей не шел, точно как от бодроперцового. Хотя стоило отдать должное младшему сыну Уизли, сдерживать характер в отношении любимой девушки он таки научился.
«Ох, Рон… Рон. Как же я хочу домой!»
Гермиона в очередной раз тяжко вздохнула, и вдруг замерла, будто громом пораженная. В мозгу полетели цифры, даты, обрывки воспоминаний. Молодая женщина судорожно силилась сообразить, сколько они успели проторчать на этом треклятом острове?! Две недели? Три? Больше? И где, собственно, те самые критические дни, о которых она вдруг так мимоходом вспомнила?! Как может женщина вообще забыть о таком? Хотя проблем, требующих внимания и отвлекающих от всего прочего, в последнее время хватало — например, просто выжить — но все же подумать, как справляться с этой проблемой, когда она все-таки ее настигнет, любой нормальной женщине полагалось априори. Что, драклы всех раздери, ей делать, когда эти гадские дни придут, а у нее даже элементарно белья нет, не то что каких-либо гигиенических средств?! Зато есть полупрозрачная пижамка и самый язвительный мужик во Вселенной… Сердце бешено запрыгало в груди, а потом, кажется, медленно поползло к пяткам. Слезы незамедлительно подкатили к глазам.
«Хочу домой!» — соленые ручейки потекли по раскрасневшимся щекам.
Искоса глянув на Снейпа, с академическим интересом и суровой «профессорской» миной ковыряющего наросты на коре дерева, видимо заинтересовавшие его как ученого-зельевара, девушка тихо шмыгнула носом и утерла слезы. Если эта заноза их увидит, то будет долбить в больное место до скончания дней, своих или ее.
Есть расхотелось. А ягодки, уже отправленные в животик ранее, дружно поползли обратно.
«Мерлин, пожалуйста, я же не беременна?»
От этой мысли ноги ослабели, а в голове неприятно зашумело. Думать становилось все сложнее.
«Рон точно обрадуется, такой новости. Если спасет меня в конце концов! Гадство! А я обрадуюсь? Что-то не чувствую всепоглощающего восторга…»
Злость забурлила внутри, желая незамедлительно вырваться наружу. А рядом стоял тот единственный, на кого можно было излить весь этот негатив. И сделать это очень хотелось...