Остров сокровищ (СИ)
— Блядь, Грейнджер! — сквозь кашель прорычал, наконец, мужчина, уткнувшись носом в сгиб локтя. — Вы точно хуже кого бы то ни было! Спасать ненавистного учителя, чтоб потом калечить таким нелепым образом? Вы знаете толк в изощренной мести!
— Я не удержалась, — пискнула Гермиона, чувствуя себя форменной идиоткой.
— Кто бы мог подумать? — театрально удивившись, зло прошипел в ответ он, и продолжил свою гневную тираду, — Интересно, как собираешься лезть обратно?
Гермиона могла только закусить губу, сдерживая горечь, подступившую к горлу. Ведь он был прав...
— Я вас в школе не ненавидела, — зачем-то уточнила она, совсем неживописно шмыгнув носом.
— Это чудесное чувство пришло к вам значительно позже? — скривился в издевательском оскале Снейп.
Девушка сглотнула, чувствуя, как к глазам подбираются соленые слезы. Не дождавшись достойного ответа, мужчина зло сплюнул себе под ноги, резко развернулся на пятках и стремительно зашагал к океану, потирая рукой ушибленное плечо.
Однако же, что сделано, то сделано! Она уже здесь! Сидит на этом треклятом песке, о котором так мечтала последние несколько дней, и глупо было теперь сидеть и лить слезы! Гермиона поспешно вскочила на ноги, мимоходом сморгнув влагу с глаз, и чуть ни бегом помчалась за отдаляющимся Снейпом.
Пляж был просто великолепным! С двух сторон его обнимали, будто оберегая от опасностей, омываемые водой отвесные, поросшие мхами и кудрявыми папоротниками, скалы. Густые заросли растений и пальм местами подобрались почти к самой воде. Белый теплый песочек нежно пригревал ступни. Прохладный ветерок ласкал кожу легким, будто перышко, дуновением. Бескрайний океан лениво выталкивал на берег небольшие прозрачные волны, а где-то высоко в чистом синем небе, широко раскинув крылья, парили чайки.
Девушка остановилась, прикрыв глаза и подставив лицо солнцу и ветру. Запах пляжа, песка и воды буквально пьянил.
Глубоко втянув носом потрясающий воздух, она осмотрелась в поисках своего неоднозначного спутника. Снейп уже достиг океана, и стоял у самой кромки воды, привычно скрестив на груди руки и внимательно вглядываясь в окрестности.
«Ох, и дура же ты Грейнджер…», — вздохнула девушка, поймав себя на том, что снова оценивающе изучает профессорский силует.
И самое печальное, что с некоторых пор бывший учитель казался ей вполне гармоничным, пусть и излишне худым, но неожиданно широкоплечим, с узкими бедрами и довольно ровными длинными ногами, а уж его руки…
И даже шрамы, страшным узором увившие его тело, перестали казаться ей такими уж отталкивающими. Они давно стали частью него. Эти шрамы — это и есть он. Девушка машинально потерла руку с уродливыми порезами, что остались у нее после встречи с сумасшедшей Бэллой в Малфой мэноре. По коже привычно пробежал неприятный озноб, память услужливо выкинула на поверхность болезненные воспоминания собственных пыток, лужу крови, в которой она барахталась, сорванное от криков горло… И всю эту боль вечно хранят в себе несколько жестких полосок на ее коже. Что может прятаться за страшным орнаментом на его теле? И что эти «узоры» могли сделать с его душой?
«Совсем, однако, дело худо», — сокрушенно качая головой, девушка добрела к застывшей у воды мужской фигуре, и стала рядом, позволяя прохладным волнам ласкать измученные ножки.
— Простите, сэр, — тихо вздохнула она, — я иногда бываю такой дурой.
Мужчина ехидно хмыкнул и обернулся.
— Я бы не сказал, что вы «дура», мисс. Но однозначно с придурью.
— Кости целы? — пропустив последнюю колкость мимо ушей, уточнила девушка, смущенно кивнув в сторону его пострадавшего плеча.
— Мало бананов ели, чтоб вот так запросто сломать меня, — наигранно деловито фыркнул тот, и продолжил осматривать горные вершины.
Гермиона только улыбнулась, искоса поглядывая на ерепенящегося рядом врунишку. Почему они все раньше никогда не замечали эти его интонации, то как у него порой подергивается нерв под левым глазом или как он скрещивает руки в замок на груди — защитный жест, между прочим? Великий шпион… ну да, ну да…
— Не вполне понимаю… — голос профессора вывел девушку из очередного ступора.
— Что? — уточнила она, тоже пробежав взглядом по окружившим их горным хребтам.
— Где кратер? — произнесли они вдруг в один голос.
Раскрыв рот, девушка рассматривала отвесные скалы, рясно поросшие буйной растительностью. Плоские вершины и никаких вулканов…
====== Глава 15 ======
— Странно… Если это не вулкан, то почему же гора теплая? — Гермиона устремила вопросительный взгляд на Снейпа.
Глупо, но девушка неожиданно поймала себя на двух обычных, но удивительных вещах: первая, она прекрасно понимала — профессор тоже не имеет понятия, что происходит; и вторая, она сама смотрит на этого человека с детской надеждой в глазах, подсознательно веря, что он то уж точно все знает и обязательно найдет выход.
Однако Снейп адресованных ему щедрых авансов не заметил, продолжая сканировать внимательным взглядом окрестности. Приложив некоторые усилия, Гермиона прикрыла глаза и отвернулась в попытке избавиться от накатившего вдруг наваждения. Похоже, стоило перестать врать самой себе, и как раз в пору было начинать волноваться. И причина этому волнению оказалась совершенно дикой, нереальной, не укладывающейся в голове! Но с некоторых пор она смотрела на своего школьного учителя, самого вредного человека из всех ей знакомых, осужденного Пожирателя и еще много всего прочего совсем неправильным взглядом! Очень неправильным! Ведь все знают — он старая летучая мышь с огромным носом и вечно недовольной миной! Все привыкли к этому. И она сама это знает и понимает. Но тогда почему этот странный, замкнутый, язвительный человек вдруг кажется ей таким… «интересным» и «живым»? Безусловно ужасно раздражающим, но при этом настолько же притягательным, а еще сильным и умным. Голова шла кругом от одной только попытки понять собственные противоречивые чувства к своему многоликому бывшему профессору. Порой его хотелось придушить, порой обнять, а иногда с размаху чем-нибудь стукнуть. Однако же, всё чаще Гермиона успевала одернуть себя только в последний момент, едва не поддавшись жгучему желанию прикоснуться к его усталому лицу, проследить кончиками пальцев упрямые морщинки…
«Я тащусь от Снейпа…
Трижды рваные Мерлиновы кальсоны. Я схожу с ума. Точка».
Несколько глубоких вдохов и попытка вернуть самообладание.
«Рон. Рон. Я люблю Рональда Билиуса Уизли. Скоро меня спасут! И мы с Роном поженимся. Так, как и хотели. У нас будет куча рыжих детей, перекошенный дом и шумная дружная семья. Я буду примерной домохозяйкой и буду их всех любить. Очень. Наверное… Если найду свободную минутку между стиркой, уборкой и приготовлением еды ведрами на всю эту вопящую ораву. Стану интересоваться только поваренными книгами. Растолстею. «Обаблюсь». Рон отрастит пивной животик и станет «задерживаться» по вечерам. Я буду знать, что у него другая, но мне будет плевать, потому что я вусмерть устану, и мне просто будет плевать на все. И так много лет. Пока не умру».
Поморщившись, Гермиона тяжело вздохнула и открыла глаза. Попытка аутотренинга откровенно провалилась.
— Гадство.
Жизненно необходимо сейчас было переключиться на что-то другое, пока отчаяние не поглотило в зародыше любое стремление выжить. Она покрутила головой, ища взглядом знакомую высокую фигуру. Мужчина успел отойти на приличное расстояние и сейчас крутил в руках какую-то находку неподалеку от воды. В ярких солнечных лучах угнетающе поблескивали широкие грубые браслеты на его запястьях, кандалы, лишающие магии одного из самых сильных волшебников современности, неизменное напоминание о еще и магической изувеченности этого человека. В очередной раз тяжело вздохнув, Гермиона поплелась вперед.
— Что это? — подала она голос, подойдя достаточно близко.
Снейп молча протянул ей явно изрядно поплававший в океане мобильник.
— Не работает, — покрутив бесполезный гаджет в руках, зачем-то озвучила она очевидное.