Ромашка с шипами (СИ)
— И что? — хлопает глазами Ева.
— Так вот. Суповые наборы не в моем вкусе.
— У меня не сморщенная жопка! — возмущенно восклицает она.
— При чем тут ты? Я говорю о курицах.
Я не успеваю насладиться реакцией Евы, потому что раздается звонок моего видеодомофона. Я поднимаюсь и иду к двери.
Вижу на экране лицо Роксаны. Это как раз то, о чем меня спрашивала Ева. Вроде как моя девушка. Ну, она так себя называет.
Правда, недавно у нас произошел конфликт. А ей напомнил, что ничего не изменилось. Я по-прежнему не собираюсь связывать себя узами брака. И рассматриваю наши отношения как взаимовыгодное сотрудничество.
Она немного поплакала напоказ. Охарактеризовала меня несколькими нелестными эпитетами. Хлопнула дверью и ушла. Я думал, навсегда…
Но сейчас ее появление очень кстати.
Видно, она в очередной раз остыла, пересмотрела свои взгляды. И решила пока что остаться со мной. В ожидании более перспективного варианта.
— Привет, заходи, — сказал я.
И нажал кнопку домофона.
К тому моменту, как Роксана поднялась, Ева доковыряла свою рыбу.
Она смотрела на меня букой и молчала. Но я видел, что ей любопытно, кто там пришел.
Роксана вошла по-хозяйски. Не разуваясь, процокала каблуками на кухню. Меня бесит эта ее привычка ходить дома в обуви! Но сейчас я, пожалуй, промолчу.
— Умираю, хочу кофе, — нараспев произнесла Роксана, дефилируя по кухне, как по подиуму.
И тут она заметила Еву.
— Здрасьте, — ляпнула та.
Роксана посмотрела на меня.
— А это… кто?
— Никто, — спокойно произнес я.
Лицо Евы покрылось красными пятнами. Она смотрела на меня с ненавистью. С размаху воткнула вилку в тирамису с таким видом, как будто втыкает ее мне в печень.
А потом, глядя мне в глаза, она толкнула тарелку с десертом.
Раздался грохот, осколки и сладкая липкая масса разлетелись по кухне.
— Ева, — рявкнул я. — Иди к себе и делай уроки! Но сначала убери за собой.
Глава 4
Ева
Сморщенная жопка… Это у тебя, старый хрен Артур, сморщенная жопка! У тебя и у твоей бройлерной индюшки.
Суповые наборы ему, видите ли, не нравятся.
Мне еще никто не говорил, что я слишком тощая. Предпочитаешь фигуры как у Ким Кардашьян? Вот и трахайся со своей жопастой бройлершей!
Я металась по своей квартире. Вернее, по квартире этого хрена Артура. Где я вынуждена находиться.
Я готова была прямо сейчас собрать свои нехитрые пожитки и свалить. Багаж можно забрать потом…
Я набрала Ленку.
Мы с ней сегодня уже переписывались, она говорила что-то о походе в клуб.
— Привет! — весело защебетала подруга. — Мы заедем за тобой в девять. Скинь мне адрес. Оторвемся, подруга!
— Подожди… кто это — мы?
— Я и Шурик! То есть Алекс. Он не любит, когда я называю его Шуриком…
— Да что еще за Шурик?
— Мой парень! — торжествующе объявила Ленка.
— Откуда он взялся? — удивилась я.
— Мы с ним познакомились на прошлой неделе. Знаешь, где? — она выдержала паузу. А потом произнесла торжествующе: — В библиотеке!
— Он ботан?
— Да нет. Вообще, он спортсмен. А в библиотеку забрел случайно…
В девять… А сейчас только шесть! Что я буду делать еще три часа? Я не могу тут оставаться! Мне тошно! Меня сейчас вывернет, клянусь!
“Это никто, — раздается в ушах голос Артура. А потом его грозный рык: — Иди к себе и делай уроки!”
Я тебе не школьница, понял? И я не никто!
— Я прямо сейчас приеду к тебе, — говорю я Ленке. — То есть к нам.
— Слу-у-шай… — тянет подруга.
— Что?
— Мы тут с Шуриком…
— Трахаетесь? — вырывается у меня.
— Ева! — удивляется подруга. — С каких пор ты стала такой пошлячкой?
— С сегодняшнего дня.
Я услышала в трубке мужской голос. Где-то на заднем плане. Ленка глупо захихикала. А потом проворковала:
— Не одевайся, я уже иду к тебе!
Фу, блин!
Я бросила трубку.
Ленка трахается с каким-то там Шуриком. Артур по-любому шпилит эту жопастую индюшку. Иначе зачем она к нему пришла?
В проститутстком платье с вырезом до пупка.
Я, видите ли, не в его вкусе… Не очень-то и хотелось! Вообще не хотелось.
Пойду прогуляюсь. Пойду… куда-нибудь. Не знаю, куда. Я просто не могу здесь находиться!
Блин, а ключа-то у меня нет. Я тут заперта, как в тюрьме…
Я переоделась. Достала удобные кеды, отыскала легкую ветровку. Положила в сумку на ремне кошелек и телефон.
И что дальше?
На двери два замка. Один я могу открыть изнутри, а для второго нужен ключ. Который нигде не видно.
Я перерыла всю прихожую. Залезла во все ящики комода, осмотрела вешалку и даже полку для обуви. Ключей здесь нет. Они у Артура.
Значит, пойду и потребую их!
И пофиг, чем он там занимается со своей бройлерной индюшкой.
Я решительным шагом иду к внутренней двери. Не дав себе задуматься ни на секунду, распахиваю ее.
И слышу стоны. И еще какие-то звуки. Кажется, скрип кровати.
А, может, это скрипят суставы старого хрена Артура. И он посыпает песком бройлерную грудь своей индюшки.
Я, как последняя дура, стою и прислушиваюсь к этим звукам. Мне хочется… убить их обоих.
В груди закипает гнев. К глазам подступают злые слезы.
На кого и за что я злюсь? Скорее всего, на себя. За то, что растаяла при виде Артура. Там, в аэропорту. Навоображала себе невесть что…
А он просто похотливый козел!
Который сейчас спаривается с индюшкой. Фу! Мерзость.
Я иду к входной двери. Надеюсь, из этой квартиры я смогу выйти наружу. Насколько я помню, Артур бросил свои ключи на полочку в прихожей.
Когда я прохожу мимо двери в спальню, она внезапно распахивается. На пороге появляется Артур.
Абсолютно голый…
* * *Артур
Ева нашла под раковиной веник и совок. Спросила, где ведро и тряпка. И аккуратно убрала все осколки и останки тирамису. И даже извинилась за беспорядок.
И пусть все ее действия были демонстративными, а извинения — абсолютно неискренними… Все равно, я был поражен до глубины души.
Я предполагал, что она просто убежит и закроется в комнате. Я знаю, что именно так обычно делают обиженные и расстроенные маленькие девочки.
Еще бы мне не знать! У меня две младших сестренки и одна старшая.
Что меня больше всего бесит во всей этой ситуации — я не могу просчитать Еву.
Я аналитик. Конечно, я работаю в сфере бизнеса, но и в жизненных ситуациях у меня обычно получается видеть все на несколько шагов вперед.
Но только не с Евой. Мы знакомы всего пару часов, а у меня уже несколько раз глаза на лоб вылезали от удивления.
Убрав все и вымыв руки, Ева не спеша прошлась по кухне. Вроде как проверяя, не осталось ли на полу осколков, но на самом деле разглядывая Роксану.
Обошла ее кругом. И выдала:
— Ну, это точно не суповой набор. Из этого может получиться наваристый жирный гуляш. Поздравляю.
И спокойно ушла в свою половину, закрыв за собой дверь.
Несносная девчонка! Выпороть бы ее…
— Артур, кто это? — снова спросила растерянная Роксана.
Не знаю, поняла ли она, что именно тут произошло. Она не очень сообразительна и тонких нюансов обычно не улавливает. Когда дело не касается ресторанов, курортов и модных тряпочек.
— Это Ева, — пришлось ответить мне.
— А она… Она назвала меня жирной? — неуверенно произнесла Роксана.
— Не забивай голову.
Мышление — не ее конек. Она годится только для одного…
— Ты скучал? — проворковала Роксана, допив свой кофе.
Вообще ни разу не вспомнил.
— Конечно, — вежливо отозвался я. — Скучал.
Блин, как же все-таки я устал!
Не столько физически, сколько морально — от волнений по поводу той рискованной сделки. Мне бы отдохнуть, но я не могу расслабиться. Напряжение засело внутри, как гвоздь в ботинке.