Мертвым – мертвое (СИ)

  
Глава 58
 
Вейдэль протянул руку к огню и ощутил его ласковое прикосновение. Мертвая плоть не чувствовала боли, пламя почти не причиняло вампирам вреда — только высасывало силы. Вот и сейчас ладонь Вейдэля словно погрузилась в ледяной воздух. Убрав руку, он посмотрел на сидевшего напротив Дарона.
— Мы всё ближе к цели, — сказал Вейдэль, тщательно подбирая слова. — Казалось бы, всё должно меркнуть при мысли о предстоящей победе и славе, но как много произошло того, о чём я не могу не жалеть.
— О чём вы, ваше величество? — спросил Дарон, поглаживая витой рог, окованный серебром, из которого он время от времени делал долгий глоток.
— Например, Калигорст. Когда я вспоминаю, что выскочка Валентин потерял одну из самых дорогих нашему роду реликвий, меня охватывает ярость. Я понимаю, что скоро этот древний и прославленный меч снова окажется в наших руках (если, конечно, Эл или кто-нибудь другой не приказал его уничтожить), но оплошность Валентина вызывает у меня гнев. Если он не сумел сохранить этот символ нашего военного могущества, испугавшись жалких малдонских рыцарей, то зачем было прикладывать столько сил, чтобы завладеть им?
— Я думаю, потеря Калигорста никого не ранит больше, чем самого Валентина, — заметил Дарон. — Для него это несмываемый позор. Более того, этот случай сделал его смешным. Больше он никогда не поднимется и не получит уважения, которым пользовался. Для вас это, как я понимаю, выгодно, ведь он возглавлял партию, не согласную с вашей политикой.
— Да, конечно, — Вейдэль встал и приблизился к разложенной на столе карте. — Но теперь это не имеет значения. Пророк не нуждается в том, чтобы с ним соглашались. Он сообщает волю бога и карает отступников.
Дарон кивнул.
— Ваш авторитет непререкаем. Никто не станет спорить со словами того, чьими устами вещает Молох.
— Как ты считаешь, — Вейдэль внимательно взглянул на своего собеседника, — Эртанор по-прежнему пользуется тем же уважением, что и раньше?
— Полагаю, что нет. Теперь предпочитают слушать вас. Зачем нужен оракул, когда есть пророк?
— Не вызывает ли это зависть у Эртанора? Если да, он может стать опасен.
— Едва ли он пойдёт на противостояние Пророку. Кроме того, он всегда был лоялен к вам.
— Неужели?
— Насколько мне известно.
— Не знаю, не знаю… — Вейдэль постучал указательным пальцем по обведённой красным кругом точке, обозначавшей Венст. — Личное тщеславие редко перевешивает…
Ему не дал договорить резкий звук сигнальных рогов. За стенами шатра послышался топот и звон оружия, а затем неподалёку раздался оглушительный взрыв. Через мгновение его сменили крики и стоны. Вейдэль подскочил к закрывавшему вход в шатёр ковру и попытался понять, что происходит снаружи. Выйти он не мог — его испепелило бы солнце.
Кто-то подбежал к шатру. Вейдэль отпрянул, и вслед за этим внутрь заглянул один из Рабов. Его лицо было перекошено от ужаса, побелевшие губы тряслись.
— Ваше величество! — прохрипел он, едва ворочая языком. — Огонь!
— Говори толком, что там происходит! — крикнул Вейдэль, втаскивая его внутрь. — Успокойся и рассказывай, не то прикажу содрать с тебя кожу живьём и посадить на кол!
Неизвестно, как именно подействовала угроза, но Раб начал сбивчиво описывать то, что успел увидеть.
Оказалось, в небе появились корабли. С них начали падать шары, которые при ударе о землю превращались в пожирающее всё зелёное пламя. Взрывы поглощали по пять-восемь человек вместе с лошадьми, катапультами и всем, что оказывалось поблизости.
— Пепел…! — лепетал Раб, затравленно озираясь и вздрагивая от каждого взрыва. — Пепел и угли!
Рядом с шатром ухнуло. Полотняная стена занялась, стремительно чернея. Человек побледнел и неуклюже рванулся наружу. Он запутался в ковре, закрывавшем выход, упал и забился в истерике.
Тем временем Вейдэль сгрёб со стола карту и ещё несколько бумаг, а Дарон откинул крышку люка, расположенного в центре шатра — он открывал вход в землянку, вырытую как раз на случай внезапной дневной атаки.
  
Вампиры спустились по деревянной лестнице, захлопнув за собой крышку люка, и зажгли масляный светильник. На стенах заплясали тени, со всех сторон выступали обрывки корней и копошащиеся черви.
Вейдэль сел на табурет, стоявший посреди землянки и, воспользовавшись Зовом, заговорил с Телоном:
— Ты жив?
— Да, повелитель.
— Где ты?
— В шатре.
— Кто с тобой?
— Советник Ванхорн.
— Вы знаете, что происходит?
— Да, повелитель. Мы поддерживаем связь с некоторыми частями войска через Рабов.
— Прикажи навести на небо катапульты и баллисты. Пусть стреляют по кораблям. Их нужно сбить, пока они не сожгли всю нашу армию.
— Будет исполнено, повелитель.
После этого Вейдэль заговорил с Ванхорном:
— Как ты думаешь, на нас напали малдонцы?
— Полагаю, больше некому, ваше величество. Но откуда у них воздушные корабли? Я думал, только боги могут иметь нечто подобное.
— Да, я тоже считал, что Нагльфар — единственный в своём роде. Но Железный Герцог вновь удивил нас. Кстати, сколько у них судов?
— Четыре. Но они не похожи на обычные корабли. Вместо парусов у них какие-то шары.
— Я приказал сбить их из катапульт.
— Это будет непросто. Они летят довольно высоко. По крайней мере, так я понял из рассказов перепуганных Рабов.
— Я поговорю с Эртанором, узнаю, не опасен ли этот огонь для нежити.
Вейдэль позвал Оракула, и тот откликнулся, сразу спросив, что происходит. Оказалось, он совершенно один в пещере, где скрывается от солнца. Его разбудил грохот, но он до сих пор не может понять, что это было. Лергус, с которым он успел связаться, тоже не понимает, что случилось.
— Малдонцы атаковали нас с воздуха, — ответил Вейдэль. — Они прилетели на воздушных кораблях и сбрасывают шары, которые при ударе превращаются в огонь, пожирающий всё без разбора. Мне пришлось скрыться в землянке после того, как загорелся мой шатёр.
— Надеюсь, вы не пострадали, ваше величество?
— Нет, но потерял связь с армией. Я могу только пользоваться Зовом, передавая приказы тем, кто имеет возможность говорить с Рабами и распоряжаться ими. Это несколько затрудняет организацию обороны.
— Нужно попробовать сбить корабли из катапульт.
— Я уже велел сделать это, но не думаю, чтобы удалось быстро разделаться с малдонцами. Даже на то, чтобы навести катапульты, нужно время.
— А много ли судов?
— Четыре.
— Насколько они велики?
— Не знаю. Какое это имеет значение? — Вейдэль почувствовал лёгкое раздражение: к чему эти расспросы, если они вынуждены прятаться под землёй и не могут влиять на ход боя?
— На маленьком корабле много воинов не прилетит, — рассудительно ответил Эртанор. — Если удастся сбить эти воздушные суда, придётся, вероятно, драться с их экипажами. Хотелось бы понимать, сколько примерно человек выступит в этом случае против нас.
— Рабы слишком напуганы, да и половину из них уже, наверное, перебили этими взрывающимися шарами. Вампиры не могут выйти из своих убежищ. Мы окажемся лёгкой добычей! — Вейдэль с ненавистью посмотрел на земляной потолок, сквозь который доносились звуки взрывов.
— Если малдонцы победят, в их руках окажутся обозы, боевые машины, лошади и доспехи, — сказал Эртанор. — Этого нельзя допустить! Мы останемся ни с чём, и поход придётся отложить, а это равносильно поражению!
— Поэтому я и хочу знать: твои мертвецы смогут отразить нападение малдонцев, если они высадятся?
— Нежить может сгореть в огне этих шаров, если их пламя действительно испепеляет без остатка. К сожалению, мы не ожидали подобной атаки и не укрыли мертвецов. Они сейчас так же беззащитны, как и Рабы. Но если малдонцы окажутся на земле, нежить вступит с ними в бой. Надеюсь, корабли всё же не слишком велики.