Нечестивые клятвы

— Я - Ренато Де Санктис, на случай, если ты не знала.
 Он сделал паузу, позволяя моему разуму представить себе тот образ, который рисовала его репутация.
 Ему не нужно было пытаться внушить страх, одно его имя делало всю работу. У меня сложилось впечатление, что Ренато Де Санктис был не из тех, кто из кожи вон лез, чтобы напугать своих врагов. Он просто убивал их. Я наблюдала за ним, и он наблюдал за мной в ответ.
  
— Так что же ты видела, мисс Берк? наконец спросил он.
 Я покачала головой.
— Я ничего не видела. Никто из нас не видел, - начала я.
 Двое мужчин, из-за которых все это началось, громко фыркнули. Один из них усмехнулся.
— Они наверняка все видели, босс, она просто врет, чтобы остаться в живых.
 Его обвиняющий тон заставил меня невольно рассмеяться. Все взгляды снова обратились ко мне. Ренато лениво приподнял бровь, услышав мою насмешку.
— Не нужно быть кандидатом наук, чтобы догадаться. Разве не все этого хотят? - пробормотала я.
 Мужчина за моей спиной снова насмешливо хмыкнул, на этот раз раздраженный тем, что я опозорила его перед боссом. Он шагнул вперед, подтягивая брюки так, чтобы это показалось непристойным.
— Позвольте мне разобраться. Я прикончу ее, и ее сестренку тоже, и избавлюсь от проблемы. Это мой беспорядок, так что я его уберу… И, может, немного повеселюсь в процессе.
 Его голос был заговорщицким, будто он ждал, что все мужчины согласятся с ним. Конечно, иди и развлекись с ходячими покойницами, а потом избавься от остатков. Наверняка, они все одобрят это. Вот и всё, конец пути. Наши смерти сводились к неудобному беспорядку, который нужно было убрать, а затем простить и забыть. Наши жизни значили для них меньше, чем эксклюзивная покраска их навороченных машин.
 Ренато поднял один палец, и его человек захлопнул рот с такой силой, что скрипнули зубы. Босс полез в ящик стола рядом с собой и достал пару черных кожаных перчаток. От их вида у меня по спине пробежал холодок. Он медленно натянул их, тщательно подгоняя, чтобы они идеально сидели.
— Опять же, я не люблю повторяться, но раз уж нас так грубо прервали, я дам тебе еще один шанс ответить. Что ты видела, Шарлотта? - продолжил босс.
 Я покачала головой.
— Я ничего не видела. Никто из нас не видел, - повторила я.
— Ты убил Мигеля! Ваши люди застрелили моего парня прямо у нас на глазах!
 Вспышка ярости Люси прогремела в воздухе, как выстрел. Она стояла позади меня, ее рука была зажата в огромной ладони Элио. Теперь она боролась, пытаясь вырваться.
 Я бросила на сестру умоляющий взгляд, но она была слишком решительна. Она свирепо посмотрела на Ренато, в то время как он наблюдал за ней со слабым весельем, даже не вздрогнув, когда она бросилась вперед. Он выглядел почти скучающим, как будто обычное проявление чувств не могло пробиться сквозь его пресыщенную оболочку. Он был мужчиной, который видел весь спектр темных и отчаянных человеческих эмоций и находил их однообразными.
 Он бросил взгляд через ее плечо на своего приспешника, и Элио протянул руку и обхватил шею Люси мускулистым предплечьем. Она превратилась в куклу в его жестокой хватке.
— Нет! - я вскочила и рванула к Элио. Он уже опустил Люси на бархатный диванчик, стоящий вдоль одной из стен, эффективно перекрыв ей доступ воздуха за считанные секунды. — Не трогай её!
 Я бросилась на Элио, царапая и пиная его. Другие мужчины оттащили меня, их грубые пальцы впились в мои руки и грудь, обхватили за талию, отрывая меня от сестры. Рыдания ужаса сотрясали меня, и я не могла дышать. Вид Люси в руках убийцы, ее краснеющего лица, когда она медленно теряла сознание, был выше моих сил.
— Да пошло всё, - прорычал один из мужчин и выхватил из-за пояса пистолет. Это был тот же человек, который убил Мигеля. Он направил пистолет на Люси.
— Успокойся, мать твою, или...
— Или что, Тони?
 Гранитный тон Ренато прорезал нарастающее напряжение, как нож шелк.
 Все замерли, и я воспользовалась этим моментом, чтобы вырваться из державших меня рук и шагнуть вплотную к пистолету. Стоять под прицелом выстрела в упор было страшно, но не так страшно, как видеть это черное дуло, направленное на мою младшую сестру.
— Не трогай её. Мучай меня, если тебе нужно причинить кому-то боль. Убей меня, если это то, что тебе нужно, но отпусти ее. Она всего лишь ребенок. - Мой голос угас до тихого шепота мольбы. Лоб прижался к концу пистолета, металл был холодным как лед. Такой же ледяной, как надвигающаяся смерть.
 Мужчина, держащий меня на мушке, казалось, тоже застыл, не в силах пошевелиться, пока босс медленно поднимался со своего кресла. Долгое молчаливое мгновение все оставались неподвижными.
— Она всего лишь ребенок? Насколько ты можешь быть старше? - Ренато нарушил молчание.
— Мне двадцать шесть, а ей только что исполнилось девятнадцать. Она еще ребенок. Она не понимает… - я замолчала.
 В поле зрения появился Ренато, становясь прямо за мужчиной, который наставил на меня пистолет. Теперь, когда он больше не сидел, я могла видеть, насколько он высокий и широкоплечий.
— Она не понимает что? - он подтолкнул меня, когда я потерялась в созерцании, страх затянул мой разум в долгую паузу.
— Таких мужчин как вы. - слова слетели с моих губ прежде, чем я смогла решить, были они ошибкой или нет.
 Ренато подошел ближе, и мужчина с пистолетом вздрогнул. Я могла сказать, что он хотел отойти, но не знал, будет ли это разумным шагом.
— А ты понимаешь? Скажи мне, что ты знаешь о таких мужчинах как я?
— Может… Может ли он сначала опустить пистолет? - сделала я попытку, дважды облизнув губы, чтобы произнести эти слова.
 Ренато приподнял бровь.
— Но ты так хорошо справляешься. Большинство мужчин к этому моменту уже обмочились бы или умоляли сохранить им жизнь. Еще больше вообще никогда бы не встало перед дулом пистолета. - он подошел ближе, проходя мне за спину. — Почему ты хочешь, чтобы его опустили сейчас?
— Я не доверяю человеку, который целится в меня. Он выглядит как трус, - процедила сквозь зубы. Глаза мужчины расширились, его рука переместилась по металлу. — И он дрожит, - добавила я.
 Ренато повернулся, чтобы посмотреть на солдата. Его солдата. Он слегка кивнул.
— Да, так и есть. Не очень-то ты надежный человек, да, Тони? Сначала сам принимаешь решения, а потом становишься слишком слаб, чтобы их придерживаться. Такое поведение недостойно имени Де Санктис. Возможно, при моем отце такая слабость была допустима, но та семья - не эта, как ты знаешь.
 Ренато взял дрожащую руку Тони, медленно вынул его пальцы из рукоятки и отобрал у него пистолет. Все это время оружие было направлено ему в грудь. Он не боялся, что испуганный мужчина выстрелит в него. Это была власть.
 Он зажал пистолет в руке и посмотрел на меня, выставив перед собой рукоятку.
— Ты хочешь, или мне?
— Что? - тупо спросила я, мой мозг был слишком шокирован и напуган, чтобы поспевать за ним.
— Он достал оружие в моем присутствии без разрешения… и он решил судьбу ребенка без моего участия. Он покойник. Ты хочешь сама отомстить за друга своей сестры, или это должен сделать я?
— Я... я бы никогда не смогла... - я заикалась.
 Горячие брызги крови на моем лице появились раньше, чем раздался хлопок. Я медленно поднесла руку к щеке и вытерла ее, едва замечая кровь, капающую с пальцев. Мужчина, который держал пистолет, тот, кто убил Мигеля, замертво рухнул на пол.
 Другой парень со склада, тот, что пытался остановить своего друга, отшатнулся назад, подняв руки вверх, как будто это могло остановить то, что ему предначертано. Пуля, вошедшая в его голову, издала влажный звук. Она вылетела сзади, словно его череп был перезрелым инжиром, и он упал на бок. У меня закружилась голова, и комната накренилась. Я не могла нормально дышать.
— Никогда не говори «никогда», bambina5. Это заставляет меня хотеть доказать, что ты ошибаешься.