Прощай, Калифорния !
Донахью издал неопределенный звук, как будто у него отказали голосовые связки. Его кулаки судорожно сжимались, а лицо меняло цвет со скоростью и непредсказуемостью хамелеона, попавшего на шотландский плед.
- Это вы посадили судью в тюрьму, сержант? - спросил Данн.
- Кто-то ведь должен был. Наш жирнюга имел все необходимые доказательства, но ни за что не использовал бы их. Стоит ли осуждать человека за то, что он не смог предъявить обвинение самому себе?
Донахью издал тот же звук. Райдер вытащил из кармана какой-то предмет и, зажав его в кулаке, вопросительно посмотрел на сына, который сумел взять себя в руки и вновь обратился к Донахью:
- Вы оклеветали моего отца в присутствии свидетелей. - Он взглянул на своего отца. - Собираешься подать на него в суд? Или пусть остается наедине со своей совестью?
- С чем, с чем?
- Папа, ты никогда не станешь полицейским, - произнес Джефф почти что с грустью. - Есть разные тонкости, которыми ты не способен овладеть. Например, давать взятки, принимать подношения, получать процент от нелегальных сделок и иметь парочку банковских счетов на чужое имя. - Он посмотрел на Донахью. Разве я не прав, шеф? У некоторых людей ведь полно счетов на фальшивые имена?
- Ах ты, мерзкий маленький ублюдок! - У Донахью наконец-то прорезался голос. Он попытался улыбнуться. - Похоже, ты забыл, с кем разговариваешь, а?
- Простите, что лишаю вас этого удовольствия, шеф.
Джефф положил на стол Малера револьвер и полицейский жетон и совсем не удивился, увидев, что его отец тоже кладет на стол свой жетон.
- Ваш револьвер, - хрипло потребовал Донахью.
- Он принадлежит мне, а не полиции. Кстати, дома у меня есть и другие. Со всеми полагающимися лицензиями.
- Я их завтра же аннулирую, мистер полицейский. - Злоба в голосе Донахью хорошо сочеталась с выражением его лица.
- Я не полицейский. - Райдер закурил "Голуаз" и с явным удовлетворением затянулся.
- Погасите свою чертову сигарету!
- Вы, кажется, слышали, что я сказал. Я больше не полицейский. Я простой член общества, а полиция находится на службе у общества. И я не позволю, чтобы мои слуги разговаривали со мной в таком тоне. Аннулируете мои лицензии? Только попробуйте это сделать, и я сразу же обнародую копию имеющегося у меня досье с заверенными дубликатами различных документов. Тогда вам придется аннулировать свой приказ об аннулировании моих лицензий.
- Что означает вся эта чертовщина?
- А то, что подлинник этого досье с огромным интересом прочтут в Сакраменто*.
______________
* Административный центр штата Калифорния.
- Вы блефуете.
Презрение в голосе Донахью прозвучало бы более убедительно, если бы он не облизнул после этого губы.
- Возможно, - бросил Райдер, с притворным интересом созерцая выпущенное им кольцо дыма.
- Предупреждаю вас, Райдер. - Голос Донахью дрожал, причем не только из-за испытываемого гнева. - При первой же вашей попытке вмешаться в ход расследования я посажу вас под арест за препятствование работе правосудия.
- Как же хорошо вы меня знаете, Донахью! А вот я не стану вам угрожать. Помимо всего прочего, мне не доставляет удовольствия видеть жирные телеса, трясущиеся от страха.
Донахью уронил руку на свой пистолет. Райдер медленно расстегнул куртку, распахнул ее и поставил руки на бедра. Его "смит-вессон" оказался у всех на виду, но руки остались свободны от оружия.
Донахью приказал лейтенанту Малеру:
- Арестуйте этого человека!
- Не стройте из себя большего идиота, чем вы есть, Донахью, - с холодным презрением бросил Данн. - И не ставьте своего лейтенанта в неудобное положение. На каком основании вы хотите его арестовать, позвольте спросить?
Райдер застегнул куртку, повернулся и вышел из кабинета. Джефф последовал за ним. Они уже собирались сесть в "пежо", когда их догнал Данн.
- Вы считаете, это было умно?
Райдер пожал плечами:
- Все шло к тому.
- Он опасный человек, Райдер. На прямое столкновение он не пойдет, это всем известно, но спину ему подставлять не советую. У него могущественные друзья.
- Я знаю его друзей. Такие же мерзкие подонки, как он сам. Половина из них должна сидеть за решеткой.
- И все-таки лучше не попадаться им темной ночью. Вы, конечно, собираетесь продолжать это дело?
- На случай если вы забыли, речь идет о моей жене. Думаете, мы поручим ее нежной заботе этого жирного борова?
- А если он станет вставлять вам палки в колеса?
- Не наводите моего отца на такие приятные мысли, - усмехнулся Джефф.
- Что вы, что вы. Я говорил, что хотел бы работать с вами, Райдер. И с вами, молодой человек, если пожелаете. Мое предложение остается в силе. В ФБР всегда найдется дело для предприимчивых и честолюбивых молодых людей.
- Спасибо. Мы обдумаем это предложение. Если нам понадобится помощь или совет, можно связаться с вами?
Данн внимательно посмотрел на них и кивнул:
- Разумеется. Номер моего телефона вам известен. Ну что ж, у вас есть выбор. У меня его нет. Хочешь не хочешь, а придется работать с этим жирным боровом, как вы удачно его назвали. Он имеет большой политический вес в долине. - Данн попрощался с каждым из них за руку. - Берегите спины!
Уже в машине Джефф спросил:
- Собираешься поразмыслить над его предложением?
- Черт побери, конечно нет. Это все равно что попасть из огня да в полымя. И не потому, что Сассун, возглавляющий калифорнийское отделение ФБР, - человек бесчестный. Он, безусловно, достоин доверия. Но он слишком правильный, всегда следует инструкциям и не поощряет проявления инициативы. Нам ведь это не нужно?
* * *
Марджори Хонер, медноволосая девушка, выглядевшая слишком юной для замужней дамы, сидела рядом со своим супругом, одетым в форму таможенника, и внимательно разглядывала клочки бумаги, разложенные на столе.
- Ну же, крестница, - сказал Райдер. - Такой умнице, как ты, стоит только взглянуть...
Марджори подняла голову и улыбнулась.
- Все довольно просто. Надеюсь, это имеет для вас какой-то смысл. Здесь написано: "Посмотри на обороте своей фотографии".
- Спасибо, Марджори.