Дочь Эйтны (ЛП)

Раздался стук в дверь.
— Войдите.
Слуга просунул голову в комнату.
— Простите за поздний час, маг Кори. У черного входа стоит молодой человек, который настаивает на встрече с вами.
— У него есть имя?
— Он называет себя Маркл, подопечный и оруженосец лорда Бортена.
Кори насмешливо фыркнул.
— Маркл уже на полпути к Моэну. Дай ему кусок черствого хлеба и скажи, чтобы он возвращался в переулок для нищих, откуда он пришел.
Мужчина неловко переминался с ноги на ногу.
— Не знаю, сэр. Мальчик говорит, что это срочно. Если бы вы могли видеть его взгляд…
— Ты слышал меня. Избавься от беспризорника! Позови стражу, если потребуется помощь. Меня не побеспокоят в этот час.
— Да, маг Кори.
Мужчина удалился.
Кори запечатал за ним дверь заклинанием.
Когда шаги слуги затихли, маг достал пояс целителя и выхватил глиняный амулет, хранившийся в безопасности среди его священных камней. Затем он призвал образ Совы и бесшумно вылетел в окно.
Когда он приземлился на крышу над входом для прислуги, страж дал Марклу подзатыльник. Мальчик пошатнулся от удара. Кухонная дверь захлопнулась прямо перед его носом.
Маркл стучал в дверь и плакал в затемненные окна.
— Пожалуйста, маг Кори. Мне нужна ваша помощь.
В Квартале Магов воцарилась тишина, хотя острый слух Кори уловил тихий шорох человеческого движения в соседнем доме, за которым последовало более тонкое шуршание сочной мыши внизу. Он отметил, кто из его соседей мог быть свидетелем этого несвоевременного визита и что они могли слышать. Мальчик ходил внизу в темноте, ударяя кулаками по закрытым окнам. Когда никто не ответил, он с поражением отступил.
Кори расправил крылья и бросился в погоню.
Следуя извилистой тропе Маркла, маг летал от укрытия к укрытию, прячась под нависающими крышами и в неглубоких подоконниках. Маркл не вернулся в замок, а бродил по улицам, пока не образовался узор из грубых кругов, один уже другого. В конце концов, оруженосец остановился в кривом переулке в одном из самых жалких районов города. Там он привалился к гниющей стене и так и остался, сжавшись в грязи, скрестив руки и свесив голову на колени.
Кори спустился с высоких крыш, приземлился рядом с Марклом и снова принял человеческий облик. Прежде чем мальчик понял, что происходит, Кори схватил его за горло и прижал к стене.
Он выждал мгновение, пока мальчик задыхался и корчился. Затем он сказал тихим, ровным голосом:
— Я отпущу тебя, Маркл. Когда я это сделаю, ты не убежишь. И ты не будешь шуметь, даже чтобы отдышаться. Делай, как я говорю, или я сожгу кожу с твоего лица.
Маркл перестал сопротивляться и кивнул, его глаза расширились от ужаса.
— Зачем ты искал меня? — спросил Кори, отпуская его.
Мальчик закашлялся и пролепетал:
— Мариэль… Мариэль в беде.
— Что случилось?
— Они взяли ее и увезли в город. Они держали ее вечность. Там, — Маркл кивнул в сторону переулка.
— Кто?
— Старик и мальчик.
— Сколько они заплатили тебе за то, что ты отдал ее им?
— Заплатили мне? Мне не заплатили!
— Не держи меня за дурака.
— Клянусь богами! Я ничего не получил.
— Может, обещание? Человек, уничтоженный за измену, провинция, созревшая для захвата. Почему ты искал меня, а не лорда Бортена?
— Я не мог… — Маркл запнулся и отвернулся.
— Ты не мог встретиться с человеком, которого собираешься предать?
— Это волшебник заполучил ее, говорю вам! Бортен не ровня этому старику, но вы можете помочь. Я знаю, что вы можете. Вот почему я пришел к вам.
Кори сильно ударил Маркла по лицу.
— Это за твою ложь и за твои глупые амбиции.
— Они сказали, что не причинят ей вреда! — Маркл сплюнул кровь изо рта.
— Покажи, где она.
Здание, расположенное в глубине квартала для нищих, представляло собой груду почерневших бревен. Строение ненадежно нависало над фундаментом, восходящим к временам первых королей Вортингена, незыблемым каменным сердцем, которое, вероятно, видело взлеты и падения бесчисленных домов. Кори заметил красноватое свечение чар, защищавших подвал, грозных по своей магии, но ничего, что он не смог бы преодолеть.
 
— Что это за ловушка, Маркл?
— Это не ловушка. Она там, клянусь.
Кори обездвижил Маркла проклятием. Затем он связал мальчику руки и ноги, на всякий случай.
— Я давно должен был тебя устранить, Маркл!
— Устранить? Я никогда не делал ничего, чтобы…
— Ты опасен и глуп. Это все оправдание, которое мне было нужно. Но вот в чем печальная ирония: я пощадил тебя, потому что вполне мог представить ужас нашей Леди Королевы при одной мысли о прекращении твоего жалкого существования. Ты понимаешь, что это значит, Маркл? Ты жив сегодня благодаря той самой женщине, которую хочешь уничтожить.
— Эта ведьма произвела на свет бастарда, — возразил он. — Она хочет посадить его на трон.
Кори окунул тряпку в грязь у их ног и засунул мальчику в рот.
— Повтори эти слова, и тебя повесят.
Маркла повесят, несмотря ни на что, но пока не было смысла говорить об этом мальчику.
— Ты не уйдешь отсюда, пока я не вернусь, — сказал Кори.
Маркл кивнул, его глаза слезились от едкого запаха его кляпа.
Призвав образ Крысы, Кори пробежал сквозь грязь и тени к краю здания. Он нашел дыру в его хрупком корпусе и проскользнул внутрь.
Запахи гниения и разложения ударили ему в нос, но он уловил струйку аромата Мариэль, свежей травы и летних цветов, приглушенного ледяной пеленой мучений и ужаса. Маг следовал за ее сущностью через лабиринт бревен, пока не пришел к двери, от которой исходил нелепый запах свежей сосны. Полоса желтого света была у его основания.
Кори сделал паузу и привел себя в порядок. Приглушенные звуки страданий Мариэль навострили ему уши. Каждое мгновение, проведенное ею с этими мужчинами, приближало ее к пропасти, из которой нет возврата. Тем не менее, прерывание их могло означать поимку самого Кори — на такой риск он не мог пойти.
Дверь открылась без предупреждения и залила светом узкий коридор. Кори издал испуганный писк и понесся в тень, сердце колотилось в его маленькой пушистой груди.
Дверной проем заполнил силуэт мага, высокого, согнутого в позвоночнике, с длинным посохом в руке и капюшоном, скрывающим черты лица. Звук плача Мариэль лился на пол и клубился вокруг его ног, словно алый туман.
— Молодец, мой мальчик, — он говорил голосом старого и терпеливого человека, голосом, который Кори узнал с внезапным страхом.
Бэдон.
Аура волшебника сияла ярко, как всегда, сотканная из бронзовых нитей хитрости, гнева и убежденности. Кори изучал магию у Бэдона и слишком хорошо понимал силу этого человека. Прямая конфронтация была нецелесообразна, отчасти из-за того, что она привлекла бы внимание, но, что более важно, потому что Кори, скорее всего, проиграет.
— Развлекайся до моего возвращения, — сказал Бэдон, — но помни: никаких следов и синяков. Мы еще будем нуждаться в ней, прежде чем все это закончится.
Дверь в тюрьму Мариэль закрылась, снова погрузив все во тьму.
Бэдон ушел, тихонько шурша шерстяной мантией.
Кори оставался неподвижным, щелкая зубами и хвостом, поглядывая вслед Бэдону, а потом на дверь, которая отделяла его от Мариэль.
Чтобы понять намерения Бэдона, Кори должен был последовать за этим человеком. Но это означало бы бросить молодую магу.
«Проклятье».
Он подождал, пока сущность Бэдона исчезнет вдалеке, а затем снова принял свою человеческую форму, высвободив всю силу своей магии. Дверь треснула от удара. Осколки дерева ворвались в комнату, открыв молодого мага с глазами-бусинками на вялом лице, его мантии были задраны, обнажая перекатывающийся жир на бедрах.
Фэом думэ, — прогремел Кори.
Юного мага отшвырнуло к стене. Его череп треснул о древний камень. Его глаза закатились, и он безвольно рухнул на пол, кровавая дорожка отмечала его падение.
Встав на колени рядом с Мариэль, Кори снял путы, врезавшиеся в ее лодыжки и запястья. Мага рухнул вперед. Глаза Мариэль метались в орбитах, сражаясь с каким-то кошмаром, сотворенным Бэдоном. Ее кожа горела, а одежда была влажной от пота.