Вставай, иди и умирай (СИ)
Забегая немного вперед, можно сказать, что и правда изучили, но главное дело не заглохло на самих смотрах, кроме того об опыте морпехов стало широко известно через так называемое сарафанное радио. Как результат, боевые подразделения страдавшие от регулярных горных засад со стороны душманов, завалили министерство обороны заказами на бомбометы.
Вспомнили о такой штуке как РПУ-14. Мобильная реактивная пусковая установка о шестнадцати стволах калибра сто сорок и три миллиметра взято на вооружение ВДВ, но которое по каким-то причинам широко не использовалось. Система буксируемая, что не очень удобно, потому ее сняли с лафета и ставили на МТ-ЛБ или грузовики и она превратилась в настоящий ужас для душманов.
В ответ мятежники использовали китайского клона данной установки известной как тип-63 о двенадцати стволах калибра сто семь миллиметров, накрывая места дислокации и базы советских войск…
Но всем понятное дело такого оружия не хватило, очень много установок успели сбагрить в Африку, со складов выскребали последние остатки, опять же к ним наблюдался явный дефицит боеприпасов, а раз так, то началось военное творчество обзываемое солдатской смекалкой, но в этот раз в гораздо больших масштабах и размахом в зависимости от того к чему имелся доступ.
Сами делали платформы с минометными выстрелами — самая популярная версия, ставили сразу по три-четыре авиационных блока с неуправляемыми ракетами, дошло до того, что начали сами клепать мелкокалиберные ракетные установки чем-то напоминающие «катюши» позволявшие стрелять до километра. Как один из примеров, в качестве ракет использовали гильзы от 122 миллиметровых гаубиц М-30. От использованной гильзы отрезали дно, туда пихали пороховое ракетное топливо, заказываемое всеми правдами и неправдами, а то и самопал бодяжили из подручных средств и фьють — выстреливали электропуском с помощью машинки от «града». А в качестве боеголовки служила тротиловая шашка в оболочке из поражающих элементов или даже сам снаряд…
— Ладно товарищи, к делу.
Дальше Громов расписал общую диспозицию. По плану советские части должны были только контролировать периметр не давая возможности противнику вырваться и поддерживать огнем афганские подразделения, хотя у них имелась собственная артиллерия и танки, но тут все зависит от рельефа местности и особенностей городской застройки, когда для лучшего поражения противника нужно стрелять либо с юга, либо с востока.
— Но сами понимаете, надежды на наших союзников мало и скорее всего придется их поддерживать более активно, так что будьте к этому готовы.
Все понятливо кивнули. Какие солдаты из афганцев за год взаимодействия с ними все давно уяснили и ничего от них не ждали в плане боевой эффективности.
5
Саму операцию назначили на следующее утро, выдвинув противнику ультиматум о сдаче, дав им на раздумье целую ночь. Так-то понятно, световой день короток и к тому моменту как все подразделения вооруженных сил как советских, так и афганских прибыли на место, начало уже темнеть.
Ночь прошла хоть и в тревожном ожидании, но тихо. Противник засел в городе и особо не рыпался. Солдаты же поутру выглядели как зомби, выспаться толком в БТРах невозможно, холодно, а костры не разжечь, банально не из чего, да и просто глупо, на огонек вполне могла прилететь граната из безоткатного орудия или очередь из ДШК.
С утренней вялостью справились благодаря горячему завтраку и зарядом адреналина.
— Наша задача, под прикрытием бронетехники подобраться к окраинам города и занять здания по периметру, — объяснял задание своей роте старший лейтенант Киборгин. — Цель — успеть в короткие сроки поддержать союзников в случае возникновения у них проблем.
Дальше он обозначил здания кои следует занять отделениям.
— А если внутри будут жители?
— Скорее всего, что не будет, дураков тут мало и никто не хочет попасть под удар, но если все же таковые обнаружатся, то заприте их в одной комнате. На крыши не вылезаем, там мы как на ладони будем для духов засевших в северных кварталах.
Выкатились на прямую наводку танки, что начать гвоздить по вскрытым огневым точкам противника.
В небе снова закружили вертолеты. Самым опасным оружием для атакующих являлись минометы, вот их они должны были быстро выявить и подавить.
— Товарищ старший лейтенант, разрешите вопрос?.. — произнес один из новеньких бойцов, что явно мандражировал перед делом.
— Задавай.
— Почему они не сдаются? На что они рассчитывают? Ведь даже самому тупому дураку должно быть ясно, что они проиграют, город будет нами взят, ведь нас больше и мы технически более лучше оснащены, а нас арта, танки и вертолеты с самолетами. У них нет ни одного шанса на победу. Неужели они это не понимают?
— А они это прекрасно понимают.
— Но… я не понимаю…
— Есть две части ответа на твой вопрос Богдан. Первая часть — фанатики. Как правило это молодые пацаны четырнадцать-восемнадцать лет из местных. Им так закомпостировали мозги муллы, что они жаждут убить как можно больше неверных вторгшихся в их родные земли и попасть в рай к гуриям. Эти твари самые опасные, ибо своей жизнью не особо дорожат. Вторая — бизнес. Эта война для большинства душманов, особенно это касается различных наемников, просто способ быстрого заработка весьма значительных средств. Пристрелят тебя, получат сто тысяч афгани, пристрелят меня — двести тысяч, подобьют «коробочку» — миллион, собьют «вертушку» — два миллиона.
— Но ведь с этими деньгами им еще надо как-то вырваться из города…
— Это уже другой вопрос. Но сдаваться им резона нет. Если местные афганцы при удаче еще могут выкрутиться, кого-то могут в армию сунуть или посадить в тюрьму, то наемникам ничего хорошего не светит, тюрьма для них лучший выход из положения, а так расстреляют, царандоевцы с ними не церемонятся. А так, могут попытаться под простых горожан попробовать замаскироваться или, что вероятнее — прорваться ночью.
— Да как же они прорвутся⁈
— Да легко, — невесело усмехнулся Киборгин. — Вперед пустят фанатиков и те примут на себя главный удар, пробивая брешь в кольце, или наоборот они атакуют где-нибудь в стороне для отвлечения нашего внимания, а основные силы пойдут через участок занятый афганцами. Солдаты они никакие, ночью опять же та еще суматоха начнется, а если еще афганскому командованию бакшиш занесли в пару сотен тысяч долларов, то их арта будет много стрелять, но отчаянно мазать.
— Да как же это… — неверяще пробормотал матрос. — Это же предательство!
— Удивлен?
Тот медленно кивнул. Да и остальные из новичков выглядели потрясенными.
— Привыкайте. Это Восток, нравы здесь простые, все продается и покупается. Не верьте их клятвам и уверениям в дружбе, при первом же удобном и выгодном случае продадут и ударят в спину.
Наступил момент атаки. В небо взлетели сигнальные ракеты.
Стоило только к городу двинуться БТРам, как по ним тут же начали активно стрелять из РПГ желая заполучить за подбитую броню вожделенный миллион. Большая часть гранат пролетала мимо, сказывался недостаточный опыт, а так же активное противодействие со стороны бронетехники. Башенные стрелки немедленно открывали ураганную стрельбу из своих крупнокалиберных пулеметов по малейшему засеченному ими движению. В таких условиях гранатометчикам толком не прицелиться и приходится стрелять навскидку.
Попадания все же случались, но экраны вполне уверенно выполняли свою функцию. Тут главное, чтобы в то же место не прилетела следом вторая граната, потому как решетки все же сильно курочило обнажая лист бронекорпуса. Но попасть в то же место в данных условиях это надо быть настоящим снайпером.
Опаснее для БТРов являлись пулеметы ДШК, что уже со средних дистанций вполне были способны издырявить корпус, но об этом отлично знали и танкисты, что держали каждый свой участок городской застройки, быстро реагировали на яркие вспышки.