Вставай, иди и умирай (СИ)

При быстром подсчете, выяснилось, что он прихватил из штаба противника около полумиллиона долларов и по полтора миллиона (плюс-минус) афганских, иранских и пакистанских фантиков.
 Глава 4 
10
В штаб Киборгина дернули только после обеда, когда стало ясно, что никаких неожиданностей не предвидится и афганские подразделения ведут проверку жилых домов не встречая сопротивления. Анатолий к этому времени составил все необходимые бумаги, на основе которых вышестоящие инстанции подготовят свои докладные для еще более вышестоящий инстанций, а те уже отрапортуют об успехах в Москву.
— Ну, герой, рассказывай, как ты умудрился оказаться в самом центре города, да еще тебе так повезло, что оказался возле штаба противника, — произнес полковник Громов с легким прищуром.
Рядом стоял полковник Овсиенко и Анатолий понял, что комбат уже успел охарактеризовать своего подчиненного не пожалев красок и следующие слова Громова только подтвердили этот вывод:
— Не получилось Ахмад Шаха поймать, так решил попробовать Турана Исмаила прибить? Звезду Героя хочешь получить, старлей?
— Было бы неплохо, товарищ полковник. Но согласен на «Знамя».
Громов засмеялся, но так, добродушно, и те, кто находился в штабе его поддержали.
— Но в данном случае все случайно получилось. Спецом я на него выходить не собирался, я еще не настолько отбитый на голову, чтобы соваться в самое логово противника. Ахмад Шах уходил с малым отрядом, а этих духов там десятки, а то и сотни.
— Давай-давай, говори дальше, не жмись.
— Получив общий приказ атаковать, я со своими бойцами двинулся по улице, услышал, что нам навстречу идет противник, не стал принимать лобовой бой, а спрятался в первом же попавшемся доме. Пропустил духов и атаковал их в тыл, когда они напоролись на оставленный мной резерв. Ну а дальше подумал, что раз воевать больше не с кем, (когда еще враг подкинет на наше направление новую группу душманов?) решил развить успех и атаковать кого-нибудь еще в спину, тем самым помочь своим соседям.
— И чего не атаковал?
— Заблудился… — со вздохом «признался» Киборгин. — Сами ведь знаете, там не улицы, а натуральный лабиринт.
— Ну да, строят там как пьяный бык поссал…
— Ага… да еще все в дыму и в итоге вообще ничего не понять, где север-юг, запад-восток. В общем увидел одну группу куда-то спешащих боевиков. Подумал, что это подмога для ведущих бой с нашими, как раз стрельба активизировалась, ну и думаю, они-то нас и приведут куда надо и там я их всех скопом положу. Пошли за ними…
— А они привели вас к своему штабу? — предположил Громов и снова хохотнул.
— Так точно. Оказалось, что это группа подносчиков боеприпасов, возвращались за новой порцией. Ну и тут сами понимаете, навести на них авиацию сам бог велел.
— Ну да… В штаб заходил?
— Нет. Зачем? Если там склад с вооружением, то могло рвануть. Что собственно и случилось…
— Почему задержался после того, как штаб был накрыт авиацией? — недовольно спросил полковник Овсиенко. — Почему сразу не ушел? Это ведь лишний риск.
— Не знаю, товарищ полковник… почему-то решил, что сейчас к штабу сбежится куча душманов, это ведь логично… и хотелось, чтобы их накрыла дополнительно артиллерия нанеся еще больший урон врагу.
— Накрыл?
— Накрыл.
— Верно, накрыл, — кивнул Громов. — Я только что оттуда… А потом еще «золотое попадание» и штаб взлетел на воздух. Там около сотни тел нашли.
— Разрешите вопрос, товарищ полковник?
— Спрашивай.
— Туран Исмаил среди погибших числится или ушел?
— Награду все-таки хочешь?
— Было бы неплохо, — повторил Киборгин, решив отыгрывать в меру тщеславного офицера, тем более что это было понятно штабным.
— Пока непонятно. Много тел сильно пострадало при взрыве, так что с опознанием имеются проблемы. Но мятежники сами в конце концов объявят, жив он или нет.
Анатолий понятливо кивнул, а внутри все невольно съежилось. Если главарь выжил, а главное спускался при этом в подвал, то может растрезвонить о том, что у него увели деньги. Много денег.
 
«Тут-то меня особисты и прихватят за задницу», — подумал он.
Оставалось надеяться, что если Туран Исмаил выжил и факт пропажи средств зафиксировал, то решил, что его обнес кто-то из своих.
«Хотя нет, своих он всех если надо из-под земли достанет и спросит, — снова подумал Анатолий. — Так что выводы сделает правильные, то есть поймет, что деньги стянули шурави, вот только станет ли об этом кричать на весь Афганистан? Все-таки зачем лишний раз позориться? Мало того, что штаб накрыли, банду его сильно проредили, его самого чуть не прибили, так еще и обокрали. В глазах остальных он так совсем неудачником станет выглядеть, а это весьма весомый фактор для аборигенов. Кто пойдет к неудачнику? Так что нет, строить из себя терпилу он не станет, в лучшем случае для всех скажет, что деньги сгорели… а то и в этом не признается».
Старший лейтенант, придя к такому выводу облегченно выдохнул. Единственное что теперь могло грозить, что он станет личным врагом Турана Исмаила. Тоже ни разу не весело. А узнать кто шарился возле его штаба навел вертолеты, а потом артиллерию ему не составит труда. Все эти киргизо-узбеки-таджики из штабных офицеров легко сольют инфу афганским коллегам за бакшиш малый, а те уже — ему.
«Так что лучше бы он сдох…» — с надеждой подумал Анатолий.
— Как сам оцениваешь штурм города при условии задымления? А то, как оказывается ты еще тот фрукт, тебя аж маршалы слушаются. Оказывается это благодаря тебе всю броню экранами прикрыли, за что тебе благодарность от танкистов и водителей броневиков… И если уж маршал «взял под козырек», то и нам простым полковникам тебя послушать будет незазорно, тем более что изначально с дымопостановкой идея твоя.
Снова все засмеялись вслед за Громовым, но на этот раз с явным привкусом иронии, хотя сам полковник смотрел на старлея цепким взглядом.
Анатолий вдруг припомнил ходившие в будущем о Громове слухи, дескать он как-то связан с наркоторговлей. Непонятно только правда или ложь. Могли ведь и политические противники оговорить. С другой стороны, то, что он творил в Московской области, кою как припадочную трясло от коррупционных скандалов, а потом целый регион, причем столичный, фактически стал банкротом, косвенно подтверждало такую информацию — если нечистоплотен оказался в финансах, то и в другом деле мог замараться.
Так же косвенно в пользу этой версии играл тот факт, что Громов побывал в Афганистане трижды, практически рекорд если не учитывать тех, кто бывал короткими наездами вроде того же Ахромеева. Только ли из-за быстрого роста карьеры, званиями и наградами просился в Афганистан? Или все же нет дыма без огня?..
«Опять же регион, очень подходящий для такого дела. Человек слаб, а имея такие возможности, крайне сложно удержаться от соблазна срубить бабло по-легкому, и рубили… — стал развивать мысль Киборгин, вспоминая, как начиная с середины восьмидесятых страну начал накрывать героиновый вал. — Может этот вызов в штаб своеобразный смотр перспективного исполнителя для грязных дел? Начинает подбирать себе команду для наркобизнеса?»
— Не очень, товарищ полковник… минусов, пожалуй, больше, чем плюсов. Вот если бы еще слезогонку пустить и что-нибудь с раздражением на дыхательную систему, тот же хлорпикрин, то…
— То противник тоже начнет использовать противогазы, — отрезал Громов. — А нас обвинят в использовании химического оружия, хотя они это дерьмо сами против своих демонстрантов при разгоне используют.
— Так точно. А учитывая широкое использование фанатиков, то задымление скорее будет играть против нас за счет того, что враг сможет подобраться вплотную.
— Ладно… Что до награды, то… оставить тебя без поощрения за такой рейд, пусть и совершенный по дурости, в тылу врага с уничтожением штаба и основного склада с оружием нельзя. «Звезда Героя» тебе понятное дело не светит, вот если бы ты завалил Турана сам, то тогда еще ладно… «Красная Звезда» у тебя уже есть… «За службу Родине» — тоже… Можно вторую дать… нет… — Громов, еще раз цепко взглянув на Киборгина, повернулся к Овсиенко и озвучил окончательное решение: — Пишите Роман Олегович представление на своего орла, на орден «Красное знамя», я поддержу.