История любви панды, или Как Кощей влюбился (СИ)

– Жаль… – притворно вздохнул Витя. – Надеюсь, что он спутает тебя с девчонкой и накинет балл за «красивые глаза».
У меня от возмущения дыхание спёрло. Я слегка пнул Витин стул. Он знал, как я не люблю, когда меня с девушкой сравнивают. А такое часто бывало из-за длинных волос. Но стричь их мне не хотелось, дураков много, каждого слушать себе дороже.
– Ладно. Не дуйся, я просто пошутил. – поняв, что сильно накосячил, пошёл на попятную друг. – Но, если бы я мог использовать свою внешность для дополнительного балла, я бы воспользовался этим. Не до постели, конечно. Но флирт никто не запрещал.
  
– Да сдался я ему… Если он на Алёнкины выпуклости глаз положил, то мои ему явно не по вкусу будут. – «тонко» намекнул на «толстые» обстоятельства. – Или думаешь он на два фронта пашет? – решил допытаться до друга.
– Я был бы не против. Такой экземпляр должен принадлежать обоим полам, а не только девушкам. – облизнул губы Витя и бросил на меня лукавый взгляд из-под очков.
А я непроизвольно напрягся. Мысль, что Алексей Владимирович может быть заинтересован в парнях, а не только девушках, ранее в моей голове не мелькала, но отдалась приятной истомой в груди и ниже. Если быть честным, то он был любимым типажом многих омег. Красивый, взрослый, но не старый, следит за собой, уверенный в себе, в общем, роскошный альфа.
Тут в дверь гримёрки раздался громкий стук и не менее громкий бас охранника Стёпы оповестил всех о том, что до начала шоу осталось 15 минут и потихоньку начали запускать народ.
Все быстро начали заканчивать приготовления и направились в сторону выхода. На выходе всё тот же Стёпа раздавал небольшие наушники, которые носили все для подстраховки и связи. Благодаря им мы могли незаметно общаться друг с другом пока выступали или вызвать подмогу во время приватов. Достаточно было сказать «Бегемот» и через минуту в приватную комнату или к подиуму подбегут двое охранников. У них какая-то система специальная, она распознает это слово в нашей речи и даст всем охранникам знать кому требуется помощь. А сами наши разговоры охрана не слышала, на этом настоял Влад, считая наше общение частью личной жизни.
Я и Витя шли в числе первых, быстро вставив наушник в ухо я пошёл вдоль коридора к неприметной двери. За ней был узкий лаз, который шёл вдоль всего первого этажа. По нему мы и попадали на подиумы. У каждого был свой личный подиум, привычное место. Мой был под номером 6 и находился почти по центру, напротив входа в клуб. Всего их было 12, но сейчас один пустовал, так как парень, что раньше танцевал переехал в другой город.
– Ну, не пуха, Кощей… – попрощался Витя и пошёл дальше, так как его подиум был под номером 11, он был ближе всего к бару.
– И тебе, Бес. – не остался я в долгу.
В клубе не афишировали личности танцоров, поэтому мы всегда выступали в гриме, либо в масках и под псевдонимами. Это было необходимо для того, чтобы не было приставаний от альф вне стен клуба. Но иногда это не спасало, были случаи, когда парней поджидали у машин и пытались затащить в тёмный переулок.
Мне было абсолютно наплевать на то, что кто-то узнает меня. Моей семье известно о том, что я предпочитаю парней, хоть отец и не одобряет, и часто пытается пригласить на ужин очередную дочь-альфачку сослуживца и бизнес-партнёра. Но от них меня мороз по коже. Мама у меня же – золото! Она сразу приняла мою откровенность и лишь пожелала найти достойного мужчину, как моего отца. Не дай Бог!
Отец отличался непримиримым характером, часто мог вспылить и наговорить лишнего. Но потом он успокаивался и пытался загладить вину, только никогда не говорил слов извинений. Таким уж был отставной подполковник Фёдор Раков. А жену он нашёл полную противоположность. Спокойная, как удав, вежливая и неконфликтная омега всегда сглаживала углы, которые возникали при общении с моим отцом.
Пока я в очередной раз вспомнил о том, что приглашён на следующей неделе на семейный ужин, на котором отец опять будет знакомить меня с очередной девушкой, ко мне незаметно подошёл Егор и тронул за голое плечо. От неожиданности я вздрогнул.
– Филипп, всё хорошо? Ты замер перед дверью и стоишь уже пару минут с пустым взглядом. – с волнением в голосе спросил он, заглядывая мне в глаза.
«А всё-таки красивый он парень» вдруг мелькнула мысль. Уж очень женственно выглядел Егор со слегка вьющимися золотыми волосами до плеч и светло-карими глазами оленёнка Бемби. Фигура тоже у него женственная: пышные бёдра, небольшой рост, даже меньше моего, сам стройный, но гибкий. Если бы был девушкой, то его отец одобрил бы. Но вот моему вкусу он совсем не соответствовал, я предпочитал крепких и сильных мужчин. И уж точно, мой предполагаемый парень, должен быть старше меня, ну, или ровесником. Вот Алексей Владимирович идеально подходил под мои параметры!
На этой мысли я споткнулся и решил вернуться в реальность, где преподаватель истории ставит хорошие оценки только тем, у кого грудь четвёртого размера, а не парням, что танцуют полуголыми в клубе.
– Да нет, у меня всё нормально, задумался о планах на неделю. – ответил Егору и видимо его успокоил, потому что он кивнул и пошёл к соседней двери с числом 5.
– Тогда готовься, осталось 5 минут до начала нашего общего танца. – сказал он и открыл дверь.
Я кивнул ему и тоже зашёл в свою дверь. Меня встретил привычный серебряный шест и деревянный покрытый лаком пол. Выступали мы всегда босиком, поэтому пол на подиуме был с подогревом.
Я уже слышал вступительную речь Влада о том, чему посвящён сегодняшний вечер. Поэтому начал делать небольшую растяжку и разогревать мышцы.
  
  
 Глава 2.  
 «Вы можете дожить до ста лет, если откажетесь от всего, что заставляет вас хотеть дожить до ста лет». — Вуди Аллен, американский режиссёр, актёр. 
 Алексей Охоткин 
– Привет, Лёх, какие планы на завтра? – позвонил мне вечером пятницы мой друг детства Ярослав.
Мы с Яриком постоянно были вместе, так как наши родители были друзьями, и мы всё свободное время проводили вдвоём. Ходили в один садик, школу, секцию по карате. Лишь когда поступили в институт мы разошлись. Яр пошёл в академию управления МВД, а я в МГУ на исторический факультет. Но это не мешало нам тусить на выходных, веселиться, летом ездить на море.
Ещё больше нашу дружбу сплотило то, что когда нам было по 18 и мы поступили на первый курс, то оба как-то осознали свою ориентацию. Конечно, друг друга мы не интересовали в этом плане. Просто в один момент и я, и Ярик поняли, что девушки нас не интересуют. Сначала было неловко, ведь я не знал, как Ярослав отреагирует на мою откровенность, у него были те же проблемы. Но скрывать такое от лучшего друга, почти родного брата, с каждым годом становилось сложнее.
Но стоило один раз нам напиться до радужных пегасов и всё как-то само всплыло.
В тот день мы праздновали моё 22-летие. Поехали в ресторан и ели, пили. Что у меня, что у Ярика были на тот момент подставные подруги, с ними и сидели. А после второй бутылки коньяка язык развязался, и мы оба высказали девушкам о том, что те не очень нас привлекают, даже наоборот. За это я получил пощёчину, а Ярику на голову вылили какой-то коктейль.
После каждый излил друг другу душу. Мы не долго горевали и решили поехать в новый гей стрип-клуб. Он тогда только открылся и обещал незабываемые ощущения. Такие мы и получили. Танцоры были очень красивыми, у шеста показывали целое шоу, от которого взгляд оторвать не получалось. Особенно мне понравился один блондин с длинными волосами. Я даже хотел заказать приватный танец, но уж больно у него была высокая цена, поэтому мы выбрали более недорогой вариант.
С тех пор на каждый мой день рождение мы ходили в «Аполлон», тот самый стрип-клуб. И как раз завтра мне исполниться 27. Так что вопрос Ярика был чисто риторическим.
– Да как обычно, Ярик. Видеть твою пьяную рожу на фоне полуголых стриптизёров. – в тон ему ответил я.