Сила юности, магии и куная (СИ)

Ещё не рассвело, так что Сириус, подсвечивая себе палочкой, разворачивал какую-то толстую бумагу, сложенную в несколько раз. Магические светильники в Западной башне имелись, пусть и не в таком количестве, как в центральном донжоне, но Сириус их почему-то не включил. Может, не знал как, а может, не мог из-за своих ограничений в магии.
Бумага, над которой он склонился, что-то побуркивая себе под нос и размахивая палочкой, вызвала вспышку ассоциаций, и я вспомнил! Это же какая-то там карта, которая показывала Хогвартс и его обитателей. Сразу прошиб холодный пот, так как мы со Снейпом-сенсеем смотались в мир Кибы в среду и пробыли там почти сутки, то есть два часа местного времени. А если нас по такой карте проверят и увидят, что нас нет в замке? С другой стороны, у Сириуса были уроки в это время, он вряд ли светил таким артефактом во время занятий.
Я быстро и осторожно обошёл Сириуса, прошёл в тот самый класс, спрятал мантию в свиток и сел за письмо для родственников. Шаги Сириуса послышались за дверью, и через пару секунд он заглянул ко мне.
— Гарри?! Доброе утро, ты чего здесь делаешь в такую рань? — бодро спросил он. В руках, кстати, карты уже не было.
— Сириус, сегодня суббота, полвосьмого утра. Это ты почему не спишь? — вопросом на вопрос ответил я.
— Ну, — потёр шею крёстный, — я вчера днём выспался, у меня кроме первого занятия со второкурсниками Хаффлпаффа и Рейвенкло уроков не было.
— Хорошо, а как ты меня нашёл? Ты что, следишь за мной? — перешёл я в наступление. — Я везде на тебя натыкаюсь. Даже если специально прячусь от тебя. Так что это что ты здесь делаешь?
— Э… Пришёл написать письмо?.. — неуверенно спросил Сириус, оглядываясь и замечая парты, перья и чернила с бумагой.
— И кому это? — требовательно поинтересовался я.
— Ладно, я просто так пришёл, ты меня раскусил, — фыркнул Сириус, сложил руки на груди и бухнулся задницей на парту. — И что значит твоё «специально прячусь»? — спохватился он.
— То и значит, — буркнул я. — Тебя слишком много. Ты даже хуже Локхарта, который меня постоянно вылавливал, чтобы я с ним сфотографировался или помогал ему писать письма для поклонниц. Ты достал!
— Но, Гарри… — захлопал синими глазами Сириус. — Я же как лучше, я же…
— Ты шпионишь за мной! Ты мне проходу не даёшь! Я с друзьями не могу пообщаться нормально. Да даже письмо написать родственникам — ты тут как тут! — даже накручивать себя специально не пришлось, я на самом деле злился на него. — Как ты нашёл меня? Какие-то чары?
Сириус смущённо потёр щёку.
— Я по прибытии в Хогвартс сразу вспомнил про «Карту мародёров». Помнишь, я тебе говорил, что мы себя называли так с твоим отцом, Римусом и… Петтигрю. Её у нас когда-то конфисковал Филч. И она так и пролежала у него в каморке. И я её забрал. Всё же мы её столько времени делали, — Сириус со вздохом достал из кармана тот самый сложенный в несколько раз лист и коснулся его палочкой. — Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю!* Это такой пароль, чтобы карта открылась, — пояснил он.
Чистые листы на самом деле начали прорисовывать линии, в которых я узнавал коридоры и комнаты Хогвартса. Маленькими значками с подписями были написаны имена. Я быстро нашёл подземелья и лаборатории.
— К сожалению, мы вообще не смогли попасть на факультет Слизерин, — заметив мой взгляд, пояснил Сириус. — Даже в их гостиную. Тут в карте довольно сложные чары. Это полноценный артефакт. И для того, чтобы его сделать, Хвосту пришлось… — Сириус осёкся и помрачнел. — Неважно. В общем, почти все помещения и коридоры есть. Нет только некоторых спален факультетов, куда мы не смогли попасть и поставить специальные руны, которые связаны с картой, и некоторые башни не так подробно. Я тут тебя немного потерял, например. Мы хотели оставить эту карту другим поколениям мародёров и специально Филчу с ней попались на последнем курсе.
— И как же другие «поколения мародёров» должны были пользоваться картой? — спросил я, потому что стоило мне задеть лист, как все чертежи сразу пропали, и карта стала выглядеть как чистый лист, только старый и потрёпанный.
 
— Да, тут защита стоит и нехилая, — довольно хмыкнул Сириус. — Вообще, надо было сказать «шалость удалась», чтобы всё пропало. А при активации держаться тем людям, которые могут видеть карту. Но если другой человек схватит, то всё само исчезает. А при неправильном пароле карта пишет всякие… хм… всякое. А что касается твоего вопроса, то мы оставили несколько подсказок следующим поколениям. И людям, которые сделают определённое количество шалостей, они откроются. И пароль, и как найти карту — тоже. Последним испытанием было как раз выкрасть карту у Филча. Но, видимо, за прошедшие годы то ли таких студентов не нашлось, то ли мы что-то напутали… А хотели Легендой Хогвартса стать.
— Ясно, — кивнул я.
— Ну хочешь, я тебе эту карту отдам, Гарри? — заискивающе спросил Сириус. — Раз тебе так не нравится и кажется, что я тебя преследую, то… Можешь её у меня забрать, чтобы соблазнов не было, — он вздохнул и посмотрел на меня жалостливо.
Меня долго уговаривать было не надо, и карта быстро перекочевала в мой карман.
— Ты бы… Занялся чем-то, — посоветовал я после минутного гнетущего молчания. — Уроков у тебя не так много. Нашёл бы ещё какое-то занятие. Даже вот с картой этой. Мы когда на первый курс пошли, так в замке путались. Если бы была хотя бы схемка какая-то, как не заблудиться, хотя бы где факультет находится, как в Большой Зал дойти, где классы учебные или теплицы — здорово бы было. А потом бы первокурсники эти карты следующим давали. За год-то точно все нужные классы найдёшь и всё запомнишь. А то у нас некоторые перваки всё ещё путаются, а уже сколько месяцев учатся. Даже карту такую можешь обозвать как-нибудь вроде «Путеводная звезда Сириуса». Вот это точно будет легендой Хогвартса. И всем это поможет. И ученики не будут опаздывать и теряться и будут поминать тебя добрым словом.
— Я бы смог, наверное, — задумчиво почесал он щёку. Было видно, что идею он рассматривает, и та ему нравится. — И много магии не потребуется. Там руны, а по поводу некоторых чар можно с Флитвиком поговорить. Но зелье надо специальное для чернил… нам его вообще-то Лилс варила. А сейчас не Снейпа же просить?! Ты мне сам тогда сказал…
— А что у вас за странные отношения с профессором Снейпом? — осторожно спросил я.
Сириус немного смутился и отвёл взгляд.
— Ну, мы, в общем-то, учились вместе, и он на Слизерине был… А мы на Гриффиндоре. Короче, там же, на Слизерине, одни тёмные волшебники учатся. Я из-за этого и не пошёл туда, хотя все Блэки на Слизерин много поколений поступали. Вот мать тогда взбесилась! И Рэг… Он сказал, что я дурак, а потом мать всё пилила и его в пример ставила. А со Снейпом… Ну, как-то с самого начала не задалось. Мы ещё в поезде поцапались, и он весь из себя такой надменный, сразу видно, что из этих… А потом так и оказалось, — очень быстро и сбивчиво сказал он, но потом немного вдохновился и более уверенно продолжил. — Ну и ещё Лилс всё время с ним тусовалась, а это Джейми не нравилось. Мы хотели его отогнать от Лилс. А он знаешь какой вредный и столько тёмных проклятий умеет насылать. Джейми и я не раз в Больничном крыле потом оказывались. А ещё подставлял постоянно нас, что мы к Филчу как на работу ходили. Из-за этой слизеринской гадины приходилось руками работать! Теперь вот и деканом стал и такому же, наверное, этих слизеринцев и учит.
Нестерпимо захотелось окунуть его в гоблинский водопад. На всякий случай.
 
— Сириус, тебе не кажется, что пора вырасти из студенческой мантии и повзрослеть? — спросил я. — Мне двенадцать, и я вижу, что ты ведёшь себя как ребёнок. Из того, что я услышал, это какие-то детские обиды, основанные на байках и страшилках. Когда мы ехали в поезде в школу в первый раз, к нам тоже «агитаторы» подсаживались и эти страшилки рассказывали. Тебе напомнить, что твой друг, который учился с тобой на Гриффиндоре, а вовсе не на Слизерине, предал тебя и моих родителей? Вы начали нападать на профессора Снейпа, он защищался и нападал на вас. Правильно я понял? Как бы ты отреагировал, если бы собралось четверо Хаффлпаффцев и давай тебя оскорблять и всякими проклятиями запускать? А ещё они с моей мамой были из одного городка и дружили с детства — это он мне сказал, когда я у него то же самое спросил. А вы запугивали её и запрещали им общаться, как друзьям.