Сила юности, магии и куная (СИ)
По поводу Тайной Комнаты мы с сенсеем много говорили в тот день, когда из неё вернулись. Когда такая комната именно тайная… Слишком много интриг и заговоров вокруг неё вьётся, причём с большой вероятностью, что могут пострадать студенты и мои друзья, да и, собственно, василиск.
Сенсей даже поинтересовался, сможем ли мы открыть доступ в Чёрные Пещеры Годрику. Но я объяснил, почему это невозможно. Кроме того, что Годрик явно как-то завязан на магию Хогвартса и без неё, скорее всего, погибнет, мы просто не сможем столь старое магическое существо протащить в крошечный прокол между мирами. Это слишком опасно. Как для нас, так и для Годрика и для всего Мира Чёрных Пещер. Да и Годрик… у него есть своя причина для жизни, свои задачи. Он охраняет Хогвартс, избавляет замок от колоний грызунов. Как бы должен поставлять яд и ингредиенты для лаборатории замка. Возможно, что он тысячу лет поддерживает своим существом само здание школы, это своя магически-экологическая ниша. Не нам этим распоряжаться по своему усмотрению.
В общем-то, мы решили, что тайна Тайной Комнаты должна быть раскрыта.
План был прост, не лишён изящества и некоторой театральности. Когда мы его разрабатывали, сенсей мстительно ухмылялся, и мне казалось, что он будет хихикать и потирать руки.
Может, конечно, не очень хорошо было использовать наше напыщенное недоразумение в голубой мантии, но… Локхарт уже заколебал своими постановками, когда заставлял нас разыгрывать сценки из его книг на уроках. Ко мне он прикапывался больше всех, и я уже с трудом сдерживался. Но упорно делал вид, что не понимаю, как играть, и не вёлся на провокации. Полезно, а то с этим переходным периодом…
Ну, вот мы и ему сделали постановку, раз он так любит… театральность.
В общем, я подошёл к нашему сиятельному красавцу в понедельник, шестнадцатого ноября, и заявил, что всё же хочу немного поучиться зельям у него. Это слышал Хигэканэ, и Локхарт попросил директора дать ему лабораторию для занятий со мной. Хигэканэ поразводил руками и, можно сказать, вынудил Снейпа-сенсея разрешить нам заниматься в одной из его лабораторий.
Снейп-сенсей сказал, что заниматься мы будем только в его присутствии, отчего наш директор только порадовался.
Ну, а в лаборатории… Был настоящий спектакль для нашей знаменитости, которая внезапно, случайным образом бросив ингредиенты в котёл, вдруг изобрела эликсир понимания змей. Конечно, использовав при этом основу Снейпа-сенсея, но моментально добившись «нужного эффекта». Там было «слово за слово», хвастовство на хвастовстве, и будто бы Снейп-сенсей уступил и сказал «ну попробуй, раз такой крутой!»
А затем, значит, случилось чудо. И мы сразу и определили, что у него в котелке забулькало чудо-зелье, над которым Снейп-сенсей «не первый месяц безрезультатно бился». Добрый дядя Гилдерой предложил опробовать зелье на мне. Снейп-сенсей сказал, что «Поттера не жалко». А я типа обиделся и не отказался. И что удивительно, всё понял о том, что сказала гадюка в террариуме! Конечно, при подаче мне напитка был маленький и незаметный фокус с подменой.
Своё варево попробовал и Локхарт. И убедить его в том, что и он стал понимать язык змей, вообще не составило труда. Волшебство вообще классная вещь, а зелья, они очень многогранны в использовании.
Снейп-сенсей изобразил смертельную обиду и съязвил, что с такими талантами Гилдерою пора объявить себя наследником Слизерина и открыть Тайную Комнату. Не знаю, что было подмешано в тот «волшебный эликсир», но Локхарт очень воодушевился и побежал навстречу приключениям. «Случайно» махнул рукой и перевернул котел с нашим «парселтанговым переводчиком». Увы…
Дуракам и красавчикам везёт, и Тайную Комнату мы как-то так вдруг и нашли. Вела нас змейка, с которой мы договорились об этом. Снейп-сенсей сопровождал нас в качестве наблюдателя-скептика.
Ну, а дальше… Мы спустились в трубу, и Локхарт, когда мы дошли до выползка, внезапно решил присвоить сокровища и «шкуру чудовища», которого якобы убил, а нам со Снейпом-сенсеем стереть память, как делал со всеми волшебниками, чьи подвиги присваивал себе, чтобы писать об этом книги. Я даже не ожидал такого, думал, что «приключения» пройдут более мирно. Мы и Локхарта использовали, чтобы в стороне постоять, пока он будет в камеры улыбаться и автографы раздавать.
В общем-то, кто Локхарт и кто суровый Снейп-сенсей?! В короткой схватке победил, естественно, сенсей, а затем мы прошли с ним дальше и обнаружили хорошего и доброго школьного василиска, который через меня пообещал нам ловить мышей и крыс в Хогвартсе и раз в месяц выдавать пинту своего яда за овцу лично Снейпу-сенсею. Ну и охранять школу, как он делал всегда.
Затем сенсей вызвал авроров и отправил патронуса к Люциусу Малфою. Так что через пару часов я, выпучивая невинные зелёные глаза, рассказывал, «как было дело» всему Попечительскому совету, директору, преподавателям и представителям Министерства Магии.
Локхарта арестовали для выяснения всех обстоятельств и за попытку нападения на ученика. Даже жаль его стало.
Ну, и немного не удержался я от хвастовства, тем более, что «для друзей у меня нет секретов», а запретить всё разбалтывать мне не успели — все были в шоке и блестели глазками. Так про Тайную Комнату и василиска в ней узнали уже все остальные в школе.
Мой «языковой дар» посчитали приобретённым вследствие эксперимента Локхарта, хотя корили Снейпа, что он позволил экспериментировать на учениках. Но он сказал, что у него «наготове было несколько универсальных противоядий, а Поттеру надо думать самому, на что соглашаться». И сам же подвёл «научную базу», почему у меня эффект оказался более длительным, чем у Локхарта: «всё из-за взаимодействия со слезами феникса, которые в крови мальчишки ещё с прошлого года». Тогда Хигэканэ как-то быстро свернул обсуждение моих приобретённых свойств.
До всех донесли, что Тайная Комната — это большой террариум для василиска, и кроме огромной змеи больше там ничего интересного нет. Умывальники, кстати, оставили открытыми, на случай, если «у Поттера пропадёт его дар». Больше всех переживал Хагрид, что он в трубу не помещается — ему хотелось посмотреть на василиска. Правда, Годрик всё равно по моей просьбе никому не показывался.
Туалет за прошедший месяц переоборудовали, как вход в комнату василиска, и закрыли на чары сразу всех четырёх деканов, чтобы детки не лезли. Даже повесили в тот проход кучу портретов для охраны, а Плакса Миртл должна была сообщить главным привидениям, если кто-то будет пытаться проникнуть к василиску.
По идее, Комнату должны вскрывать раз в месяц, чтобы забрать ингредиенты и покормить василиска. По нашей с ним предварительной договорённости как раз в тот понедельник Годрик должен был сам сливать свой яд в придуманную сенсеем «собиралку», всё ставилось на школьный учёт, а с выползками уже разбирались сами.
Кстати, я нежданно-негаданно, благодаря своему уже адвокату Дэниелу, получил премию за обнаружение Тайной Комнаты от Попечительского совета — тысячу галлеонов. Огромные деньги. Даже пришлось с разрешения МакГонагалл ехать в банк, чтобы положить их в сейф. Кстати, Снейпу-сенсею тоже дали такую же премию. И он поехал в банк со мной, чтобы завести свой сейф.
Всё за то, что мы такие честные оказались.
А ещё мне и ему, тоже благодаря Дэниелу и его отцу, теперь по контракту со школой полагалось по пять процентов от забранных у василиска материалов. О первой пинте яда мы умолчали, это на свои нужды, а так очень даже неплохо получается — фиал с унцией яда раз в месяц. Хранение у него весьма длительное, а яд василиска нынче очень в цене. То же Мунго сразу со школой подписало контракт на поставки яда для лекарств. Он, оказывается, во множество старинных рецептов входит, а аналогов нет.
Также нам достались «премиальные метры» выползка, который был в коридоре.
«Шкура василиска» могла использоваться в зельеварении и ритуальной магии, а также ценилась за свою редкость, но даже если содрать шкуру с живого василиска, она сильно уступала по прочности драконьей. В общем, часть выползка пополнила лаборатории Хогвартса, часть была распродана по кускам, деньги пошли на ремонт школы, закупку оборудования и прочее. Больше всего порадовало, когда купили новые мётлы на уроки полётов — последние модели «Чистомётов», а командам по квиддичу — двадцать восемь «Нимбусов 2000», по семь на каждую команду. Оливер Вуд меня из-за этого чуть ли не на руках носил, да и капитаны Рейвенкло и Хаффлпаффа — тоже. А ещё в честь такого события, как «обретение школой древнего василиска», устроили Рождественский Бал для старшекурсников в следующую пятницу — перед отъездом на каникулы. За это меня пытались затискать все девчонки, даже со Слизерина.