Охотница на Лис (СИ)

— А почему с Вами этого не случилось? — спросил один из студентов в первом ряду, подняв руку.
Лис усмехнулся:
— Потому что у меня яйца оказались крепче. Потому что там, где другие зассали, я пошел до конца. Ну и потому, что команда мне попалась отличная. Это одна из самых важных составляющий — рядом должны быть люди, к которым не страшно повернуться спиной. Бизнес — это та сфера, где люди с легкостью пойдут по головам, всадят нож в спину и отымеют тебя так, что сидеть потом будет очень сложно. Вопрос лишь в том, что ты выберешь — чтобы имел ты, или чтобы имели тебя. Я предпочел быть сверху.
Глядя на слегка вытянутые от удивления лица слушателей, Лис испытывал чувство удовлетворения. Он прекрасно понимал, что не должен был говорить такие вещи, или хотя бы подбирать слова помягче и поприличнее. Но Воронцову было откровенно плевать. Он согласился участвовать на своих условиях, а правила всегда раздражали его. Тем более, его брат всегда говорил, что с людьми нужно разговаривать на понятном им языке. И что-то подсказывало Елисею, что никто бы не оценил, если бы он начал разглагольствовать, на подобие других мудреных профессоров. Он не был одним из них. Лис был простым парнем, которому в своё время повезло.
— Знаете, в сфере обслуживания действует главное правило «Клиент всегда прав», — продолжил Елисей с легкой усмешкой, — Вот, как по мне, так это полнейший бред. Нет, я не спорю — желания тех, кто вам платит, нужно уважать, но что делать, если ваш клиент — полный идиот? А ведь таких — подавляющее большинство. И все они приходят к вам, что-то требуют, нередко орут. В конце рабочего дня есть лишь одно желание — двинуть в дыню и хорошенько обматерить. Вот я советую иногда идти на поводу у своих желаний.
— Но это ведь как-то неправильно, — робко обронила девушка со второго ряда.
Воронцов кивнул:
— Есть такое. Но я придерживаюсь мнения, что неправильно лезть, куда не просят. Запомните одну вещь — профессионалы вы, а не они. Эти люди пришли к вам. Неважно, чем вы будете заниматься — работать в ресторане, фитнес-клубе, станете главой крупной корпорации или загнетесь в придорожном мотеле. Они пришли к вам, а не вы к ним. И даже тот факт, что они платят, не позволяет им указывать, как вы должны поступать. Конечно, если вы действительно профессионал, — добавил с ухмылкой мужчина, — А если нет, мой вам совет — не суйтесь.
Аля сидела и её слегка потряхивало от раздражения и злости. И если раздражал её мужчина, который, по её мнению, нес откровенную чушь, то злилась она всё же на себя. Девушка сама не понимала, почему поддалась уговорам, которые и уговорами то не назовешь, и всё же пришла на лекцию Елисея, наплевав на всех тех профессоров, с которыми она мечтала поговорить. Аржанова не знала, чего ждать от незнакомого бизнесмена, но она уж точно не ожидала, что тот начнет вот так, фривольно и даже почти нагло выражаясь, разглагольствовать о том, у кого яйца больше. Это была научная конференция, на которой юные умы должны были получить массу новых знаний. И что дал им этот бугай с лицом уголовника и телом рестлера?! Да он же просто погубит в них те робкие зачатки энтузиазма и желания, которые у них есть.
До конца не осознавая, что она делает, Аля подняла руку и громким, ясным голосом произнесла:
— Можно вопрос?
Елисей бросил на неё быстрый взгляд и кивнул:
— Конечно. Я ведь здесь за тем, чтобы отвечать на ваши вопросы.
— Как Вы вообще с таким подходом к жизни и работе решились открыть своё дело? Я имею в виду — с чего Вы взяли, еще тогда, в самом начале, что у Вас получится?
Лис потер подбородок, размышляя над ответом. Он безошибочно понял, что Аля почему-то злится на него. Видимо, девушка была из тех идеалисток, для которых над небом всегда светила радуга, а единороги дружными табунами щипали травку на лугу. Либо такими были все остальные, и ей просто не хотелось, чтобы мужчина неосторожным словом пошатнул этот шаткий студенческий мирок.
Улыбнувшись, Елисей пожал плечами, прежде чем ответить:
 
— Как я уже сказал — мне повезло с командой. Точнее, с одним из её членов. Я вам сейчас откровенно признаюсь — я не шибко умный. Нет, я не тупой, как пробка, — в зале послышались слабые смешки, да и сам Воронцов посмеивался, глядя в серьезные карие глаза Али, — Но и гением себя не считал. Но у меня очень умный и проницательный брат. И когда я пришел к нему за советом, думая о том, что, наверное, лучше сразу отказаться от этой идеи и просто сдаться, он переубедил меня. И первое время очень помогал — с подбором персонала, в основном.
Лис улыбнулся своим воспоминаниям, погружаясь в прошлое, когда он был молодым, амбициозным, и дико страшился неудачи. Но всё же рискнул, и не прогадал. Ведь всего этого у него могло и не быть, если бы не один разговор с братом.
— Он сказал мне одну вещь, которая смогла поставить всё в моей голове на место. Когда я признался, что меня страшат мнения окружающих, и я боюсь критики, он процитировал двадцать шестого президента США. «Не критик имеет значение. Не человек, который указывает, где сильный споткнулся, или где человек, который делает своё дело, мог бы справиться лучше…»
— «Уважения достоин тот, кто сам стоит на арене…» — продолжила Аля цитату Теодора Рузвельта, глядя на Елисея широко распахнутыми глазами и словно не веря, что этот человек мог запомнить нечто настолько фундаментальное.
Воронцов кивнул, улыбнувшись:
— Важно пытаться, совершать ошибки и промахи, потому что без них не обходится ни одно дело. Я это запомнил навсегда. Поймите, я не пытаюсь разубедить вас, как и пошатнуть вашу веру в себя. Нет, я хочу лишь, чтобы вы сами поняли, чего хотите от этой жизни. И готовы ли вы рисковать всем, ради достижения цели. Я признаю — мне доводилось ходить по головам, и я не стыжусь этого. Я шел к своим целям, добился того, о чем мечтал, хлебнул и хорошего, и плохого. Но, как говорил всё тот же американский президент, зато я никогда не буду среди тех робких душ, которым не знакомы ни победа, ни поражение.
Произнося эти слова, Елисей не сводил внимательного взгляда с лица Али, которая, к его величайшему удивлению, покраснела и отвернулась, не выдержав эту пытку взглядом. Лис же, довольный такой реакцией, удовлетворенно улыбнулся. Он понял, что Игнат был прав — не возраст делал женщину желанной. И если Аля так запала ему в душу — стоит что-то предпринять. Да, его может постигнуть неудача, но в конце концов, Лис успокоил себя тем, что не ошибается тот, кто ничего не делает.
*История Дана Воронцова описана в романе «Переступая черту»
  
глава четвертая
 
Глава четвертая.
— Никогда не забуду твоё лицо! Серьезно — оно будет преследовать меня даже по ночам!
Как бы я не пыталась, сдержать довольный смех было выше моих сил. А уж глядя на вытянувшееся лицо Марины, на котором всё еще красовалось выражение крайней степени брезгливости, хохот накатывал на меня с новой силой.
А ведь я предупреждала её, что не нужно на лабораторные работы выряжаться так, словно она собралась на показ мод. Ведь препарирование лягушек мы проходили год назад, и уже перешли к более сложным случаям. Например, принятие родов у собаки. Которые прошли с некоторыми осложнениями. И вот, конец занятия моя лучшая подруга благополучно пропустила, потому что провела добрых полчаса в уборной, в попытке оттереть пятна крови с очередного дизайнерского свитера. Что у нее вышло не очень хорошо, так что, сверля меня крайне недовольным взглядом, подруга куталась в пальто, пряча запачканную одежду.
 
— Ты — отвратительная подруга! — заявила Марина, когда я, наконец, смогла взять себя в руки, и мой смех стих.
— Неправда, — покачала я головой, улыбаясь, — Я столько раз просила тебя надевать халат во время операций. Не моя вина в том, что чувство стиля в тебе берет верх над разумом.