Охотница на Лис (СИ)
Лис горящим взором практически ощупывал незнакомку, подмечая всё — как блестят усыпанные стразами лямки её черного топа, как по обнаженной спине течет, поблескивая в свете прожекторов, капелька пота, как черные тени чуть осыпались под ее глазами, а к шее прилипло несколько коротких темно-каштановых прядок волос. Танцевавшая рядом с ней девушка в зеленом платье — видимо, подруга, — что-то крикнула ей в ухо, и Елисей увидел, как взгляд её сфокусировался, словно она вернулась в реальность. Мягко улыбнувшись подруге, она кивнула, и девушки вдвоем приблизились к барной стойке.
Лис, не желая пропустить ни секунды, повернулся на стуле, который он занимал, и продолжил наблюдать. С долей удивления он заметил, как Игнат, явно флиртуя, что-то спросил у рыжей, но та, держась более чем прохладно, заказала какие-то напитки. Ничуть не расстроившись, Игнат ловко выполнил заказ, а после подошел к Лису, заметив, как внимательно тот на него смотрит.
— Знаешь их? — кивнув в сторону девушек, спросил Воронцов.
Игнат покачал головой:
— Нет, но был бы не против исправить это недоразумение. Вот только меня упорно отшивает эта рыжая красотка.
Лис скользнул по обозначенной девушке равнодушным взглядом, и моментально сделал вывод — стерва. Он, конечно, не умел читать людей с такой же легкостью, как его брат, но в женщинах толк знал. Не с пустого места ведь отговаривал малого жениться в первый раз — сразу понял, что братишке достался гнилой фрукт.
Так же и с этой рыжей — да, Лис не отрицал, что она была весьма красива, но было в ней что-то такое, что не то, чтобы отталкивало, но не ставило её выше остальных. Другое дело — её подруга, которая с самым безмятежным видом попивала что-то из высокого стакана.
— Что ты им налил? — спросил Елисей.
— «Мохито», — тут же отрапортовал Игнат, — Рыженькой красотке — с двойным ромом, а вот её подруга от алкоголя отказалась.
Воронцов тут же поставил еще один невидимый плюсик рядом с этой девушкой. Пьющие женщины его слегка напрягали, потому что он не знал, чего от них ждать. Девушки и трезвыми то порой творили разную дичь, а уж под градусом от них можно было ожидать всего, вплоть до поножовщины.
Игнат, следящий за другом, который в очередной раз «залип», вдруг хохотнул и хлопнул опешившего Лиса по плечу.
— Чувак, ты что, запал на неё? — воскликнул он.
— На кого? — прикинулся дурачком Воронцов.
Но Игнат на это не повелся, продолжая ухмыляться.
— На ту самую, подругу моей нимфы.
— Прям таки твоей? — фыркнул Лис, — Лично мне показалось, что тебя отбрили, дружище.
— Это временные трудности, которые лишь закаляют настоящие чувства! — махнул рукой Васильев, — Но ты не отрицаешь! Лис, подойди к ней!
— В смысле? Как подойти?
Игнат посмотрела на друга так, словно тот сморозил невесть какую глупость. Было от чего удивляться — Елисей оправдывал не только своё имя, но и кличку, которая возникла от вполне очевидного сокращения. Мужчина был по натуре своей охотником, и проблем со знакомствами у него никогда не возникало. Если Лис хотел женщину — он её получал. Это было законом, непреложной истиной.
Видеть как взрослый, уверенный в себе мужчина, который буквально излучал мужскую, почти животную энергию, пасует и не знает, как подойти к девушке, было очень странно и непривычно. За все годы, что они были знакомы, Игнат был свидетелем не одного десятка побед друга на любовном фронте. Правда, все романы были скоротечными, и чаще всего к следующей вечеринке Лис был снова холост и одинок, но это были детали.
Так и не разобравшись, что стряслось с его другом, Игнат закатил глаза и ответил полным сарказма голосом:
— Ногами! А ртом спросить имя и телефон.
Лис фыркнул, но спорить с другом не стал. Повернувшись, он собрался уже спрыгнуть со стула, чтобы сделать первый шаг, но с удивлением увидел, что место девушек уже заняла какая-то другая пара. О том, что незнакомка и её подруга вообще стояли там, говорили лишь их пустые стаканы, и зажатая под одним из них купюра.
Резко обернувшись, Воронцов взглядом просканировал пространство, но нигде не смог он разглядеть двух подруг. Видимо, они решили закончить свой вечер, или же отправились в другое место.
— Поздравляю! — крикнул Игнат, тоже заметив пропажу, — Ты официально баран! И благодаря тебе я тоже им стал, ведь упустил возможность подсунуть той рыженькой свой номер телефона! Спасибо тебе огромное! Больше мы их не увидим!
— Увидим, — хмуро отозвался Лис, — Если они местные, то рано или поздно вернутся.
Но сам мужчина не был уверен в правдивости собственных слов. В груди неприятно заныло — там скребся его маленький Демон Упущенных Возможностей. Лис, который давным-давно дал себе слово не бояться и рисковать, долгое время подкармливал его самыми рискованными поступками, вроде открытия клуба в чужом городе, а потом и стране.
И теперь маленький комочек в области сердца чувствовал себя голодным и обделенным. Отставив в сторону бокал с едва пригубленным пивом, Воронцов махнул рукой другу и отправился домой.
В конце концов, выходные ему предстояли тоже насыщенные и полные некоторых волнений.
глава третья
Глава третья.
Когда Марина однажды спросила у меня, почему я вообще решила, что быть волонтером — это хорошая идея, я в первую секунду растерялась и не знала, что ответить. Просто для меня помогать было также естественно, как дышать. Как и любой ребенок, который растет только с одним родителем — в моем случае, этой половинкой была мама — я с детства привыкла быть рядом с ней, чтобы поддержать в случае чего. Позже её сменила моя безбашенная тетушка, и ответственности у меня даже прибавилось. А чуть позже я поняла, что мои навыки могут пригодиться и за пределами семейства, и стала вписываться чуть ли не во все мероприятия, в которых требовались добровольцы.
Было в этом что-то совершенно особенное — знать, что я своими действиями, хотя бы чуть-чуть, но помогаю другим. И неважно, что от меня требовалось — раздавать буклеты, помогать записывать участников или же спасать раненых щенков — я отдавалась делу полностью.
И если у меня это было, наверное, в крови, то вот Марина в себе эти способности воспитывала. Подруга понимала, что в будущем ей всё это аукнется, но всё равно я видела, как ей вставала волонтерская деятельность чуть ли не поперек горла. И больше всего она ненавидела то, что нас заставляли надевать на себя униформу.
— Делаю это всё только ради тебя, — прошипела Андреева, оттягивая воротник простой синей футболки, на задней стороне которой белыми буквами было написано «волонтер», — И напялила на себя эту синтетическую дрянь — тоже.
После ночи в клубе подруга выглядела слегка помятой, но даже активный отдых и нехватка сна не повлияли на её чувство стиля и любовь к прекрасному. То есть — к самой себе. И идея переодеть модную блузку и блейзер небесного цвета явно не пришлась ей по вкусу.
Я хмыкнула, стягивая кудрявые волосы в высокий хвост:
— Скажи спасибо, что тебя не заставили надеть кепку, — кивнула я на других добровольцев, которые перед зеркалами примеряли на себя головные уборы.
— И испортить прическу?! — ужаснулась Марина, поправляя невидимый волосок, который выбился из густой французской косы.
— Аржанова, Андреева, — к нам подошел ректор университета — невысокий пузатый мужчина с очень добрыми глазами и приятной улыбкой.
— Здравствуйте, Виктор Андреевич, — улыбнувшись, поздоровалась я, Марина ограничилась слегка недовольным кивком.
С ректором мы виделись до безобразия часто — не потому, что регулярно нарушали правила, и нам грозило отчисление. Скорее, наоборот — виноваты были мои ботанические наклонности. Но он был действительно приятным мужчиной. Когда-то Виктор Андреевич работал в частной ветеринарной клинике, но он перестал практиковать, решив посвятить свою жизнь студентам. И преуспел — за годы работы ректор обзавелся большим количеством самых разных знакомых, и нередко пользовался связями, пристраивая, по его мнению, способных студентов на практику и помогая с работой. Не обошел он стороной и нас с Мариной.