Охотница на Лис (СИ)

— Ребят, — попыталась все же вмешаться брюнетка, — Давайте не будем устраивать здесь сцены, и просто уедем.
Но Игнат покачал головой и попросил друга:
— Лис, увези свою девушку. Вам действительно незачем в это вмешиваться.
— Ты уверен? — спросил Воронцов спокойно.
Брюнет кивнул, и Лис, повернувшись к Але, мягко попросил:
— Поехали. Тебе до смены осталось всего ничего. А мы ведь хотели еще пообедать.
Но Аржанова посмотрела на него, как на идиота:
— С ума сошел? Как я могу Марину бросить одну?
— Она не одна, — возразил Елисей, — С ней Игнат. И ты можешь быть уверена — рядом с ним твоей подруге нечего бояться.
Аля бросила полный сомнения взгляд на Марину, но подруга неожиданно кивнула и мягко сказала:
— Езжай. Я позвоню тебе позже.
— Ты уверена?
Рыжая повторила свой жест:
— Абсолютно. Всё будет хорошо.
Хмыкнув, Аля всё же позволила Елисею увести себя. Когда их машина уже отъехала от университета, девушка не выдержала.
— Не могу поверить, что мы вот так их там бросили! Они же наши друзья!
Но Лис был настроен более спокойно. Пожав плечами, он негромко отозвался:
— Это всего лишь какой-то молокосос, который поднял руку на девушку. Игнат справится с ним, даже не прилагая никаких усилий.
— Как ты можешь быть в этом уверен? — воскликнула Аля.
— Потому что я знаю Игната, — всё таким же спокойным тоном ответил Воронцов, — Поверь, если бы я не был уверен — то никогда не оставил бы его одного. И если ты думаешь, что мне плевать на наших друзей — это не так. Я думаю о них, и беспокоюсь. Я не знаю, что произошло между Мариной и этим вашим щёголем, но, кто бы там не накосячил — поднимать руку на женщину он не имел права. Как бы сильно не злился. И, честно говоря, я бы и сам с ним с удовольствием разобрался. Но бывают такие моменты, когда нужно просто не смешиваться и позволить участникам конфликта разобраться самим. И это — тот случай.
— Игнат к этому конфликту не имеет прямого отношения, — возразила Аля.
Хотя, в глубине души, она не было уверена в правдивости собственных слов. В конце концов, Марина затеяла все те игры с Максом лишь назло этому брюнету. И все точки поставить решила, опять же, из-за него. Видимо, Лис был того же мнения.
— Игнат теперь имеет отношение ко всему, что происходит в жизни твоей подруги, — хмыкнув, заявил Воронцов, — Она теперь — его женщина, нравится это ей или нет.
— Вот как, — протянула Аля, задумчиво изучая профиль Елисея, — Выходит, ты теперь имеешь отношение ко всему, что происходит со мной?
Мужчина чуть повернул голову и коротко, но искренне улыбнулся:
— Именно. Начинаешь соображать, куда вляпалась.
Брюнетка на эти слова лишь улыбнулась. О да, она начинала понимать, но также ей становилось ясно, что всё это было лишь верхушкой айсберга. А что скрывается под толщей воды, ей еще предстояло выяснить.
  
глава семнадцатая
 
Глава семнадцатая
У Марины с Игнатом разговор шел не так гладко, как у их друзей. Точнее — он вовсе не клеился. Эти двое могли только стоять на крыльце, и чуть ли не кричать друг на друга. Игнат рвался в университет, Марина же, которая вполне оправилась от шока и неожиданности, отговаривала его от этой затеи. В своей манере.
— Иди в машину! — повысив голос, велел Васильев.
Рыжая, фыркнув, отозвалась, так же, не снижая тона:
— Еще что мне сделать? Макарену тебе тут не станцевать?
— Марина! — рыкнул Игнат, чувствуя, как его терпение стремительно тает, — Сядь в эту чертову машину и не мешай мне!
— Не мешать тебе сделать что? Разрушить свою жизнь? — хмыкнув, Андреева спросила, — Ты вообще в курсе, чей он сын? Тебе нужны эти проблемы? Ну, набьёшь ты ему морду — тут, вынуждена признать, поставлю я на тебя — но дальше то что? Его отец размажет тебя — и даже не моргнёт! Никто и не вспомнит о бедном бармене из «Феникса»!.
Брюнет поморщился. Он мог бы парировать, раскрыв все карты и признавшись, что он не напитки готовит в клубе, а, ни много, ни мало, владеет половиной предприятия. Но для этого было явно выбрано не то время, и не то место. Игнат понимал, что каждая секунда промедления грозит тем, что тот недоносок, который посмел обидеть его девушку, затеряется среди извилистых коридоров. Был еще вариант подождать его на крыльце (главный вход у университета был один, а запасными такие люди, как Максим, не пользовались), но брюнету засады были не по душе. Он рвался вперед, мечтая поймать эту падаль, и разобраться с ней как можно скорее.
 
Поэтому, не желая больше слушать ядоизлияния Марины, он схватил рыжую за плечи и, придвинув к себе, холодно и твердо сказал:
— Мне плевать, слышишь? Он может хоть весь город на уши поднять, но перед этим я всё равно сделаю всё, что задумал. Я прошу тебя только об одном — послушайся хотя бы раз, и просто дождись меня в машине! — чуть помолчав, мужчина добавил уже мягче, — Пожалуйста.
То ли от неожиданности, то ли просто прислушавшись к голосу разума, Андреева кивнула. Она действовала на автомате — казалось, её телом управлял кто-то другой, и он же дернул её голову, соглашаясь с доводами Игната. Быть может, свою роль в этом сыграли и прикосновения Игната — сильные и властные, но при этом необычайно мягкие и нежные. Даже плечи её он сжимал с каким-то трепетом, контролируя каждую свою мышцу и не позволяя своим движениям и действиям причинить девушке боль. Такое обращение — оно подкупало гораздо лучше денег, дорогих украшений и обещаний неба в алмазах.
Увидев её кивок, Игнат выдохнул с облегчением. Передав Марине ключи от машины, он обогнул девушку — и твердым шагом направился ко входу.
— Подожди, — окликнула его Марина.
Васильев обернулся, нетерпеливо цокнув. Но рыжая, подбежав к нему, лишь вложила в его руку свой пропуск.
— Чтобы не было вопросов у охранников, — пояснила она, — Они, конечно, именные, но эти олухи никогда не проверяют данные. Лишь бы зеленая стрелка загорелась. Остальное им до лампочки.
— Спасибо, — кивнул Игнат, — А теперь — в машину.
Скорчив недовольную мину от того, что ей, как маленькой, в десятый раз повторили одно и тоже, девушка всё же развернулась — и бодро засеменила по ступенькам, направляясь к парковке. Игнат же, проводив её фигурку взглядом, отвернулся и толкнул тяжелую дверь.
Марина не обманула — охранникам явно было не до Игната. Гораздо больше их занимала беседа — наверняка очень важную тему ребята в форме обсуждали, и такие мелочи, как посторонние в университете, волновали их мало. Брюнет, воспользовавшись любезно одолженным пропуском, без лишних препятствий обогнул турникет и замер, напряженным взглядом окидывая коридоры. Внутри альма-матер он был впервые, так что не имел ни малейшего понятия, где могли находиться подонки, которые в свободное время докучали несвободным девушкам.
Однако, удача решила всё же повернуться Васильеву лицом, а не задницей. Буквально через минуту он заметил Максима — тот выходил из туалета, если табличка на двери была верна. Растянув губы в далекой от доброй улыбке, Игнат направился прямиком к парню и, схватив того за шиворот, без лишних слов втолкнул обратно.
— Какого…? — воскликнул Смирнов, явно не ожидавший такого к себе обращения.
Игнат окинул взглядом небольшое помещение с писсуарами и кабинками, в котором, помимо их двоих, находилось еще трое студентов. Те, заслышав шум, оторвались от своих занятий и подняли глаза.
— Вон, — коротко велел Игнат тихим, и оттого более грозным и не терпящим возражений голосом.
Как ни странно, его послушались. Послышалось одновременно сразу несколько характерных «вжиков», с которыми застегивается молния на джинсах, и, явно напуганные студенты поспешили покинуть место будущих военных действий. Оставляя слегка побледневшего Максима наедине с Игнатом.
 
Который, недобро усмехнувшись, сделал шаг по направлению к парню.
— Ну что, слизняк, поговорим? — тихим и вкрадчивым голосом поинтересовался Васильев.