Свой мир (СИ)
— И все-таки мы любим друг друга. Слишком уж через многое мы прошли вместе: и через плохое, и через хорошее. Да, Грегори действительно очень сложный человек, но, думаю, мне удастся с ним совладать и сделать его лучше.
— Мне, конечно, не хотелось бы Вас разочаровывать, но, зачастую, то, что бесценно для одних, для других — пустое место.
— Вам этого не понять, а мне, судя по всему, не объяснить. Я верю ему и прошу Вас сделать то же самое. Я за него ручаюсь.
— Ладно, Мисс Вартиган, я подпишу документы на передачу Грегори четверти его доли. Поверьте, даже это — больше, чем он мог бы потратить за ближайшие несколько лет разгульной жизни. А затем, после вашей свадьбы, я отдам ему остальное. Поверьте, я увижу, изменился ли он…
— Я не думала, что Вы мне поможете, однако, спасибо за понимание и поддержку. Честно говоря, когда я сюда ехала, то ожидала увидеть не милую женщину, а, простите, настоящего зверя. Как же приятно, что мои опасения не оправдались!
— Я и сама давно хотела его проверить на перемены. Думаю, в память о моем покойном муже все же стоит дать ему небольшой шанс.
Больше к делам они не возвращались, мило беседуя обо всем и не о чем. Миссис Свирт добродушно согласилась оставить Мисс Вартиган на ночь, а на следующее утро отдала той все необходимые документы. Радости Розы, конечно же, не было предела, ведь теперь ее мечта быть с Грегори должна была сбыться в скором времени. Однако ее беспокоил лишь один вопрос, постоянно задаваемый самой себе: «Почему никто не верит в правильность моих решений о возлюбленном, ведь я, можно сказать, выстрадала свое счастье и имею на него полное право?!»
Радостно примчавшись в лондонскую квартиру, Роза увидела там Грегори, который что-то читал. Ни на секунду не задумавшись, она крепко обняла его, поцеловала в щеку и ласковым голосом сказала:
— Привет, любимый, у меня есть для тебя подарок!
— Я очень рад, — без всякого энтузиазма ответил Грегори. — Где ты была?
— У твоей семьи, мы так мило побеседовали с твоей мачехой! И она отдала тебе четвертую часть твоей доли, я думаю, что этого хватит, чтобы нам пожениться. У моего отца будет не так много аргументов для запрета! Думаю, что с учетом секрета, который объединяет твоего друга с моей матерью, Эллис тоже будет на нашей стороне! Все так прекрасно складывается!
— Всего лишь четверть? — встав со стула, вознегодовал Грегори. — Этого мне будет недостаточно!
— По-моему, ты не слишком-то и удивлен, — констатировала Роза и немного отстранилась от него. — Судя по словам твоей…
— К черту! — совсем выйдя из себя, перебил свою собеседницу Свирт. — Она всегда была жадной! Где бумаги?
— Постой, так тебе все это время они были нужны? — повысила голос Роза и, не дождавшись ответа, направилась к двери, однако Свирт схватил ее крепко за руку. Остановившись, она обомлела от такой наглости. — Отпусти! Я сказала: отпусти! И только посмей меня хоть пальцем тронуть, тварь!
— Мне всего лишь нужно это, — даже не обратив внимания на последние слова, надменно произнес Грегори и аккуратно вытянул бумаги из кармана плаща Розы, после чего мгновенно ту отпустил.
— Я пришлю кого-нибудь за своими вещами, — пренебрежительно сказала Роза и вышла из комнаты, аккуратно закрыв за собой дверь. Она не стала устраивать ни истерик, ни сцен, чтобы показать еще не оставившую ее гордость, хотя, конечно, в этом по сути уже не было нужды. Тот шок, в котором находилась Роза, буквально сковал ее, не давая выхода эмоциям и переживаниям. Она вышла на улицу и медленно побрела по ней, пытаясь прийти в себя. Однако пять минут спустя все изменилось, когда поток мыслей и чувств буквально сбил Розу с ног: ее колени подкосились, а слезы хлынули сами собой. И, несмотря на то, что в этот момент она выглядела жалко, опершись руками о землю, Роза с каким-то ненормальным интересом наблюдала за уже слегка промерзшей осенней грязью, в которую капали горячие слезы и растапливали ее.
— Мисс Вартиган? — откуда-то сверху послышался до боли знакомый голос. — Что случилось? Теперь и Вам кто-то подставил подножку? Ну, ничего страшного, я Вам обязательно помогу.
Роза подняла свои мокрые глаза, чтобы увидеть прохожего, и с буквально осязаемой теплотой произнесла:
— Боже мой, Мистер Роуди, как же я рада Вас видеть! Кто бы мог подумать, что после всего моего к Вам безразличия, Вы еще и подадите мне руку помощи! Бенджамин, сейчас Вы мой спаситель…
— Что Вы! Я просто джентльмен. Разве джентльмен может не помочь девушке?! И разве помнить пустые обиды — это по-мужски?! — произнес Роуди и поднял с холодной земли Розу.
Эпилог
Полгода спустя
В особняке семейства Неклерсон было холодно, лишь несколько каминов согревали пустые комнаты огромного дома, в котором жило всего несколько человек, не считая постоянно уезжающих и приезжающих гостей.
— Ты знаешь, я жду ребенка, — тихо сказала Сьюзен своей сестре, которая, как и она, смотрела в потрескивающий огонь.
— Я и так это поняла, только ждала, пока ты сама мне сообщишь эту важную новость, — спокойно ответила Роза и слегка улыбнулась. — А мы с Бенджамином хотим пожениться…
— Да, я тоже и так это поняла, — произнесла Сьюзен и еще больше вжалась в плед. — Какие же мы с тобой стали предсказуемые…
— Наверное, взрослеем или стареем, — шутя сказала Роза, а потом будто погрустнела. — Сегодня, кстати, полгода с того момента, как Грегори Свирт уехал во Францию… навсегда…
— Только не говори, что ты все еще по нему скучаешь!
— Нет-нет! Что ты, я так… просто вспомнила.
— Раз уж ты вспомнила об этом человеке, то я хотела тебе показать кое-что, — как-то стеснительно сказала Сьюзен и, встав с кресла, направилась на второй этаж, а через несколько минут вернулась к сестре с чем-то в руках.
— Это, случайно, не те книги, которые у меня пропали около года назад? — спросила Роза с неким подозрением.
— Да, вообще-то они… прости, что я когда-то приказала служанке выкрасть их у тебя из комнаты. Тогда мне было страшно, что ты не поймешь.
— Зачем в таком случае вообще показывала?
— Минутная слабость, — сказала Сьюзен и протянула книги Розе. Та взяла и поняла, что держит в руках дневник своей старшей сестры и книгу легенд.
— Каждый имеет право на свою личную жизнь. Зачем ты мне это дала? — непонимающе спросила Роза. Однако, не получив ответа, она открыла небольшую, но очень ярко раскрашенную книгу на заранее заложенной странице, после чего выхватила оттуда глазами несколько знакомых слов, — Это ведь та же легенда, которую в детстве нам рассказывала Миссис Холмак. Ты же не должна была о ней знать: твоя память была потеряна. Или нет?
— Нет, что ты! Просто мне было слишком тяжело понять то, почему мы начали играть чужими чувствами. Ответ на этот вопрос я нашла именно в этой легенде: жажда власти стала причиной нашего высокомерия. Открой лучше вторую книгу, которую я обнаружила спустя неделю после потери памяти. И, честно говоря, она была мне также не знакома, как и тебе сейчас.
Роза начала быстро пролистывать дневник, постоянно наугад где-нибудь останавливаясь. И сейчас все встало на свои места, те вопросы, которые когда-то мучили ее, мгновенно получили ответы.
— Знаешь, чем жизнь отличается от сказок? — неожиданно спросила Сьюзен и, не получив ответа, продолжила: — Тем, что в сказках легко понять, где добро, которое красиво и благородно, а где зло, такое коварное и отвратительное. Только вот в жизни даже у зла есть свои причины, которые, порой, бывают очень весомыми.
Роза ни о чем больше не спрашивала, потому что и сама смогла догадаться о смысле слов своей сестры. Она теперь поняла, что Сьюзен вполне имела право на злость, когда в своем собственном дневнике читала одно, а слышала от близких для нее людей совсем другое.
— Это было такое интересное чувство, когда впервые читаешь о своем собственном прошлом и понимаешь, насколько оно было интересным, — сказала Сьюзен с воодушевлением. — Лишь Свирт был самым главным разочарованием в моей жизни и, судя по всему, не только в моей.