Корректор 2.0 (СИ)

— Ух ты! — мой верный друг Мишка, завидев подобное, бросал растерянные взгляды, то на меня, то на Костика. — Теперь же милиция плиедет, да? Мой папа ласказывал, как его длуг, стукнул длугого дядю железной палкой и за ним плишла милиция.
— Ааааа!
Как же мне хотелось закрыть ему рот. Чего же он так орет-то?
Вот уже бежит испуганная воспитательница, за ней, потряхивая грудью пышная нянечка.
— Что случилось, Костенька?
— Ааааа! Это Ромка, он плохой, Ыых, — хныкала и одновременно жаловалась моя жертва, а мне хотелось сбежать. — Он меня лопаткой стукнул и жука в кисель положил, Мишка тоже плохой. Аааа! — Воспитательница с укоризной посмотрев на меня, взяла Костика за руку и увела.
— Рома! — обратилась ко мне тетя Аня, наша нянечка. — Как тебе не стыдно?
— Он пелвый начал, — вступился за меня друг. — Обзывался, а потом наши замки ластоптал, — от волнения Мишка сам чуть не растянулся об ограждение.
— Разве за это надо бить по лицу? — не уступала тетя Аня. — Так можно и без глаз остаться, я сейчас расскажу твоей маме, она с тобой поговорит!
Ну все, пол дня в углу придется простоять, но сначала долгий разговор с мамой.
Но разговора не состоялось, меня взяла за руку незнакомая тетя и отвела на скамейку, где она присела, а я стоял, опустив голову.
— Да Рома, натворил ты дел, — строго произнесла она. — Костю, повезли в больницу, ему будут зашивать голову и лечить нос, посмотри на меня, не прячь глаза.
Я заплакал, бесшумно, просто потекли слезы. Мне было страшно и немного стыдно за содеянное. А еще ужасно хотелось повернуться, кто-то наблюдал за мной, кто-то плохой, но я не мог расстроить тетю, стоял и пускал слезы.
— Посмотри мне в глаза, — еще раз повторила она, от неожиданно появившейся жесткости в ее голосе, я подчинился. — Не расстраивайся так сильно, — прозвучало уже мягче, ее светлые глаза наполнились теплотой, тут я начал всхлипывать.
— Скажи мне Рома, ты бы хотел, чтобы этого не произошло? Хочешь вернуть все назад и поступить по-другому?
— Да хочу, я плохо поступил, мне жалко Костю, — стало как-то неуютно, злой взгляд буравил мне затылок.
— НУ ТАК ВЕРНИСЬ И ИСПРАВЬ, — голос неожиданно стал металлическим, будто говорил не человек, он словно хлесткая пощечина, заставил меня пошатнуться. — ВЕРНИСЬ НАЗАД! — звенело в голове. — ИСПРАВЬ!
Возникло ощущение неправильности происходящего, я не должен быть здесь. Вдруг подступила тошнота, а светлые глаза, превратились в черные дыры, они увеличивались, заполняя все вокруг пока не поглотили меня полностью. Темнота…
  
Глава 24
 
Туман и боль то возникали, то пропадали, словно что-то горячее касалось моего лица, но туман мешал понять, как вязкая патока заполняя мое сознание.
— ОЧНИСЬ! — чужой голос прорвался сквозь нездоровое марево и затем опять боль. — ОЧНИСЬ ЖЕ! БАЦ…
Воу! Меня же по лицу бьют! Чья-то небольшая, но жесткая ладонь обожгла мою щеку. Что за…
Открыв глаза, я пытался сфокусировать взгляд, но видел лишь мутные очертания. Кто-то нависал надо мной — белый халат или костюм, светлые волосы.
— А-а, ну наконец-то! — прозвучал приятный женский голос. — Доброе утро, господин лейтенант!
Последняя фраза резанула слух, но я пока не понял почему. Медленно, но, верно, мозг набирал обороты.
Бар, там я встретил Зару… нет, не её… блондинка… очи черные. Вроде было три женщины и баня, потом не помню. А сейчас, лежу на чем-то жестком, руки крепко зафиксированы, как и ноги, даже дернуться не могу.
Мне, наконец, удалось сфокусироваться. Симпатичная блондинка с правильными чертами лица, красивая улыбка. Картину портили лишь глаза, холодные цвета стали, они словно жили отдельно, и в данный момент, безразлично взирали на меня.
— По… кха… кха… — сухой кашель разодрал горло не давая сказать ни слова.
— Дай ему воды, — скомандовала блондинка.
Появился крепкий брюнет со стаканом, он приподнял мне голову и влил живительную влагу. Напившись и откашливаясь, я спросил:
— Почему я связан? Кто вы?
  
— Мой дорогой лейтенант, вы связаны уже третий день! Меня зовут Мария, вы у нас в гостях!
— У Вас? — спросил я, понимая, почему меня назвали господином, а не товарищем.
— Да, у нас! А не у вас, — проворковала та, обворожительно улыбаясь.
— Разве гостей связывают? Посадили бы за стол, чаю налили.
Я тянул время, пытаясь сообразить, что делать. Значит, меня пленила чужая разведка⁉ Это плохо! Будут пытать, склонять к сотрудничеству? И еще, интересно, что они уже знают?
Посмотрев направо, я увидел стойку с капельницей, трубка шла к моей руке.
«Чем-то накачивают, суки! Или питательный раствор? Три дня всё-таки.»
— Мы немного знакомы со спецификой работы вашего отдела, — словно прочитав мои мысли, произнесла Мария, — И иллюзий не питаем. Вам, кстати, тоже советую, — улыбка стала похожа на оскал. — Ты Рома будешь связан ровно столько времени, сколько потребуется! Ты уже взрослый и сам понимаешь, что от тебя требуется информация, либо расскажешь добровольно, либо… — тут она отошла в сторону и моему взору предстал лысый сухой мужичок. — Познакомишься с нашим добрым доктором.
Добрый доктор, так и стоял не реагируя, словно отключенный. Тут я прикрыл глаза и представил карман, тот промолчал, как и тогда в баре.
— Не надо пыжится, господин лейтенант. Специальный препарат, блокирует способность к перемещению. Да-да! Это мы уже знаем, — глядя на мое удивленное лицо, произнесла Мария.
Плохо блин, плохо! Я не Павлик Морозов, долго не выстою.
— Итак! — блондинка перешла на деловой тон. — Меня интересует способ твоего перехода, как ты это делаешь? Куда попадаешь? Как возвращаешься, минуя карман? Нам известно, что ты каким-то образом сумел предотвратить теракты в Москве, расскажи, как ты это сделал нигде не засветившись. Далее, время, место перехода, ключ к этой ячейке кармана или ангара, как вы его называете. Можешь начинать с любого вопроса, но ответить ты должен на все!
Сначала, я начал улыбаться, потом уже откровенно ржать во весь голос.
— Я сказала что-то смешное? — поинтересовалась Мария, склоняясь к моему лицу.
— Ты вкусно пахнешь, Маша! Мне нравится, может быть, развяжешь и поговорим в более приятной обстановке?
Злоба исказила ее лицо, оно уже не было симпатичным, Мария стала похожа на овчарку готовую сорваться с поводка.
— Для тебя свинья, я Мария, можно шеф или босс! Ненавижу эту страну, ваш не убиваемый менталитет и животных, что называют себя людьми. Для вас, моральных уродов, отдохнуть, означает выпить ведро пойла и уединиться со шлюхами в бане. И если ты не начнешь отвечать, я попрошу доктора выдрать тебе ногти, сначала на руках, потом на ногах, затем он примется за твой член, который ты суешь куда попало, — последние слова она прошипела змеей.
— Так бы и сказала, что лесбиянка! — я подмигнул ей с заговорщической улыбкой.
— Доктор! — крикнула блондинка шпионка, затем взяв себя в руки добавила. — Приступайте.
Эскулап включился и вопросительно посмотрел на Марию.
— Начните с левой руки, — скомандовала та.
Добрый доктор не спеша, достал откуда-то блестящий чемоданчик, и так же медленно подошел ко мне с левой стороны.
— Я начну с большого пальца, засуну под ноготь вот эту красивую иголку с крючком, — скрипящим голосом, поведал мне эскулап, демонстрируя обсуждаемый предмет. — Затем, стану медленно вытаскивать, — говорил он, обычным будничным тоном, одновременно одевая хирургические перчатки.
— Не передумал, лейтенант? — поинтересовалась Мария
— О нет-нет, продолжайте, мне даже интересно! А вы босс, не передумали? Предложение еще в силе, один поцелуй, но страстный и глубокий.
Мне даже удалось искренне улыбнуться, ну или почти искренне, поджилки то трясутся. Одна игла чего стоит, толстая, сантиметров пять в длину, очень похожа на сапожную, за одним исключением, крючок там заковыристый, туда легко, а вот обратно с хрустом. А ведь этот маньяк еще чемоданчик не открывал, даже представить страшно, сколько там для меня сюрпризов.