Каприз судьбы

— Погоди минутку, — попросила она, решительно меняя тему. Затем ловко высвободила одну руку из мешковатой футболки и протянула ее Мюррею. — Возьмись пока здесь. — Когда тот повиновался, она стянула одежку окончательно.
Не удержавшись, Джек восхищенно вздохнул. Неважно, что Синди осталась раздетой лишь наполовину. Долгие месяцы он и такого не видел. Да что там! Он вообще не общался с женщинами, разумеется, исключая медсестер, которые в счет не шли. А тут вдруг рядом оказалась роскошная блондинка в черном купальнике, пускай даже излишне скромном, — не имеет значения. Ничто не могло скрыть того факта, что Синди обладает умопомрачительной фигурой. С какой стороны ни взгляни — всюду сама женственность!
Тут не придется жаловаться на жесткость бедер подружки, подумал Джек. Ему было прекрасно известно, что многим мужикам наскучивают красотки, с помощью диет достигающие подобия скелета.
Звук громкого покашливания Синди вернул Мюррея к реальности, и он неохотно отвел взгляд от восхитительного тела. Серые глаза блондиночки метали молнии.
— Может, мне еще повернуться или и так достаточно насмотрелся?
— Нет, пока довольно. Скажи, ты не носишь бикини? Ну, знаешь, такие лоскутки на тесемочках? — Джек явно находил удовольствие в обсуждаемой теме.
Синди неодобрительно фыркнула и так интенсивно покачала головой, что кончик «конского хвоста» хлестнул ее по глазу, который сразу же заслезился. А Мюррей, будучи человеком наблюдательным, заметил, что от резкого движения колыхание распространилось и на некоторые другие части женского тела.
Пробуждение сексуального интереса, вероятно, свидетельствовало о том, что Джек постепенно возвращался к нормальному состоянию. Во всяком случае, так он думал. Здесь не было ничего личного, как недавно заметила Синди по другому поводу.
Неужели, приятель? И кого ты пытаешься обмануть? Себя самого?
— Не кипятись, я всего лишь стараюсь быть хорошим другом. Ведь Тони непременно потребует от меня подробного отчета об увиденном. Кстати, надеюсь, от тебя не укрылось, что мой гетеросексуальный приятель очень заинтересовался тобой?
— Глупости!
На самом деле не один Тони. Однако, что касается женщин, тут Джек не собирался уступать даже другу. Он полагал, что легкий флирт окажется весьма благоприятным для выздоравливающего организма. В любом случае большой беды не будет. Блондиночка сама виновата: заявив о том, что весьма прохладно относится к Джеку — кстати, наглая ложь, — она тем самым словно бросила вызов. Превратилась в соблазнительную цель. Так что потом ей останется укорять лишь себя одну.
— Вот как? Бедняжка Тони! Вижу, что шансов у него маловато…
Мюррей хрипло рассмеялся, и низкие чувственные звуки его голоса прозвучали для Синди приятнее любой музыки. Но именно это и насторожило ее. Не исключено, что со стороны Джека это всего лишь испытанный прием по отношению к любой женщине, которая попадет в поле его зрения, — действие не сложнее мигательного рефлекса. Ведь, по сути, мужчины устроены весьма примитивно.
Будь реалисткой, призвала себя Синди. Собственно, почему он — ее взгляд охватил стройное, мускулистое, красивое мужское тело — должен заинтересоваться мною?
Синди не питала насчет себя никаких иллюзий. Ее фигура не укладывалась в современные стандарты, основывающиеся на подростковой худосочности. Знатоки этого вопроса наверняка назвали бы Синди излишне упитанной. Но сама она уже давно решила, что не станет мучить себя голодом только для того, чтобы прийти в соответствие с изобретенным массовой культурой идеалом.
— Уверена, что Тони оценит твою заботу о нем, но не лучше ли нам заняться тем, для чего мы сюда пришли? — произнесла Синди. — Лично я не думаю, что ты настолько отвратительный пациент, каким хочешь казаться. Мне прекрасно известно, что хороший мышечный тонус не дается просто так. Его сохранение требует постоянных и настойчивых упражнений.
— Верно, — кивнул Мюррей. — Именно поэтому я и выбрал гидротерапию: она наименее скучна. Ты не возражаешь против этого?
  
— Нет. Отличная идея. Хотя… прежде мне не приходилось работать в таких больших бассейнах.
— А по-моему, он вполне нормальный. Видишь ли, раньше я постоянно поддерживал себя в хорошей форме.
Раньше? Шутит он, что ли? Его состояние и сейчас нельзя назвать плохим.
Широкие сильные плечи, плоский живот, узкие бедра и длинные стройные ноги. Кожа смуглая, но кажется светлой по сравнению с темными волосками, покрывающими широкую грудь.
Синди импульсивно взглянула на бегущую вниз от пупка и скрывающуюся под плавками дорожку из более густых волос, и ее желудок сжался.
— Понимаю, что тебе не терпится вновь стать таким, как ты был прежде, но здесь важно не переусердствовать, — сдержанно заметила она.
А тебе самой нужно четко уяснить, что девушки, подобные тебе, не годятся для таких парней, как Джек Мюррей. Они могут весело проводить с вами время, но потом быстро растворяются в ночной мгле.
— Смотря что под этим понимать. Наши представления об усердии могут разниться.
Синди внезапно испытала прилив раздражения.
— Думаю, мы все же сможем достигнуть компромисса, — едко заметила она.
Мюррей с усмешкой посмотрел на нее сверху вниз. В блеске его белых зубов содержалось нечто плотоядное.
— Превосходная идея, куколка! Между прочим, я считаю себя королем компромиссов.
— Куколка? — поморщилась Синди. — Только не надо этого, ладно?
— Я не имел в виду ничего дурного.
— Понимаю, но мне будет неприятно знать, что ты смотришь на меня, а видишь «куколку». Или этим словом ты называешь всех знакомых девушек?
Джеку стало любопытно, каковой оказалась бы реакция Синди, если бы он рассказал, что в самом деле думает, глядя на нее. Соблазн был велик, и в один сумасшедший миг он почти решился провести этот эксперимент, но в следующую минуту здравый смысл возобладал.
— Нет, не всех. Но, уверяю, многих подобное обращение только порадовало бы.
— Из твоих слов я могу сделать вывод, что ты плохо разбираешься в женщинах.
— О! Ты заговорила точь-в-точь как моя мамочка. Неудивительно, что вы с ней быстро нашли общий язык.
— Я почти не знаю Кэтрин. Кстати, когда ты ожидаешь ее приезда?
Синди намеревалась потребовать у миссис Мюррей объяснений. В первую очередь ее интересовало, почему та свела ее со своим сынком-миллионером. Это по меньшей мере нечестно. Ведь Синди могла в него влюбиться!
— А с чего ты взяла, что я ожидаю мать? Разве она обещала тебе приехать сюда?
— Вообще-то нет… но у меня почему-то сложилось такое впечатление.
— Узнаю свою мамочку! Ей хорошо удаются подобные трюки.
— Понятно. — Вопреки желанию Синди, в ее ответе прозвучала горечь.
— Послушай, ты хотя бы имеешь представление о нашей семейной ситуации?
Синди удивленно подняла глаза.
— Мое дело помогать твоему окончательному выздоровлению, а вовсе не…
— Ладно, ладно, — прервал ее Джек. — Я готов признать, что ты человек воспитанный и не суешь нос в чужие дела, но все-таки… Тебе известно, кем является мой отец?
Судя по тону, каким это было сказано, в положительном ответе Мюррей не сомневался.
— Я должна это знать?
Тут настал черед удивиться Джеку.
— Ты шутишь?
Только недавно окружающие перестали называть его сыном Брайана Мюррея. Было время, когда Джек всерьез подумывал о перемене имени. Он делал все возможное, чтобы стать отдельной самостоятельной личностью, а не быть лишь тенью своего могущественного отца. Поэтому ему было трудно поверить, что еще остались люди, которым неизвестен его дорогой папочка!
— Нет, я говорю вполне серьезно. Собственно, я даже не знаю, есть ли у тебя отец вообще. Договариваясь со мной о работе, Кэтрин сообщила только, что ты управляешь вертолетом.
— Это правда. Выходит… ты в самом деле ничего не знала? Невероятно!
— О том, что ты богат? Нет. Более того, я даже подумала, что твоя мать берет на себя оплату моей работы, потому что ты сам не в состоянии осилить подобные расходы. Забавно, правда? И после всего этого вдруг выясняется, что я имею дело с миллионером!