Восхитительная ложь (ЛП)

Моя.
Моя.
Моя.
У меня сводит челюсть, когда я проглатываю горечь. Предполагалось, что мой план пойдет не так. Нет, нет, нет… Я не хотел, чтобы Сирша была ослеплена жалким комплексом героя Лиама. Мне все равно, кто его семья. Я не могу позволить ему испортить мой тщательно продуманный сюжет.
Конечно, Деверо и Райан могли бы поставить всю операцию моего отца на колени, но в такой ситуации я ничего не получу, и все знают, что я ничего не делаю меньше, чем за полную гребаную цену. Так что чем скорее она поймет, что все и вся в ее жизни имеет свою цену, тем лучше для всех нас.
  
Империя Киллибегса принадлежит мне, и я скорее буду мертв, чем позволю какому-то татуированному придурку украсть то, что принадлежит мне по праву, прямо у меня из-под носа. Ненормальный, может быть, слегка, но на то есть веские причины. Выиграть можно больше, чем потерять, а Роуэн Кинг никогда не проигрывает.
В заключение, пришло время усилить мою игру, потому что очевидно, что наблюдать за ней издалека больше не вариант.
Твои спокойные будни закончились, любимая. Пришло время встретиться с человеком за маской.
Придвигаясь ближе, я напрягаюсь, чтобы услышать приватный разговор, хотя, судя по отвратительному языку тела, это не то, что я хочу слышать.
Наконец, их вызывающий рвоту флирт украшает мои барабанные перепонки, заставляя мой рвотный рефлекс работать сверхурочно. Кто знал, что Лиам такая маленькая сучка? О, да, я знал.
К счастью для Лиама, Сирша прочищает горло и поднимается на ноги, прежде чем я успеваю по-лебединому нырнуть с края своих моральных устоев и приземлиться головой вперед на то, что известно как территория моего социопата-убийцы.
Несмотря на то, что быстрый уход Сирши с колен Лиама, возможно, спас его задницу, напоминание об этом все еще заставляет мой желудок сжиматься в тугие кольца, а во рту появляется пена от гнева.
Больше не нужно сидеть и ждать, наблюдая за ней издалека. Пришло время заявить о себе. Я пообещал ей, что скоро увидимся, а я не даю обещаний, которые не могу сдержать.
Уверенной походкой я привел ноги в движение, крадучись вперед, как лев, ищущий свою добычу.
Как только я достигаю октагона, я подтягиваюсь к краю полотна и прислоняюсь к ограждению. Лиам бросает на меня взгляд краем глаза, затем поднимается на ноги.
Враждебность, скрывающуюся за его ядовитым взглядом, ни с чем не спутаешь. Но, как всегда, я не позволяю эмоциям других людей беспокоить меня. Итак, не теряя времени, я вхожу в октагон, нежеланный и, несомненно, без приглашения.
Ну что ж, дьявол никогда не стучит. Он просто врывается. К черту последствия.
Честно говоря, меня ничуть не волнует, что элитный принц Киллибегса думает о моем вторжении.
Я Король. И он только что провел своими грязными руками по моей королеве. Поправьте меня, если я ошибаюсь, но это опасный ход. Не говоря уже о глупости.
Увы, Деверо не знает о своих проступках, так что я оставлю это без внимания… пока. Он использовал свой единственный бесплатный билет выхода из тюрьмы. В следующий раз такого не будет.
— Чего ты хочешь, Ри? — Спрашивает Лиам, его голова слегка наклоняется влево, а уголки глаз сужаются.
Его холодные, отрывистые слова заставляют мои губы приподняться в изумлении. Хотя мы оба тусуемся в одной компании, не секрет, что оба близнеца Деверо ненавидят все, что связано со мной, и фамилию, которой я пользуюсь, как будто это ядерное оружие.
Ревность будет делать это с людьми. Они не могут смириться с тем, что стоят на ступеньку ниже меня в пищевой цепочке, и если я добьюсь своего, они останутся такими на неопределенный срок.
Не смущенный его доминирующим поведением, я смотрю мимо него, зарабатывая себе рычание.
— Полегче, тигр. Не нужно показывать зубы, — насмехаюсь я, с вызовом приподнимая бровь. Я фиксирую свой взгляд на Сирше. — Привет, любимая. — Слова слетают с моего языка. — Кажется, мы снова встретились.
Проходят секунды, прежде чем она набирается смелости, чтобы встретиться со мной взглядом. Затем, наконец, она поворачивает эти уникальные янтарные глаза в мою сторону, привлекая каждую каплю моего внимания. Что-то чужеродное покалывает мою кожу, и на долю секунды расширенные глаза Сирши заставляют кровь стечь по моим венам.
Это страх, который я вижу танцующим в ее глубинах? Да, пульсирующая вена на моем члене подтверждает.
Питаясь ее страхом, я продвигаюсь вперед, делая медленные, невозмутимые шаги, пока не сталкиваюсь лицом к лицу с ее ложно доверенным защитником.
Он не защитит тебя, любимая. Никто не сможет. Не от меня.
Я не скучаю по сильному сглатыванию или дыханию, которое она перехватывает за своими пухлыми губками.
Все ее тело напрягается, позвоночник вытягивается, когда она заставляет себя выпрямиться. Узнает она меня с той ночи или нет, остается загадкой. Но одно можно сказать наверняка: ее тело помнит, что я заставил ее почувствовать — сильный паралич от парализующего трепета.
Я вижу, как это ясно, как день, написано на ее напряженных плечах. Страх доминирует в ее широко раскрытых глазах, страх, направленный на меня и только на меня.
Я делаю шаг вперед, и у нее перехватывает дыхание. Один слышимый вдох, и она каким-то образом высасывает весь кислород из комнаты. Затем, сделав шаг назад, она встает позади Лиама, используя его крепкое тело в качестве барьера. Мало ли она знает, я мог бы уложить его одним небольшим маневром, но я этого не сделаю. Во всяком случае, пока.
Лиам приходит в движение, выталкивая себя вперед и сокращая минимальное пространство между нами. Затем, нос к носу, он пытается, но безуспешно, запугать меня.
— Что ты только что сказал?
— Лиам, — поддразниваю я. — Я не попугай. Поэтому я не буду повторяться. — Я смотрю мимо него, игнорируя его убийственный взгляд, и дерзко подмигиваю Сирше. Ее плечи сгибаются вперед, и, сгибая свое тело внутрь, она уменьшается в размерах.
Нет, так не пойдет. Королева никогда не должна кланяться, независимо от того, насколько она напугана.
— Не смотри на нее, — рычит Лиам, как пещерный житель, возвращая мое внимание к нему. Выражение его лица напрягается, похоже, его не впечатляет отсутствие у меня насмешек. Мое присутствие нервирует его, как и должно быть.
Очевидно, что он питает слабость к возвращающемуся наследнику Райан, и как бы мне ни было неприятно это признавать, Лиам не так глуп, как кажется. Он хорошо осознает ее важность, и мое присутствие угрожает ему, поэтому он полон решимости скрывать ее от меня.
— Тебе не кажется, что еще слишком рано начинать игру, чтобы раскрывать свои карты?
Подергивание его челюсти демонстрирует мою теорию, и это не самый лучший вид для него. Если быть честным, то есть. Очевидно, папа никогда не учил его скрывать свои истинные чувства от врага. Показать слабость — верный способ покончить с собой. Это синдикат Киллибегса.
— Отвали, Ри.
Чувствуя себя несколько самодовольным, я наклоняюсь ближе и провожу языком по зубам.
— Или что, ты сделаешь мне больно? — У меня вырывается грубый смех. Мы оба знаем, что он не может прикоснуться ко мне. Синдикат не только наказал бы его за неуважение к коллеге, но и за то, что он такой большой, но и не такой быстрый, как я. Он никогда бы не нанес удар.
Внезапно его пальцы сжимаются в кулак, костяшки пальцев белеют от сильного сжатия. Он расправляет плечи, его грудь расширяется, а мышцы лопаются от напряжения. Ему не терпится качнуться вперед и врезать мне, заставляя меня выдавить раздраженный смешок.
  
Крошечные ручки протягиваются, обвиваясь вокруг бицепса Лиама.
— Давай, Лиам. Давай выбираться отсюда. — Беспокойство Сирши будоражит каждый мой нерв, но вид ее рук на нем так же быстро смывает эти чувства прочь.
Бросив последний косой взгляд полумесяцем в мою сторону, Лиам затем тянется к руке Сирши.
— Ладно, вольная птица. Во всяком случае, здесь пахнет мусором с прошлой недели.