Главред: назад в СССР 2 (СИ)
— Не только, — я покачал головой, отбивая выпад Грачева. — «Андроповские известия» — это основная газета, рассказывающая о жизни района. На мой взгляд, у нее должен быть аналитический уклон. Экономика, политинформация, интервью с партийными деятелями и так далее. Научно-популярная публицистика опять же. А вечерка — это пятничное издание для досуга. Кино, концерты, художественные выставки. Те же интервью, но уже с актерами, писателями, спортсменами.
— Развлекалочка, значит? — неожиданно прищурился Хватов. — На мой взгляд, это все-таки не про советского человека. И не для него. Советский человек смотрит в будущее, строит коммунизм в отдельно взятой стране с прицелом на дальнюю перспективу…
— Советский человек не только работает, — я перебил его. — Отдыхать тоже нужно. И просвещаться заодно. Мы же не обо всем подряд в вечерке рассказывать собираемся. Про советские фильмы, советскую литературу. Про советских людей, которые смогли добиться исполнения своих мечтаний. СССР — страна возможностей. Вот вы, Богдан Серафимович, говорите, что в кино не разбираетесь. Для этого есть другие люди — которые разберутся и еще об этом в газете напишут. А вы, кстати, в курсе, чем наш город вообще известен? Когда он возник, кто из известных партийных деятелей там родился? Неподалеку, кстати, еще Корчева была — старый затопленный город. Море интересных историй…
— Краеведение, — понимающе кивнул Грачев.
— Именно, — подтвердил я. — Только с интересной подачей, с фоторепортажами. И еще… У нас в городе очень много достойных людей разных профессий. Им можно дать своего рода трибуну для высказываний.
— Авторские колонки? — как мне показалось, искренне заинтересовался Лев Исакович.
— Они самые, — я кивнул. — Только у нас обычно под авторскими колонками понимается что? Материалы журналистов с громкими именами. Или какое-нибудь слово редактора, например. А я имею в виду немного другое — врач будет рассказывать о медицине, музейный смотритель о новых и старых экспозициях, музыканты об эстраде. Авторский взгляд на события и явления. И на собственную профессию.
— Так не все же писать могут… — начал было Хватов.
— А я на что? — я отбил подачу. — И еще редактор вечерки. Будем отбирать людей, которые умеют формулировать свои мысли на бумаге, и помогать им. Но самое главное…
Я намеренно сделал паузу и обвел взглядом всех присутствующих. Так и есть — стараются держаться, однако в глазах горит осторожное любопытство.
— Я планирую сделать вечерку интерактивной, — выдал я свою основную идею. Вот только забыл, выражались ли так в Союзе. Наверное, нет. Точно нет.
— Что вы имеете в виду? — Лев Исакович не подал виду, что мои слова его как-то удивили. Просто дипломатично уточнил.
— Диалог с читателем, — пояснил я. — Только не стандартный и привычный в виде писем в редакцию, а кое-что поинтереснее. Я хочу, чтобы наша аудитория сама выбирала темы. Голосовала за лучшие материалы, убирала неактуальные.
— Интересно, — Грачев и Хватов одновременно подались вперед, кагэбэшник внимательно слушал, пристально глядя на меня.
Эту идею я вынашивал несколько недель. В будущем работа с аудиторией была довольно простой. Ты смотришь на статистику просмотров и, самое главное, дочитываний. В соцсетях и телеграм-каналах следишь за реакцией, внимательно изучаешь комментарии, отсеиваешь ботов и учитываешь мнение реальных людей. Да даже банально устраиваешь опрос, если тебе совсем лень или некогда. Мол, кого вы хотите видеть в качестве героя интервью в следующий раз — местного блогера или певицу из Твери. Но как быть в эпоху господствующего принта?
— На полосах с экспериментальными темами, — начал я, — будут размещены бланки для голосования. Что-то вроде отрывных талонов…
— А не слишком ли сложно? — усомнился Грачев. — Все-таки телефонные звонки в редакцию, письма и телеграммы — это хороший способ отследить реакцию читателей. Даже вопросы можно задать, уточнить что-то.
— У нас и так есть отдел писем, как в любой газете, — парировал я. — Но далеко не все пишут нам о понравившихся статьях. В основном просят решить проблему, говорят о наболевшем. А вырезать из газеты бланк, заполнить его и принести, например, на вахту в здание — быстро и просто. Во всяком случае если сравнить с письмом.
— Разумно, — согласился Лев Исакович, а Хватов довольно хмыкнул. — А телефонные звонки от читателей? Что все-таки о них думаете?
— Как обратная связь — да, хорошо, — ответил я. — Но как способ собрать статистику и составить рейтинг материалов — не очень. В идеале отклик нужен по каждому большому материалу. А звонить будут точно не по всем.
— Пожалуй, вы правы, Евгений Семенович, — одобрительно кивнул Грачев. — Создать, например, отдельный почтовый ящик и проверять каждую неделю отзывы по статьям.
— Я же говорил, есть в Кашеварове жилка, — и вновь похвала от Богдана Серафимовича стала для меня неожиданной.
— Хорошо, — резюмировал Лев Исакович. — С этим разобрались. Ваша идея мне нравится. Такой эксперимент я одобряю. И если он будет признан успешным, пожалуй, можно будет взять это на вооружение в других районках. Да и в «Калининской правде» не помешает. Кто знает…
— Кстати, Женя, ты же не сам этим всем планируешь заниматься? — вдруг спохватился Хватов. — Главнокомандующего выбрал?
— Действительно, у вас уже есть кандидатура? — оживился Грачев. — Кто-то из ваших замов?
— Замы останутся при мне, — я покачал головой. — А заниматься вечеркой я планирую поставить молодую и перспективную журналистку, комсомолку и просто красавицу — Зою Шабанову.
— Вы уверены? — удивился Лев Исакович, а Хватов скептически усмехнулся. — Насколько я знаю, это совсем неопытная сотрудница. Тридцати даже нет еще.
— Я же говорю, молодая и перспективная, — улыбнулся я. — И потом… опыт — он же не от возраста зависит. Возраст — это мудрость. А профессиональные навыки необходимые у нее есть.
— Что ж… — задумался Грачев. — Подготовьте на нее характеристику, мы рассмотрим кандидатуру…
— Уже, — вновь улыбнулся я и протянул ему заверенную подписями районного секретаря ВЛКСМ Жеребкина, парторга газеты Громыхиной и, разумеется, моей.
Характеристику на Зою я приготовил еще до того, как мне внезапно позвонил Краюхин с новостью о командировке в Калинин. А перед этим многократно взвесил все за и против. Я ведь изначально планировал поставить редактором «Вечернего Андроповска» кого-то из молодежи. По уверенности и железной хватке на эту роль подходила Соня Кантор, но ее я решил придержать на прежнем месте. Все просто — она гениальный расследователь, и административная работа загубит ее талант на корню. Либо же она превратит всю газету в издание одного жанра. Нет, я абсолютно уверен, что на высоких должностях не должно быть творческих звезд. Быстро сгорят. А вот серьезная, вдумчивая и усидчивая Зоя подходила из всех молодых сотрудников лучше всех.
Разумеется, я на первых порах ей помогу. А потом уже она наберется своего опыта и уйдет в свободное плавание. При этом «Вечерний Андроповск» останется моим дочерним проектом, который затем вольется в медиахолдинг, когда жизнь в стране поменяется. А дальше — свой канал и радиостанция, но не буду пока забегать вперед.
— Хорошо подготовились, это радует, — Грачев удовлетворенно кивнул, пробежавшись глазами по характеристике. — Я так понимаю, вам понадобится расширение штата… Об этом вы тоже подумали?
— Конечно, — подтвердил я. — У меня есть на примете несколько внештатников, которые вполне могут писать на постоянной основе. Плюс я планирую уделять много времени юнкорам, которые потом составят внушительную часть нового коллектива. Потом в университете будет летняя практика…
— Ох, Женя, это же головная боль, — Хватов побарабанил пальцами по столу. — У тебя в районке и так их много будет.
— А что делать? — возразил я. — Как им еще учиться, если не на практике?
— Да это все понятно… — махнул рукой Богдан Серафимович. — Я больше так, ворчу. Сам ведь практикантом когда-то был. Как и ты.