Измена. Любовь vs Ненависть (СИ)

Домой я возвращаюсь глубокой ночью. Сразу еду к Лиле. Когда она открывает дверь, стискиваю в горячих объятиях.
— Милый. Я так рада, что ты приехал!
— Я люблю тебя...
— А?
— Больше жизни люблю, Лиля.
Лезу в карман.
— Вот, купил сегодня. Я просто не могу ждать!
Встаю на одно колено. Сердце стучит, как бешеное. Достаю кольцо.
— Милая. Ты выйдешь за меня?
— Егор, — она позволяет надеть колечко, — ДА! ДА! Но...
— Но? — хмурюсь.
— А как же мой паспорт? Я же официально мертва...
— Скажем, что ошиблись, ты пропала, но тебя нашли. Всякое случается. По ошибке признали мёртвой. То, что отец панически боялся огласки, сыграет нам на руку.
— Милый... Боже! — она бросается на мою шею.
Увлекаю девушку в постель, где мы долго целуемся и обнимаемся. Впервые я так счастлив. И мой путь ярко освещает свет моей малышки Лилии.
— Ой! Егор! — она подскакивает, — у меня для тебя кое-что есть!
Лиля достает картину. Стаскивает чехол и открывает моё лицо. На большом холсте она нарисовала меня. Один в один. Похож-то как! Аж не по себе немного. Но полотно безумно красивое.
— Это моя спящая морда? — смеюсь, — я такой красивый?
— Егооор! — девушка надувается, — тебе не нравится.
— Очень нравится! Ты рисуешь просто обалденно! Иди ко мне. Не хочу тебя отпускать ни на секунду.
— Врач запретил нам заниматься сексом, — вздыхает она.
— Знаю, так что давай просто полежим. Вот так, — сгребаю свою малышку в охапку.
Чувствую безграничное тепло, наполняющее душу. Теперь я знаю, что делать и как. Кто важен и почему. Лиля не спрашивает про Макса, да и зачем?
Их быстро разводят, не без моей помощи. Девушку возвращают в мир живых, принеся тучу извинений. Якобы кто-то напутал документы и вообще всё это — одна большая ошибка.
Вера увольняется и спустя год у них с Лисенко рождается двойня. Он бегает за ней с просьбой зарегистрировать отношения, но она вдруг захотела свободы, а не брака. Бедный мужик. Интересно, что с ней такое случилось?
Пожениться мы с Лилей решаем после рождения ребенка, потому что Лиле нельзя нервничать, а планирование свадьбы — тот еще геморрой. Но вопреки всем страхам ее беременность протекает хорошо. И через восемь месяцев у нас рождается сын. Здоровенький мальчик. Называем его Алексеем.
Макса сажают в тюрьму на пять долгих лет. Мы выбиваем ему курс психологической реабилитации. Мама продает особняк отца со всей мебелью и покупает небольшой домик за городом. Ухаживает за садом и ждет моего брата из тюрьмы. Почти все деньги делит и кладет на счета, оформленные на внуков.
А мы с Лилей женимся и строим большой двухэтажный особняк. Покупаем двух милых английских бульдогов. Лиля уходит из офиса, посвящает себя рисованию и воспитанию нашего сына. А спустя два года у неё появляется небольшая картинная галерея в городе.
Все течет, меняется. Жизнь идет своим чередом. Неизменно лишь одно: моя бесконечная любовь к Лиле и нашему сыну.
  
Эпилог
 
— Фадеев, подъем, гости к тебе! — орет охрана и неприятно гогочет.
Макс нехотя поднимается. Идет четвертый год заключения. За хорошее поведение его никто не выпускает. Что естественно, ведь что ни день, он встревает в драку или конфликт с другими заключенными.
— Кто? — тянет недовольно.
— Красивая баба, — смеются они, — давай, топай.
В тюрьме некогда золотому мальчику пришлось нелегко. Постоянные провокации, драки. Необходимость отстаивать не только свою свободу, насколько в тюрьме это понятие уместно, но и жизнь.
Макс изменился.
Заматерел, стал более зрелым. Прошел курс лечения у психотерапевта. Вроде как проработал детские травмы и постарался справиться с чувством вины. В комнату свиданий он направляется с абсолютным спокойствием и чистой головой.
Кроме матери, ни одна женщина его не навещала. Она и брат. Но простить её за слабость он так и не смог. Думал, время залечит эту рану. Но видеть печальное лицо пожилой женщины был не в силах, потому попросил её не приезжать и дать ему время.
— Проходи, — его заводят в комнату.
 
У решетчатого окна спиной стоит женщина. Она что-то пишет в телефоне. В сердце у Макса что-то ухает. Он внимательно рассматривает внезапную гостью. Шелковистые каштановые волосы ниспадают на спину. Точеную фигуру облегает кремовое платье-футляр. Ноги облачены в лакированные туфли на невысоком каблуке.
Она разворачивается.
— Лиля? — Макс таращится на свою, как он считал, умершую жену.
— Привет, Максим, — говорит она.
Изменилась. Уверенная, красивая, статная. В модных солнечных очках. А через платье мужчина видит слегка выпирающий животик.
— Лиля... — он плюхается на стул, — ты жива...
— Да, — коротко отвечает она, — я ненадолго.
Макс любуется ей. С ним она такой не была. Да, красивая и эффектная, но сейчас эта женщина буквально излучает мощную внутреннюю силу. Она изменилась.
— Прости меня, — он опускает голову, — если сможешь. За всё прости.
— Я простила, — она холодно смотрит на бывшего мужа, — и больше ничего к тебе не испытываю. Ни ненависти, ни любви.
— Что ж, я заслужил. Но зачем ты тогда приехала? — он удивленно выгибает бровь.
— Дать тебе шанс. И сказать, что не виню тебя ни в чем.
Она копается в кожаной сумочке и протягивает мужчине бумажку. На ней адрес. В далеком неизвестном ему городе.
— Что это? — не понимает Макс.
— Адрес. Маша умерла вскоре после родов. И твоя дочь теперь живет с бабушкой. Егор поговорил с ней, она готова позволить тебе видеться с малышкой. Её зовут Сашенька.
— Саша... Александра... — словно молитву, произносит Макс, — моя дочь.
— Да. И лишь тебе решать, Максим, продолжить гробить свою жизнь или начать всё с чистого листа. Так, как это сделала я.
— Ты с моим братом?
Макс видел кольцо на пальце Егора. Но не спрашивал, кому повезло стать женой нынешнего патриарха семьи Фадеевых. Значит, старший и тут его обставил. Он усмехается.
— Ты нужен ей. Малышка потеряла маму. У неё остался лишь ты, — говори Лилия, — мы выбили тебе еще один шанс выйти досрочно. Воспользуйся им. Тебе есть, ради кого жить.
С этими словами она выходит. Гордая, красивая. Теперь чужая. Но младший Фадеев думает не об этом. А о том, что где-то его ждет дочка. И в его жалком и бессмысленном существовании теперь есть смысл.
Усмехнувшись, Макс Фадеев направляется обратно в камеру.
Конец