Собери себя сам (СИ)
— Я не обязан перед тобой отчитываться, — сказал я с безразличием.
Как же приятно было смотреть на его бесящуюся рожу. Значит, вот как выглядят люди, когда их грязные планы рушатся у них на глазах.
— Не обязан? — Меркел злобно ухмыльнулся. — А вот я сейчас пойду и доложу Маркхейрам, что в городе завёлся подозрительный тип, получающий «величие» из неизвестных источников. У семьи наверняка будут к тебе вопросы.
— Прибиться к другому отряду приключенцев — это теперь называется «неизвестные источники»? — спросил я.
И ведь не заявил напрямую, что я так и сделал. А значит, и не соврал (хотя не то чтобы врать таким ублюдкам — это что-то плохое).
Серебряный снова улыбнулся, будто ему в голову пришёл ещё один хитрый план.
— Ну допустим, получил ты свободу. А что насчёт этого? — Он помахал ингалятором в руке. — Ты в городе несколько дней, у тебя ни фрагментов, ни связей. Сможешь сам раздобыть эту вкусняшку? Ты ведь уже почти сутки её не принимал. Давай, не выпендривайся, иди к папочке. Мы оба знаем, кому ты принадлежишь.
Наконец он заметил, что никаких симптомов ломки у меня нет. Не потею, не трясусь, не озираюсь вокруг безумным взглядом. Стою и спокойно на него смотрю.
— А это чё ещё за фокусы? — пробормотал он. Подбежал ко мне поближе, рассмотрел, заглянул в глаза. Разве что не обнюхал. Потянулся рукой, но я отбил её в сторону. — Ты чё, реально где-то дозу раздобыл, говнюк⁈
Но осмотрев меня ещё раз, он всё понял:
— Нееет. Торчка я сразу узнаю. Даже если он только что ширнулся. А ты… здоров, мать твою!
Стоило прозвучать этим словам, как я тут же стал объектом всеобщего внимания. Все присутствующие уставились на меня глазами по пять копеек. Даже те, кто до этого не вслушивался в разговор (или вообще спал), вскочили и уставились на меня. У всех в глазах читался один вопрос: КАК?
А Меркел снова расплылся в улыбке:
— Интересно, а вот ЭТО ты как семье объяснишь? Скажешь, что совершенно случайно нашёл доктора или лекарство?
Похоже, семья казалась ему сильным аргументом. И я в это даже верил. Семьи — элита людского общества. Им позволено то, что не позволено обычным людям. Если они захотят похитить меня и допросить под пытками, то сделают это, и городская стража даже не пикнет. Они, вон, магазин недавно оккупировали, и никто даже слова сказать не посмел. Если Меркел и правда им донесёт, у меня могут быть проблемы. А значит…
— Удачи, — сказал я и ушёл из казармы.
Доложит он, как же. Я хоть и не владею телепатией, но нетрудно догадаться, о чём сейчас думает серебряный. Да, информация о странном мутанте, способном излечиться от зависимости, поднимет его репутацию в глазах семьи, в которую он так хочет вступить. Но куда сильнее ему захочется узнать ответ самому.
А значит, его дальнейшие действия очевидны. Он захочет проследить за мной и узнать, чем я занимаюсь в зоне. А зона — это не город. В ней нет свидетелей, её не патрулируют стражники, и законы там не действуют. Понимаете, о чём я?
Я дошёл до гостиницы, где когда-то снял комнату на ночь (и так ею и не воспользовался). Заплатил 20 ФП, зашёл в комнату. Надо же, как тут уютно. Есть кровать, стол и стул. Есть окно, нет духоты и вони. Уткнувшихся в стену должников и атмосферы обречённости тоже нет. Я лёг на кровать и постепенно заснул.
* * *Утром следующего дня…
Дверь резко раскрылась, в магазин вбежал запыхавшийся наёмник.
— Меркел, цель вышла из гостиницы!
— Понял. Эй, дармоеды, подъём! Мы выходим! — скомандовал серебряный должникам, сидевшим за столами.
Ещё вчера вечером он отправил двух наёмников следить за Рахтом. Один из них обязан был, как только цель покинет гостиницу, сразу прибежать и доложить. А второй — продолжить слежку.
— Эй, мы ващет не обязаны тебе с твоими личными делами помогать, — напомнил один из них ленивым голосом. — Наша задача — ядобрюхов для тебя мочить.
Серебряный осклабился, а затем достал из-под прилавка ингалятор и направился к должнику.
— Эй, эй, тише ты! Я ж пошутил! — замахал тот руками.
«Шутник хренов. Чтоб больше я такого не слышал!»
Что-нибудь такое мог бы ответить Меркел. Но не стал. Важно правильно себя ставить перед этим отребьем. Каждый из них должен понимать, что находится не в том положении, чтобы качать права. Что его жизнь не стоит ни-хре-на.
Поэтому Меркел кивнул наёмникам, и те скрутили умника.
— Эй, да вы чё творите-то⁈ — запаниковал тот. — Признаю, был неправ! Если надо, давай ещё раз должника возьму, ещё один квест тебе выполню! Только не надо люминору, умоляю!
Не слушая его мольбы, серебряный схватил его за волосы, вздёрнул голову и приставил ингалятор к носу.
— Дыши давай! — рыкнул наёмник, пнув должника по почкам. Сейчас не было времени, чтобы церемониться и ждать, когда у него кончится воздух.
Застонав от боли, должник глубоко задышал. Его глаза блаженно закатились, руки задёргались, и он без чувств повалился на пол. Меркел повернулся к остальным:
— Кто тут ещё умный и знает свои права⁈ Никто⁈ Тогда подняли жопы и марш за мной!
Отряд из серебряного, трёх наёмников и четверых должников прошёл по улицам города и дошёл до восточной стены.
— Я Меркел, мне что-нибудь просили передать? — спросил он у стражников.
— Да, — кивнул один из них. — «Цель ушла в зону, иду за ней».
Это было послание от Риста — второго наёмника, посланного следить за Рахтом.
Меркел кивнул стражнику, перевёл ему десятку ФП (за содействие) и повёл отряд к зоне. На подходе они увидели, как кто-то стоит у чёрного камня-шипа и машет им рукой. Это был Рист.
— Цель вошла в зону, — доложил он. — Минут пятнадцать назад. Двинулась вон в том направлении.
— Отлично, за ним, — сказал Меркел.
Серебряный испытывал смешанные чувства. С одной стороны, он сорвал настоящий джекпот. Новый раб, которого подогнал Виг, оказался чем-то намного большим, чем просто мутант-регенератор.
Во-первых, он смог самостоятельно раздобыть целый фрагмент величия. В версию, что он просто приткнулся к другому отряду, Меркел ни секунды не верил. ФВ с элитников падают по одной штуке, и ни один отряд не станет отдавать столь ценную валюту присоединившемуся только что новичку. Это бред.
Во-вторых, ему известен способ излечиваться от наркозависимости. Помогла регенерация? Нет, точно нет. Меркел знал о таких мутациях (а после приобретения Рахта ещё раз перечитал литературу на эту тему). Реген не воспринимает наркотик как угрозу и не лечит зависимость — это всем известно. Да и он точно помнил, что в первые дни у Рахта была такая же ломка, как и у всех. А тут вдруг бац — и как рукой сняло.
Нееет, не в регенерации тут дело. Этот мутант прячет в себе ещё какие-то секреты. И если Меркел получит к ним доступ, то резко поднимет свой статус в обществе. Возможно, поднимет настолько, что семья сама пригласит его в свои ряды, и не придётся собирать ФВ для вступительного взноса.
Это всё были хорошие новости. Ну а плохие — чем ценнее рыбка, тем сложнее её поймать. Мутант оказался не так прост: смог излечиться от зависимости, самостоятельно найти последний ФВ и выполнить квест раньше, чем задумывалось. Сорвал все планы Меркела и ускользнул у него из рук.
Ну ничего, далеко он не уйдёт. Он никто. Не имеет ни знаний, ни связей, и вообще плохо ориентируется в этом мире. Будь он таким крутым, каким пытается казаться, он бы не получил статус должника, не повёлся бы на ложь Вига, не позволил бы купить себя в рабство. В этот раз ему просто повезло, только и всего. Но второго раза не будет. Сегодня пёсику напомнят, кто его хозяин.
— Смотрите, там убитый меченосец, — показал вперёд один из наёмников.
Подошли, осмотрели.
— Свежий, убит минут пять назад, — сказал другой.
— Значит, цель проходила здесь.
— Смотрите, кровь. Его ранили.
— Но вот тут она кончается.
— Потому что рана зажила. Он регенератор, забыл что ли?