Контракт с Дьяволом. Без права на любовь (СИ)

Проморгавшись, замечаю, как автомобиль, управляемый Даном, сворачивает с трассы в сторону элитного посёлка. На горизонте начинают поблескивать в свете фонарей заснеженные коттеджи.
– Верно. От хороших не сбегают, – говорю, как можно спокойнее. Больше не хочу демонстрировать свою слабость. Перед ним – никогда. – Но это не повод для развода. Женщина может ненавидеть также сильно, как и любить. А ещё она может прощать, если ей это выгодно…
– Хм… – наконец-то разжимает пальцы, освобождая мою руку от плена, – я это обязательно учту… Приехали, Маша. Добро пожаловать в мой дом.
– Не обольщайся, – защищая себя от него, зябко кутаюсь в пальто. – Надолго я здесь не задержусь.
– Посмотрим, Машенька. Для начала, я покажу твою комнату, затем решим, что мне дальше с тобой делать…
* * *
– Хочешь совет? – его цинизм отзывается во мне взрывом дикой ярости. Оборачиваюсь к нему, впечатывая пластиковую бутылочку в грудь, обливая остатками воды. Руслан автоматически перехватывает её ладонью. – Отпусти меня, и у тебя на одну проблему станет меньше, – из пересохшего горла удаётся выдавить неожиданное рычание и заполучить ощущение прошедшегося по глотке наждака.
– Боюсь, проблемы у меня только добавятся, если я тебя отпущу, Мария, – заверяет совершено спокойным тоном. А вот взглядом…
Он словно сжигает меня заживо! Дотла!
Оказывается, мужчине не нужно орать, чтобы заставить женскую сущность сжаться до размера маленькой улитки.
– Будешь удерживать меня силой? Серьёзно? Посадишь на цепь, как нашкодившего щеночка? Или наручниками к батарее пристегнёшь, прямо сейчас?
– Зачем эти сложности, Мария? – Исаев кривится, будто от зубной боли. Протягивает ко мне руку. Ладонью обхватывает затылок. Испугавшись его, зажмуриваюсь, а когда разлепляю веки, замечаю лицо мужчины настолько близко, что я на добрые десять секунд забываю, как нужно дышать. Мой взгляд непослушно мечется от его губ к глазам и обратно. Замирает в одной точке. – Обещаю, ты сама захочешь остаться… – идеально очерченные губы оживают в чувственном танце, изрекая полнейшую чушь.
Я захочу с ним остаться? Правда? Да я даже не знаю его! Чтобы иметь желание жить с ним под одной крышей, нужно как минимум его уважать.
– Почему ты так уверен? – выходит сипло и дрожаще.
– Потому что тебе будет ВЫГОДНО… – интонацией подчёркивает мои же слова, хлёстко ударяя ими по лицу. Почувствовав укор, тут же краснею.
– Думаешь, что купишь меня с потрохами? Что я поведусь на кругосветные путешествия, бриллианты, шмотки от кутюр и прочую мишуру? Да я тебя уже ненавижу, только потому, что ты бестактно лезешь в мою жизнь. Перекрываешь мне кислород. Заставляешь принять своё «вероисповедание». Только ты не учёл одного. Я не продаюсь.
– Не зарекайся, Маша… – гремучее серебро в его глазах заставляет нервничать, пронзая мою душу. – В лучшие свои моменты жизнь бывает особо непредсказуема… – добавляет он. Его рот находится так близко к моему, что кажется, он вот-вот меня поцелует, но в последнюю секунду Исаев резко отстраняется и покидает салон припарковавшегося во дворе автомобиля. Громкий хлопок дверцей вынуждает вздрогнуть.
– Псих… – срывается с языка.
Взглядом провожу его до ворот, затем отвлекаюсь на голос Дана.
– Не обращайте внимания, Маша. У него временные трудности. После смерти брата нелегко тащить всё проблемы на одних плечах. Он женат на работе. Отвык общаться с женщинами.
– Я ему нужна для разрядки? Так, что ли? – выпучив глаза на безопасника, не могу поверить, что я влипла. – Так пусть найдёт себе шлюху!
– Дешёвки его не интересуют. Даже те, у кого родословная до пятого колена. Ему нужна ты.
– Почему???
– Искал необычную, с изюминкой, – пожимает плечами Дан.
– Послушайте, пожалуйста, отвезите меня в город. Противозаконно держать меня здесь.
– Мария, не торопите события. Сначала вас осмотрит врач, затем поужинаете и обсудите ваши планы. Никто насильно держать вас в этом доме не станет.
 
– Какой ещё врач? – удивление уже не просто охватывает меня, оно накрывает ледяной волной, заставляя задыхаться от нехватки кислорода. – Зачем мне доктор? Я здорова! Не нужен мне никакой врач! – открываю дверцу и выпрыгиваю из машины. Сердце не просто колотится в груди, оно раскатывается по рёбрам. Трещит по швам.
А что, если…
Господи, нет…
Это какой-то страшный сон!
Бред!
Сбросив пальто на землю, срываюсь и лечу прочь. Калитка ещё открыта. Если удастся выскользнуть наружу, есть шанс кого-нибудь встретить на улице. Соседей, например, случайных прохожих, проезжающих мимо охранников территории, кого угодно! Только бы не оставаться в этом доме пленницей.
Кричать буду!
Звать на помощь!
Орать!!!
– Маша! – окликает сзади охранник.
Ни черта у вас не выйдет!
– Ээээй!!! Помогите!!! Спасите!!! Кто-нибудь!!! Эээй!!! – вылетая пулей из калитки, врезаюсь в каменную грудь двинувшего на меня локомотива. Отрикошетив, плюхаюсь задницей на дорожку. Плавающие серебристые мушки в глазах не сразу позволяют настроить резкость зрения. Приходится обхватить гудящую голову прохладными из-за снега ладонями и протяжно простонать.
– С ума сошла? – сначала накрывает глухим рычанием, так, словно голос доносится сквозь толщу воды. Затем резкий рывок поднимает тело с земли, ставит на ноги, встряхивает, обжигая болью плечи. – Какого черта ты здесь устроила? Больная?
– Отпусти! – собравшись силами, приступаю вырываться, колотить его в грудь, в плечи, по лицу. – Пусти меня, извращенец! Сдашь на органы? Зачем мне врач?
– Рехнулась, что ли?! Идиотка! С чего ты взяла? – пропустив несколько ударов по лицу, Руслан швыряет меня в сугроб, следом наваливается, накрывая своей горячей тяжестью. Утрамбовывает в снег. До того, как мои запястья фиксируются у меня над головой, успеваю царапнуть его физиономию.
– Сссука, мать твою… – свистит у виска, обжигая горячим потоком воздуха. – Бешеная стерва.
– Я не хочу осмотров! Отзови врача! Я не дам себя обследовать, слышишь! Отпусти! Руки убери, сволочь! – попытавшись пошевелить тазом, оцениваю свою тотальную беспомощность. Я даже не могу зарядить коленкой промеж ног, так хитро он меня скрутил.
– Это в твоих же интересах, дура! – шипит мне в лицо, пожирая диким взглядом. – Прекрати орать, и я отпущу!
– Ты больной ублюдок! Решил – тебе всё можно? Отпусти меня! Отпус…
Обрушив на мои губы свой горячий рот, Руслан не даёт права договорить. Сминает их, намертво приваривая к своим. Освобождает в моей груди неведомую силу, которая в очередной раз, по непонятным мне причинам, сносит волной пульсирующего удовольствия поднявшееся к горлу возмущение.
  
Глава 15
 
Профилактика простуды 
Руслан
Давно меня не бомбило так от женщины. Последний раз такое испытывал девять месяцев назад. После похорон брата. Когда с Яной сражался на кухонном столе за поцелуй. На виске до сих пор ощущается небольшой шрам, как напоминание о той ночи.
Что ж вы, бабы, творите?
Это ж какой силой дьявольской нужно владеть, чтобы вот так безжалостно, с садистским удовольствием – душу всмятку. Ни на минуту не задумываясь о последствиях…
Мне всё можно, Машенька!
С тобой мне можно всё!
Я сам себе разрешил. И лучше бы ты не истерила и не брыкалась, девочка, тогда бы мне хватило терпения тебя не трогать какое-то время. А сейчас всё, мать твою! Отказали, нахрен, тормоза.
Да ты и сама хочешь того, чему так яростно сопротивляешься.
Хочешь же!
Давно не испытывала таких чувств. Делаешь вид, что тебе противно, вместе с тем дрожишь подо мной, как осиновый лист. Язык мой принимаешь. Позволяешь бесчинствовать у себя во рту.
Давай, Маша. Хватит сопротивляться.
– Можешь орать до срыва связок – никто не услышит. Сдавайся, сладкая… – шумно выдыхаю в рот, вцепляясь зубами в сочную губу.