В поисках змея (СИ)
Ответив на мой вопрос про не предупреждение меня, ужик привычно залез мне на плечи и обвил шею. Не тратя больше времени на бесполезные выяснения отношений, я вышла из комнаты, и, пользуясь подсказками ужа, направилась в покои Лекса.
Теперь, когда я всё узнала, изображать оскорбленную невинность, и сидеть в комнате не было смысла. И чем быстрее мы с ним сможем нормально переговорить — тем лучше. Главное, помня предостережение царя, чтобы он не сказал ничего лишнего. При этой мысли я не смогла сдержать улыбку, представляя единственный способ заткнуть ему рот…поцелуем. По коже тут же пробежали предвкушающие мурашки.
К моему сожалению, в кабинете Лекса не было. Как не было его и в спальне, у двери которой я стояла минут пять, пытаясь унять дрожь в руках и выровнять дыхание, никак не решаясь зайти. Всё зря. Погуляв ещё пару часов по замку, но так вообще никого и не найдя, я с ужасом начала понимать, что конкретно сейчас происходит.
— Нас все избегают? — остановившись в одном из коридоров, обратилась я к змейке, и так зная ответ. — Это игнор?
А как ещё можно было объяснить абсолютно пустые помещения? Никого, кроме ползающих гадюк, мы на своём пути не встретили ни разу!
— Ты можешь мне как-то помочь найти кого-нибудь из этой троицы заговорщиков? — спросила я ужика, косясь на находящихся рядом гадюк.
Наверняка именно с помощью змей Василеск умудряется меня избегать. Предупреждают они его, что ли, каким-то образом? Или он через них может смотреть, как я недавно наблюдала их посиделки в спальне? Нет, последнее вряд ли. Он тогда понял бы, что это я.
«Нет! Бегают!»
Понятно, ужик мне помочь не может. Бегают? Скорее змейка имела в виду, что перемещаются. Мда, ситуация. И что делать?!
Побродив ещё некоторое время по замку, пару раз случайно всё же наткнувшись на его обитателей (бедняги при виде меня не знали, что и делать — то ли, повинуясь приказу полоза игнорировать, то ли кланяться мне — царевна ведь!), мы с ужиком решили вернуться в покои Лекса. Гуляя по замку мы его точно не поймаем, а там есть вероятность, что сумеем дождаться. Должен же он вернуться к себе хотя бы на ночь? По крайней мере, я на это надеюсь. Да и другого выхода у меня всё равно нет! В свою комнату я не вернусь, и даже если Лекс и на ночь не явиться — значит, переночую в его спальне, с комфортом! А не на том орудии пыток, на котором сегодня спала.
Покои Василеска встретили меня безлюдной тишиной. Я даже ванную комнату проверила, на случай, если от меня там кто-то вдруг прячется. Никого не найдя, я решила пока устроиться в кабинете, заняв кресло полоза. А что? И дверь хорошо видно, и почитать есть что…
Завалы документов на столе я перебирала по следующему принципу — чистые листы с гербами ужей (на которых на самом деле текст был, но прочитать его могли только Лекс с царём) аккуратно летели на пол слева от меня. С исписанными листами по какой-то отчётности и с прочими денежными и цифровыми таблицами (которых мне и на работе хватало по самое «не хочу»!), я поступала точно так же, только они образовывали кучу на полу справа от стола. Остальные бумажки я мельком просматривала, и, в случае незаинтересованности в данный момент в чтиве такого рода — делала бумажный самолётик и запускала его в спальню Лекса, предварительно открыв нараспашку дверь.
Здесь не было ни записочек, ни любовных писем, ни даже стихов. Только рабочие и бухгалтерские документы, договоры, деловые переписки по поводу пошлин, обмена… И как итог — спустя пару часов стол оказался девственно чист, чего не скажешь про пол кабинета и спальни. Мои самолётики были повсюду! И если в начале своей затеи я наивно рассуждала, что Лексу станет жалко свои бумажки, и он непременно прискачет выгонять меня, то запуская последний самолёт, поняла — не придёт. То ли решил, что бумаги не так важны, то ли змеи ему не доложили о моём беспределе — не знаю!
Дверь тихонько отварилась, заставив меня вздрогнуть от неожиданности, и в кабинет вошла Леся.
— Моя царевна, — она нерешительно мне поклонилась, оставаясь у двери, и едва сдерживая слёзы.
— Здравствуй, Елесея, — поздоровалась я с ней, улыбнувшись, и всем своим видом старательно показывая девушке, что я рада её видеть и ни за что ругать не буду. Судя по всему, её ко мне отправили в роли переговорщика, и сообщить она мне должна какую-то гадость. Иначе с чего она так трясётся? — Ты что-то хотела?
Леся побледнела после моих слов, глубоко вздохнув, будто готовилась к прыжку в ледяную воду.
— Мой полоз просил вам передать, немедленно покинуть его покои, — на одном дыхании выпалила девушка и зажмурила глаза, в панике ожидая мою реакцию.
— Передай ему, пожалуйста, — самым спокойным и миролюбивым тоном, на который только была способна, я обратилась к Лесе, чтобы не дай бог, у неё из-за нервного перенапряжения инфаркт не случился, — что, если Василеск хочет мне что-то сказать, или о чём-либо попросить — пусть делает это лично.
Елесея, поняв, что ругать её никто не будет, подумала, кивнула и пулей выскочила за дверь. Спустя минут десять девушка вновь вернулась в кабинет. Выглядела она ещё бледнее.
— Мой полоз просил вам передать, — в этом месте Леся запнулась, и, перейдя на шёпот, продолжила, — что лично он к вам придёт только тогда, когда ему понадобиться наследник, — она снова сделала паузу, нервно всхлипнув. — И что будет это не скоро, а сами мысли об этом процессе с вами, уже сейчас вызывают у него отвращение…
Чего она явно не ожидала, так это моего смеха! Вся ситуация и так была верхом абсурда, а наш с ним диалог, с использованием Леси в роли телефонной трубки — это просто край!
— Леся, — продолжая смеяться, начала я диктовать девушке новое сообщение, — скажи ему, что я вся в ожидании того момента, когда он будет извиняться за эти слова! Да, — чуть не забыла добавить, останавливая Лесю, которая кивнув, уже открыла дверь, — и я никуда отсюда не уйду.
На этот раз я сидела в одиночестве чуть дольше, но ожидание того стоило! Нет, Лекс не пришёл, зря я на это надеялась. Зато Леся привела с собой Пелагею!
— Царевна! — обратилась ко мне рыжая, смотря на меня с нескрываемым превосходством, на фоне стремительно бледнеющей Леси. А я думала бледнеть больше ей уже не куда! — Я возлюбленная полоза Василеска!
Да?! Очень интересно, очень… И что этот фарс означает? Хорошо, что она меня не узнала, хоть я и немного опасалась этого.
— Это правда, — поймав мой вопросительный взгляд, Леся правильно его истолковала и прошептала, — полоз попросил привести к вам его любимую минару, Пелагею.
— И что же ты хочешь, любимая минара Пелагея? — сохранив ровный спокойный тон, спросила я у рыжей.
— Мы хотим, чтобы вы оставили нас в покое, — выпрямив спину и расправив плечи, девица выпятила и без того очень выделяющуюся грудь. — Наша любовь стерпела и так множество преград, от наречённой, до вашего с ним вынужденного брака. Полоз просит вас удалиться из наших с ним покоев, — она специально выделила слово «наших», с нажимом произнесся его.
И что сие значит? Нет, не услышь я сегодня то, что на самом деле думает Лекс о данной девушке, я бы, скорее всего, ушла. Но сейчас… Зачем они её ко мне вообще подослали? Думают задеть гордость царевны? Мол, полоз гуляет с минарой после свадьбы? Просчитались заговорщики, не среагирую я никак на этот фарс! Хотя… а почему бы и нет?
Лексу всё равно придётся со мной встретиться, рано или поздно (но лучше рано), и он поймёт, как был не прав! А я, в первую очередь, девушка, я и обидеться могу. Да и кушать хочется, если честно. Здесь меня кормить явно не будут, нужно опять Миру звать. Надеюсь, она снова придёт и поможет в трудную минуту.
— Что ж, — я медленно встала, состроив максимальное грустное выражение лица, — кто я такая, чтобы стоять на пути двух любящих сердец?
Мне показалось, что я немного переигрываю, но удивлённой выглядела только Леся. Пелагея же собой олицетворяла памятник злорадству. Такой высокомерной и одновременно уничтожающей улыбки (читай — оскала), я за всю свою жизнь никогда не видела.