В поисках змея (СИ)

— У меня сегодня свадьба оказывается, а я и не в курсе, — пошла я ему на встречу, — ехать куда-то нужно, а меня, опять же, никто в известность не поставил. Да и дело не только в этом, — я прикусила губу, пытаясь справиться с волнением и правильно подобрать слова, прикидывая нужно ли царю знать о вчерашнем странном поведении Лекса, или я сама должна с этим разобраться? — Как проходят здесь свадьбы? Мне нужно что-то заранее подготовить? Что вообще от меня требуется?
Всё же я решила наши с полозом разборки оставить при себе. Большая девочка, чтобы на жениха жаловаться. Сами разберёмся, я надеюсь. Да и потом, может, я просто раздуваю из мухи слона? Плохое настроение ведь может у него быть? Или это всё была тщательно спланированная игра с его стороны, и Лекс изображал неприязнь к той, что лишила его наречённой? Всё-таки в коридоре мы были не одни, а с Юлькой и Лесей… От этой мысли у меня даже настроение приподнялось! Вот и нашлось логичное объяснение его вчерашней грубости!
— Ты уверена, что тебя только это тревожит? — задал вопрос слишком проницательный царь, и, дождавшись моих утвердительных заверений, сделал вид, что поверил. — Про сегодняшний свадебный обряд — от тебя ничего не требуется, сама всё увидишь вечером. Тебе нужно будет только стоять и слушать, и в нужный момент сказать, что согласна. Что обряд состоится сегодня вечером — так решил твой жених. Василеск сегодня с утра ко мне зашёл и озвучил своё желание. У меня возражений не возникло, поэтому сегодня мы действительно едем в гадючье княжество.
После этих слов я ещё больше поверила в то, что Лекс вчера действительно лишь играл. Иначе, зачем ему торопиться со свадьбой? А так всё вставало на свои места.
— А здесь нельзя всё провести? — задала я следующий вопрос. — Почему обязательно в гадючьем княжестве?
— Традиция, — просто ответил Святослав, — свадебный обряд проходит на территории будущего мужа, поскольку именно там остаётся жить невеста.
Звучит всё вроде хорошо, средневековьем немного отдаёт, но не критично. Единственное, что меня немного смущало сейчас — это зародившееся на душе нехорошее предчувствие. Возможно, что это просто предсвадебный мандраж, не каждый же день замуж выхожу — и я зря начинаю нервничать, но что-то не давало мне покоя. Какая-то маленькая деталь во всём этом смущала, но я никак не могла сконцентрироваться на ней.
— У меня глаза стали прежними, — вспомнила я своё утреннее открытие, — мама говорила, что я могу в змею превращаться, только не смогла объяснить, как именно это происходит.
— Чтобы перекинуться, тебе в силу войти нужно для начала, — начал просвещать меня Святослав, — а тебя ужи только недавно признали — это не скоро ещё произойдёт. А на счёт глаз не переживай, они скоро вернуться к прежнему состоянию. Контролировать их сможешь полностью через несколько лет.
Учитывая то, что переживала я только тогда, когда мои зрачки пульсировали, не могу сказать, что царь меня успокоил. Но, если хорошо подумать, не так уж всё и критично. С седой прядью ведь смирилась, после того как змейка превратила её в золотистую. Да и до этого, если честно, не так уж и паниковала. Важнее проблемы были, чем ранняя седина! Вот и на глаза перестану обращать внимание. Со временем. А вот с превращением в змею в будущем — смириться пока не могу. Это и в голове не очень укладывается, да и страшно. Очень.
— Ну что, идём? — встал Святослав, протягивая мне руку и помогая подняться.
— Куда? — представляя себя в роли огромной змеюки, я немного потеряла нить разговора.
— Замуж тебя выдавать, — ведя меня за руку за собой на выход из покоев, ухмыльнулся царь, — кареты уже поданы. Без нас никто не уедет, но слишком задерживаться тоже не стоит.
Странно, я всегда считала, что царские семьи никогда нигде не задерживаются, мол, это остальные всегда приходят раньше, но спорить не стала. Пока мы с ним шли по коридорам, я обратила внимание, что за нами ползут ужи. И если вначале их было около десяти, то, когда мы дошли до главного входа, они заполонили собой всё пространство вокруг.
 
— Охраняют, — ответил Святослав на мой немой вопрос, не дав развить тему. — Я еду в первой карете, ты с Лексом и своей свитой во второй, не перепутай. Остальные для прислуг.
С этими словами он отпустил мою руку, подтолкнув к распахнувшимся перед нами дверям. Выдохнув, как перед прыжком в воду, я вышла вперёд, пройдя двери и оказавшись на улице. Здесь стояло шесть чёрных как смоль настоящих карет! Такие часто можно увидеть в центре Питера летом, туристов катают, или свадьбы, но разница всё же была существенна. И я сейчас говорю не об их отделки и качестве исполнения, всё равно в этом мало понимаю, здесь вся соль таилась в другом.
Кареты были запряжены змеями! Здоровыми чёрными гадюками! Голов по десять на одно транспортное средство! Интересно, а сколько лошадиных сил приходиться на десять такого размера аспидов? И как они вообще смогут тащить карету с людьми в ней? И долго ли мы будем ехать? Найдя вторую по счёту карету, я встретилась взглядом со стоящим около неё полозом. Ничего, кроме откровенной ненависти, я в его глазах не увидела. От неожиданности, я даже споткнулась, и хорошо хоть не упала! Вот была бы потеха присутствующим!
У каждой кареты копошились какие-то люди, рассаживаясь и что-то обсуждая. Рядом с моей был лишь недобро настроенный Лекс. У меня же просто засосало под ложечкой. Если он продолжает разыгрывать неприязнь ко мне лишь с целью поддержания легенды, то я требую немедленно вручить ему «Оскар»! Слишком натурально он всё изображает. Мысли, что это всё может быть не игрой, я старалась отогнать в сторону.
— Здравствуй, — подойдя к нему, несмотря на то, что его взглядом сейчас можно было заморозить всю планету — настолько холодно Лекс меня встретил, я всё же решила его поприветствовать.
Ответом мне была тишина. Василеск лишь открыл дверцу кареты, пропуская меня внутрь.
— Спасибо, — поняв, что сейчас от него большего мне не добиться, я осторожно залезла в карету.
Внутри всё также было отделано в чёрных тонах, обшито шёлком и бархатом. На потолке, по центру, был приделан небольшой светильник, дающий мягкий золотистый свет. По обе стороны движения расположились две мягкие скамьи с подушечками, на которых сейчас сидели Михаил и Леся. Я присела рядом с девушкой, Василеск, зашедший следом за мной, сел напротив меня.
Не прошло и минуты, как повозка тронулась. Я не была готова к такому резкому старту, и, не сумев удержаться на своём месте, повалилась вперёд, завалившись на Лекса.
— Тебе следует лучше держаться, царевна, — полоз брезгливо и совсем не бережно оттолкнул меня обратно на моё место.
— Тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? — не ожидая такого поворота событий, предъявила я ему, потирая локоть, которым больно приложилась об стенку при возвращении на своё сиденье.
Нет, ну делает он вид, что я ему неприятна, фиг с этим! Но зачем проявлять такую жестокость? Я же не специально ему на коленки села, в конце концов! Да даже если бы и специально, то зачем так грубо?!
— Нет. — Просто ответил он, устремив всё своё внимание на пейзаж за окном.
Проследив за его взглядом, я ничего, кроме ночного леса не обнаружила. А так как шнурок, на котором были подвязаны занавески каретного окошка, находился с моей стороны, я решила им воспользоваться и дёрнула. Окно тут же спряталось за непроницаемой чёрной тканью.
— Я не собираюсь терпеть такое отношение ко мне. — Мне хотелось сказать гораздо больше, но сделать это, и не выдать, кто я есть на самом деле перед Лесей и Михаилом, было невозможно. — Может быть, ты пересмотришь своё поведение?
 
— Я не собираюсь ничего менять, моя царевна. — Продолжая смотреть на занавеску, огрызнулся мне в ответ полоз.
У меня сегодня просто день открытий. Как он так может? Я же помню всё, что было между нами, и пусть я считала происходящее бредом своего воспалённого воображения, но он тогда был искренен. Как мне казалось. Нет, нельзя так играть, это просто невозможно! Я помню, как ему было больно, когда я сбежала. Я помню каждое его слово в ту ночь, когда он говорил для меня, хоть и думал, что я этого никогда не услышу. Нельзя так просить прощения, не чувствуя ничего. Как нельзя и разлюбить за каких-то три дня. Тогда какого лешего он сейчас себя так ведёт?!